Спросить
Войти

Исследования могильника Уйбат-Чарков и новые данные о раннем этапе развития окуневской культуры

Автор: указан в статье

УДК 902.3«6373»(571.513)

И.П. Лазаретов, А.В. Поляков

Институт истории материальной культуры РАН, Санкт-Петербург, Россия

ИССЛЕДОВАНИЯ МОГИЛЬНИКА УЙБАТ-ЧАРКОВ И НОВЫЕ ДАННЫЕ О РАННЕМ ЭТАПЕ РАЗВИТИЯ ОКУНЕВСКОЙ КУЛЬТУРЫ*

Представлены результаты археологических раскопок кургана №1 могильника Уйбат-Чарков (Усть-Абаканский район Республики Хакасия) и их научная интерпретация. Этот курган датируется ранним уйбатским этапом окуневской культуры и может рассматриваться как эталонный памятник этого периода (эпоха ранней бронзы). В ходе его исследования были обнаружены 17 могил различных, в том числе уникальных конструкций. Центральное погребение было совершено в яме глубиной около 4,5 м. Большое научное значение имеет обнаружение в этом кургане трех захоронений в катакомбах. Это подтверждает наблюдения специалистов о связях окуневской культуры с катакомбной культурно-исторической общностью. В ходе исследований была обнаружена серия фрагментов плит с традиционными изображениями окуневской культуры. Особое значение имеет личина «джойского» типа, обнаруженная на одной из плит в закладе катакомбы. Ранее предполагалось, что эти изображения датируются финалом окуневской культуры. Новая находка позволяет связать этот тип изображений с ранним уйбатским этапом и во многом пересмотреть представления о развитии окунев-ского искусства. На основании серии из пяти радиоуглеродных дат непотревоженной могилы 11 был определен приблизительный возраст кургана: XXV-XXIII вв. до н.э. В связи с исследованиями этого памятника можно вновь вернуться к рассмотрению проблемы происхождения окуневской культуры. Наблюдается большое число аналогий с памятниками позднеямного и ямно-катакомбного времени Северо-Западного Прикаспия.

Введение

Выделение уйбатского этапа окуневской культуры периода ранней бронзы стало толчком к активному изучению этого интереснейшего периода в истории древнего населения Южной Сибири [Лазаретов, 1997]. Первоочередная задача, стоявшая перед исследователями, заключалась в увеличении базы источников, число которых на тот момент было очень невелико, а качество их фиксации вызывало много вопросов. В результате целенаправленных поисков авторами проведены раскопки целой серии ранних окуневских курганов, относящихся к уйбатскому этапу: Красный Камень, курган №1; Итколь-II, курганы №12, 14, 26. Особое место в этом ряду занимает курган №1 могильника Уйбат-Чарков, исследованный в 2009 г. Полученные при его раскопках материалы позволяют решить многие сложные вопросы, имеющие большое значение для изучения происхождения и развития окуневской культуры в целом.

Конструкция кургана, расположение могил и последовательность их сооружения

По своим конструктивным особенностям курган №1 могильника Уйбат-Чарков хорошо вписывается в контекст комплексов уйбатского этапа. Его отличают следующие характеристики: ограда из массивных каменных блоков, поставленных на ребро,

* Исследование проведено в рамках выполнения программы фундаментальных научных исследований государственных академий наук по теме государственной работы: №0184-2018-0009 «Взаимодействие древних культур Северной Евразии и цивилизаций Востока в эпоху палеометалла (IV тысячелетие до н.э. - I тысячелетие до н.э.)».

крупное центральное надмогильное сооружение и сплошная закладка площади кургана гранитными валунами. Подобная комбинация признаков отмечена для целой серии сооружений раннего периода: Уйбат-Ш, курган №1; Мохов-6, курган №1; Уйбат, курган №1; Уйбат-Тибик, курган №1 [Лазаретов, 1997, табл. 1; Киргинеков, 1997, рис. 1; Наглер, Парцингер, 2006, рис. 1, 5]. Для более позднего черновского этапа характерны ограды из плитняка, центральное надмогильное сооружение значительно меньшего размера и земляная насыпь [Максименков, 1980]. Следует отметить, что при строительстве ранних курганов окуневской культуры подход был исключительно прагматичным. В тех случаях, когда подходящего камня не оказывалось под рукой, его заменяли плитняком, а насыпь могла быть и земляной (Красный Камень, курган №1, Итколь-П, курганы №12, 14, 26; Карасук-П, Карасук^Ш; Лебяжье).

На примере данного кургана можно проиллюстрировать тезис об особом сакральном значении в окуневское время пространства, ограниченного оградой. Для предшествующей афанасьевской культуры характерно размещение погребений детей за оградой с восточной стороны [Вадецкая, Поляков, Степанова, 2014, рис. 84.-7, 105.-7, 156.-3, 162 и др.]. В курганах окуневской культуры такой подход исключен. Даже новорожденные дети захоранивались непременно в пределах самой ограды. Несмотря на проводившиеся в последние годы раскопки окуневских курганов широкими площадями, ни одной могилы, расположенной вне ограды, так и не было обнаружено [Поляков, 2014; 2017б]. Это тезис наглядно иллюстрирует погребение 6 кургана №1 могильника Уйбат-Чарков. Оно оформлено в виде катакомбы, вход в которую располагался за юго-западной стенкой ограды, а сама погребальная камера находилась уже в ее пределах (рис. 1). Заклад между входом и камерой проходил точно по линии ограды. Можно сказать, что входная яма еще принадлежала «миру живых», а вот само погребение находилось уже на «территории мертвых».

При определении хронологической позиции конкретных окуневских комплексов важное значение имеют конструкции могил, их планиграфия, а также момент строительства общей курганной насыпи [Лазаретов, 1997, с. 38]. В ранних памятниках уй-батского этапа курганная насыпь возводилась сразу после оформления центрального захоронения. Дополнительные погребения впускались в уже сформированное тело кургана. В кургане №1 могильника Уйбат-Чарков 15 погребений из 16 были совершены с уровня древней дневной поверхности, и лишь затем площадь кургана была перекрыта каменной закладкой. Такая последовательность действий характерна для относительно поздних курганов уйбатского типа и большинства комплексов чернов-ского этапа.

Схема размещения могил внутри ограды кургана №1 могильника Уйбат-Чарков является типичной для окуневской культуры. В центре располагается основное погребение (№1) с мощным каменным надмогильным сооружением, образующим высотную и пространственную доминанту. Последующие захоронения выстраиваются в две цепочки, северную и южную, огибающие по периметру центральную надмогильную конструкцию [Поляков, 2017б]. К югу и юго-западу от основного захоронения расположена компактная цепочка из четырех могил (№10-13), образующих плавную дугу, постепенно поворачивающую по часовой стрелке. В трех из них сохранились указания на ориентировку погребенного. Первой была сооружена могила 13, расположенная в одну линию с центральным захоронением. Покойник в ней оказался уложен головой

на запад-северо-запад. Могила 11 развернута под углом 30°, а покойник ориентирован головой на северо-запад. Могила 10 смещена в еще большей степени, а погребенные в ней лежали головой на север-северо-запад.

Северная цепочка могил (№2-6, 8, 9, 15) выглядит более аморфной. Ее захоронения, расположенные в пространстве между центральным надмогильным сооружением и северной стенкой ограды (№2, 5, 9, 15), были развернуты осью по линии З-В. Погребенные в них люди ориентированы головой в западный сектор. Захоронения, продолжающие эту цепочку вдоль западной стенки ограды (№3, 4, 6, 8), развернуты против часовой стрелки на 90°, а покойники ориентированы головой на юг. Отклонения от традиционной схемы размещения могил в окуневских памятниках встречаются крайне редко и, как правило, связаны с позднейшими подхоронениями. Так, в могиле 3 последний скелет был помещен поверх уже имевшихся погребенных и развернут головой на север.

Примечательно, что в окуневских курганах погребения, принадлежащие к южным цепочкам, с западной стороны прижимаются вплотную к надмогильному сооружению центрального захоронения. Могилы из состава северных цепочек, напротив, располагаются на максимальном удалении от него, ближе к западной стенке ограды. Размещение захоронений двумя четко обусловленными группами, по-видимому, отражает некую внутреннюю структурированность окуневского общества. Иначе сложно объяснить, почему в отдельных курганах плотно заполнена южная часть ограды, а северная остается практически свободной от погребений, и наоборот. При этом половозрастные характеристики погребенных, конструкции могил, обряд захоронения и сопроводительный инвентарь у них существенно не отличаются.

Постепенное уменьшение размеров центральных захоронений и их надмогильных сооружений привело к тому, что на черновском этапе традиция размещения погребений двумя цепочками становится рудиментом. В комплексах финала окуневской культуры центральная могила уже не отличается по размерам от других захоронений и даже не всегда оказывается самой ранней. Вследствие этого зачастую нарушается традиционная схема размещения погребений. Они не образуют цепочек, огибающих центральное надмогильное сооружение, а строятся несколькими рядами по линии Ю-С.

Поскольку большинство захоронений в кургане №1 могильника Уйбат-Чарков были устроены с уровня погребенной почвы, последовательность их сооружения установить сложно. Очевидно, что могила 1 является наиболее ранней, а могила 14 - самой поздней, так как она единственная была впущена в насыпь кургана. Могилы 11, 10, 16 строились последовательно, уже после сооружения могилы 13. Могила 4 сделана позднее могилы 3, а могила 15 - после могилы 2, так как они частично перекрывают друг друга. Однако это не имеет существенного значения, так как все погребения (за исключением могилы 14) были устроены в относительно короткий срок.

Конструкции погребений

В кургане №1 могильника Уйбат-Чарков представлены все основные варианты конструкций погребальных сооружений окуневской культуры. Наиболее представительна серия традиционных грунтовых ям (могилы 5, 7-10, 12, 13, 15, 16), которые были максимально широко распространены именно на уйбатском этапе окуневской культуры. В черновских комплексах грунтовые ямы встречаются гораздо реже и отличаются заметно меньшими размерами. Перекрытия могил из плит песчаника располагались на уровне погребенной почвы и, по-видимому, опирались на несохранив-шиеся деревянные лаги.

Три погребения (№1, 2, 11), в том числе центральное захоронение, имели материковые заплечики. Могилы представляли собой обширные грунтовые ямы, в донной части которых сделаны углубления меньшего размера. Погребальная камера центрального захоронения на уровне материковых заплечиков была перекрыта плитами песчаника, опиравшимися на две продольные лаги и сплошной поперечный накат из бревен. Вся верхняя часть могилы оказалась заполнена гранитными валунами (рис. 2). Могилы 2 и 11 были устроены аналогичным образом, но поперечная лага из деревянной плахи частично сохранилась только в могиле 11 (рис. 3.-1, 2; 5.-5—7). Грунтовые ямы с заплечиками, особенно в качестве центральных захоронений, являются наиболее ярким индикатором ранних комплексов уйбатского этапа: Карасук-VIII, могила 3; Уй-бат-III, курган №1, могила 1; Итколь-II, курган №12, могила 3, курган №14, могилы 4 и 6 [Комарова, 1981, рис. 7; Лазаретов, 1997, табл. III; Поляков, Есин, 2015, рис. 4].

Особую конструкцию представляет собой могила 9. На ее дне установлен грубо сделанный каменный ящик меньшего размера, чем сама грунтовая яма. Пространство между стенками ящика и ямы заполнено крупными скальными обломками. Перекрытие из нескольких слоев плит песчаника расположено ниже уровня древнего горизонта и опиралось на стенки ящика и каменную забутовку. Фактически мы имеем дело с переходной формой между грунтовой ямой с заплечиками и углубленным каменным ящиком. Последние характерны для относительно поздних комплексов уйбатского этапа: Уйбат-V, курган №1, могилы 1-3, 5, 7; Тас-Хазаа, могила 4; Итколь-II, курган №24, могила 1; Лебяжье, курган №3, могила 9 [Лазаретов, 1997, табл. IV; Липский, Вадецкая, 2006, табл. X; Поляков, 2010, с. 75; Максименков, 1981, с. 98]. Возможно, наличие каменных конструкций в могиле 9 является не хронологическим показателем, а вынужденной мерой, обусловленной сезонностью данного захоронения. В заполнении погребения обнаружено большое количество угольков и древесной золы от костра, которым отогревали землю. При прокаливании стенки ямы стали слишком рыхлыми, и потребовалась дополнительная конструкция для фиксации каменного перекрытия.

Наибольший интерес вызывают захоронения в катакомбах (могилы 3, 4, 6), редко встречающиеся даже на уйбатском этапе развития культуры. Долгое время на них не обращали внимания, и только раскопки могильников Уйбат-III и Уйбат-V позволили обособить катакомбы как самостоятельный тип окуневских погребальных конструкций [Лазаретов, 1997, с. 33-36]. В кургане №1 могильника Уйбат-Чарков одна из катакомб (могила 3) имела наклонный вход-дромос, отделенный от углубленной погребальной камеры материковой ступенькой и брусчатым камнем, уложенным в качестве порога (рис. 4.-2). Такая же материковая ступенька сделана в могиле 4. Вход в эту катакомбу был оформлен в виде овальной ямы с вертикальными стенками (рис. 4.-1, 3). В обоих случаях углубленные погребальные камеры закрыты вертикальными плитами, а входы заложены валунами и скальными обломками. Вход в третью катакомбу (могила 6) также представлял собой овальную яму с вертикальными стенками, но располагался он за юго-западной стенкой ограды, вплотную к ней (рис. 3.-3, 4). Для его устройства пришлось разобрать часть ограды. Само же захоронение находилось уже на территории кургана. После совершения погребения строители закрыли погребальную камеру вертикальными плитами, забутовали скальными обломками входную яму,

Рис. 4. Планы и профили погребений кургана №1 могильника Уйбат-Чарков: 1-3 - могила 3 и 4; 4, 5 - могила 8; 6, 7 - могила 10; 8, 9 - могила 14; 10-12 - могила 5 и 15; 13, 14 - могила 17

Рис. 5. Планы и профили погребений кургана №1 могильника Уйбат-Чарков: 1-4 - могила 9; 5-7 - могила 11; 8, 9 - могила 12

а ограду восстановили поверх получившегося заклада. К сожалению, могила была потревожена, причем это было сделано не через входную шахту, а шурфом сверху. Вероятно, грабители ориентировались на просад грунта, образовавшийся после обрушения свода катакомбы.

На сегодняшний день в окуневских памятниках обнаружено не менее 10 погребений в катакомбах: Есь [Липский, 1954, рис. 35]; Уйбат-1, курган №1, могилы 1 и 7 [Наг-лер, Парцингер, 2006, рис. 2.-1, 7]; Уйбат-Ш, курган №1, могила 2 [Лазаретов, 1997, табл. Ш.-1, 3]; Уйбат-У, курган №1, могилы 4 и 6 [Лазаретов, 1997, табл. IV; V.-5, 6]; Итколь-П, курган №14, могила 8; Уйбат-Чарков, курган №1, могилы 3, 4, 6 (рис. 3.3, 4; 4.-1—3). Есть основания полагать, что детские захоронения в катакомбах имелись и в других могильниках, но не были должным образом выявлены и исследованы. Все они относятся к уйбатскому этапу окуневской культуры и позднее, на черновском этапе, уже не встречаются. Более того, наиболее ранние радиоуглеродные даты из погребений окуневской культуры связаны именно с образцами из катакомб [Поляков, 2017а, с. 58].

Только одно погребение кургана было оформлено в виде классического окунев-ского каменного ящика, составленного из плит песчаника. Оно же единственное впущено в уже существующую насыпь. По-видимому, это захоронение совершено после значительного перерыва в функционировании кургана и может относиться уже к чер-новскому этапу культуры.

Погребальный обряд

В целом погребальный обряд кургана №1 могильника Уйбат-Чарков соответствует традициям уйбатского этапа. Отметим лишь несколько наиболее интересных моментов. В ряде захоронений удалось выявить фрагменты подстилок и покрывал из органических материалов. В двух случаях (могилы 9, 13) дно ям было выстлано берестой (рис. 3.-5; 5.-2), еще в одном (могила 3) - плетеной циновкой (рис. 6.-24). В последнем захоронении поверх скелетов нижнего яруса залегала прослойка органического тлена красно-бурого цвета, предположительно от войлочного покрывала. Следы такой же красно-бурой окраски отмечены на костях скелетов в могилах 4 и 11.

Важное наблюдение связано с положением тела погребенного в могиле. Для оку-невской культуры характерно размещение покойников на спине с согнутыми и поднятыми вверх коленями ногами [Вадецкая, 1986, с. 29]. Известны и единичные случаи захоронения на правом боку: Уйбат-Ш, курган №1, могила 2; Уйбат-^ курган №1, могилы 2 и 6; Узунчул-37, могила 1; Тас Хазаа, могила 1, Уйбат-1, курган №1, могила 6 [Лазаретов, 1997, табл. Ш.-3; табл. V.-4, 6; Подольский, 1997, рис. 3; Липский, Вадецкая, 2006, табл. У-3; Наглер, Парцингер, 2006, рис. 2.-6]. Все они относятся к уйбатскому этапу культуры. При раскопках могильника Уйбат-Чарков зафиксировано сразу четыре захоронения на боку, правом - могилы 2, 4, 11 и левом - могила 9 (рис. 3.-1; 4.-1; 5.-3, 6). Окуневское погребение на левом боку ранее было исследовано Л.Р. и И.Л. Кызласовыми в кургане №1 могильника Узун-харых [ИА РАН. Р-1. Д. 11149, Л. 23-28]. Примечательно, что все вышеперечисленные случаи захоронений на боку связаны только с погребениями женщин. Мужчины в кургане №1 могильника Уйбат-Чарков, как и во всех прочих окуневских памятниках, лежали на спине с согнутыми и поднятыми вверх коленями ногами. Последняя поза уже к финалу уйбатского периода и на черновском этапе культуры становится единственно возможной как для мужчин, так и для женщин.

Рис. 6. Артефакты, обнаруженные в ходе раскопок кургана №1 могильника Уйбат-Чарков: 1-6 - находки из насыпи; 7 - могила 1; 8 - могила 2; 9-25 - могила 3; 26-34 - могила 4; 35-39 - могила 5. 1-4, 7, 9, 28, 29, 39 - керамика; 5, 12-15, 25, 30-34 - клыки животных; 6, 16-22, 27, 36 - кость; 8, 11, 37, 38 - металл (медь?); 10 - кожа; 23 - мрамор; 24 - трава; 26 - кость и металл (медь?); 35 - камень

Сопроводительный инвентарь

В погребениях представлен традиционный для окуневской культуры сопроводительный инвентарь (рис. 6-8). Особенно выразительна серия из 11 целых и пяти фраг-ментированных сосудов. Большинство из них представляют собой банки с прямыми или слегка раздутыми стенками и плоским дном. В ряде случаев переход от дна к стенке у них оформлен плавным изгибом (рис. 6.-28, 39; 7.-1; 8.-2). Керамическая посуда с округлым дном, эпизодически встречающиеся в ранних уйбатских комплексах, здесь отсутствует. Сосуд из могилы 5 отличается от других сосудов приостренным и отогнутым наружу венчиком (рис. 6.-39). Подобные профилированные формы в большей степени характерны для посуды черновского этапа, однако их единичные экземпляры представлены и в комплексах уйбатского периода [Наглер, Парцингер, 2006, рис. 5.-3]. В остальном этот сосуд ничем не выделяется из общей серии. Из насыпи кургана происходит фрагмент верхней части толстостенного неорнаментированного сосуда, предположительно курильницы. Определить форму ее поддона, наличие «кармашка» по имеющимся обломкам невозможно.

Декор керамики представляет собой монотонное заполнение всей внешней поверхности сосуда акцентированными наколами, сделанными одним орнаментиром. Форма оттисков может быть самой различной - округлой, прямоугольной, каплевидной, в виде полумесяца. Они образуют ряды, располагающиеся вертикально, горизонтально либо по диагонали. Часто зона венчика выделяется иным расположением наколов (рис. 6.-29; 7.-5; 8.-1, 8). Дно обычно украшено в аналогичной манере, рядами или концентрическими кругами оттисков того же орнаментира. Иногда на него прочерченными линиями наносились солярные символы в виде различных крестов (рис. 6.-28; 7.-1; 8.-9). Венчики в восьми случаях из 12 украшены «жемчужинами», выдавленными палочкой изнутри.

Сосуд из могилы 11 орнаментирован косой сеткой из прочерченных сдвоенных линий, которые на дне образуют крест (рис. 8.-9). Похожая манера орнаментации была известна и ранее [Подольский, 1997, рис. 7.-7; Максименков, 1981, рис. 5.-2; Леонтьев,

Рис. 7. Артефакты, обнаруженные в ходе раскопок кургана №1 могильника Уйбат-Чарков: 1 - могила 6; 2 - могила 7; 3-7 - могила 16; 8 - могила 8; 9 - могила 13. 1, 2, 8 - керамика; 3-7 - зубы животных; 9 - кость

2006, рис. 1.-3; Кириллова, Подольский, 2006, рис. 12]. Этот изобразительный мотив зачастую использовался также при нанесении раскраски на стенки окуневских погребальных ящиков [Лазаретов, 1997, табл. Х1.-9; Хаврин, 1997, рис. 4; Липский, Вадецкая, 2006, табл. ХУШ.-1, 2]. Фрагмент сосуда из могилы 7 украшен вертикальными линиями с развилками на конце, символизирующими стилизованные изображения змей. Данный орнаментальный прием встречается как на посуде, так и на окуневских антропоморфных личинах [Наглер, Парцингер, 2006, рис. 3.-12, Леонтьев, 2006]. Такими же раздвоенными линиями либо свисающими треугольными фестонами был украшен сосуд из могилы 1, от которого сохранился только небольшой фрагмент (рис. 6.-7).

На внешних стенках большинства сосудов, найденных в ходе раскопок могильника Уйбат-Чарков, были обнаружены следы раскраски охрой. В нижней части сосудов она была практически сплошной, а в верхней прослеживалась лишь местами. Определить, что символизировала эта раскраска, пока не удалось. Такая раскраска отмечается практически на всей посуде из погребений уйбатского этапа окуневской культуры. Ее не было только на одном фрагменте из насыпи кургана (рис. 6.-3). Отсутствие окраски и орнаментация зоны венчика этого сосуда горизонтальными прочерченными линиями, характерными для посуды черновского этапа, позволяет предполагать, что данный фрагмент может происходить из впускной могилы 14 и относиться к финальному периоду функционирования могильника.

Металлический инвентарь погребений кургана №1 могильника Уйбат-Чарков представлен шильями, лезвиями ножей или кинжалов, которые хранились в специальных кожаных ножнах (рис. 6.-10). Все предметы изготовлены из чистой меди. Отсутствие в погребениях оловянистых бронз - характерная черта уйбатского этапа [Хаврин, 2006]. Стандартные шилья, длиной около 5 см, имели квадратное сечение и вставлялись в костяную или деревянную рукоятку (рис. 6.-26, 37; 8.-6). Одно шило представляло собой уникальное цельнолитое изделие длиной 17 см с утолщением на конце в виде шляпки (рис. 8.-10). По бокам оно оформлено специальными долами, что свидетельствует о высокой степени развития бронзолитейного искусства. Удивительно, но подобные шилья на территории Минусинских котловин получили широкое распространение только в скифскую эпоху [Максименков, 2003, табл. 24.-1—5].

Полноценные кинжалы обнаружены в двух погребениях (3 и 9). От стандартных окуневских ножей их отличают удлиненные пропорции и ромбическое сечение лезвия. У одного из кинжалов насад оформлен в виде трапеции, обращенной узкой стороной к рукояти (рис. 8.-4). Лезвие второго предмета сильно коррозировано, определить его точные пропорции и конфигурацию насада невозможно (рис. 6.-11). В могиле 5 найден фрагмент острия кинжала, явно обломленный от полноценного изделия (рис. 6.-38). Возможно, в дальнейшем этот обломок лезвия использовался в качестве ножа.

Нож из могилы 2 не имел насада, так же как у листовидных ножей черновского этапа (рис. 6.-8). У изделий уйбатского периода обычно имеется зауженный черешок [Киргинеков, 2010, рис. 4.-2; Лазаретов, 1997, табл. ХШ.-1, 2; Липский, Вадецкая, 2006, табл. XIV.-1, 3, 9; Подольский, 1997, рис. 5.-1]. Однако считать этот нож поздним, на наш взгляд, не вполне корректно. Судя по общей конфигурации и ромбическому сечению, он также первоначально представлял собой обломок лезвия кинжала, впоследствии перекованный и использованный в качестве ножа. Вероятно, это была распространившаяся еще на уйбатском этапе культуры практика, приведшая в конечРис. 8. Артефакты, обнаруженные в ходе раскопок кургана №1 могильника Уйбат-Чарков: 1-7 - могила 9; 8-20 - могила 11. 1-3, 8, 9 - керамика; 4, 10 - металл (медь?); 6, 13-20 - кость; 5 - аргиллит; 7 - зуб животного; 11, 12 - камень

ном итоге к массовому переходу на черновском этапе к изготовлению листовидных ножей без выраженного насада [Лазаретов, 1997, табл. ХГГГ.-4, 5; Максименков, 1980, табл. XIX.-7, 13-18].

На начальном этапе изучения окуневской культуры сложилось мнение о безын-вентарности абсолютного большинства мужских захоронений [Максименков, 1980, с. 19, 20, 22]. Исключением считались единичные погребения с ритуальными предметами. Исследование серии ранних комплексов позволило разделить мужские и женские захоронения не только по обряду погребения (на спине - на боку), но и по составу сопроводительного инвентаря. В частности, оба кинжала в кургане №1 могильника Уйбат-Чарков происходят из захоронений мужчин. Аналогичная картина наблюдается и в других комплексах [Вадецкая, 1981, рис. 2.-5; Лазаретов, 1997, табл. ХШ.-3, Максименков, 1981, рис. 3.-15]. Мужчине и подростку принадлежали белые мраморные шары с отверстиями в могилах 3 и 11 (рис. 6.-23; 8.-12). Эти специфические предметы обычно находятся в области таза погребенных и являются своеобразными хронологическими индикаторами могил уйбатского этапа. Их не следует путать с крупными бусинами и шариками без отверстий, которые эпизодически встречаются в женских захоронениях окуневской культуры. Мраморные шары с отверстиями обнаружены в погребениях мужчин и мальчиков целого ряда ранних комплексов: Пистах, курган №3, могила 1; Есино-ГУ, могила 2; Моисеиха, курган №5; Верхний Аскиз, могила 2; Барсучиха-Г^ курган №22, могила 2; Летник^Г, ограда №30; Уйбат-Хулган, курган №1; Итколь-ГГ, курган №14, могила 4; Уйбат-Г, могила 7. Единственное исключение - материалы могильника Тас Хазаа, которые не вызывают доверия в плане антропологических определений и привязки артефактов к конкретным захоронениям.

Сугубо мужским атрибутом в материалах кургана №1 могильника Уйбат-Чарков следует считать подвески из клыков медведя. Они обнаружены у трех погребенных в могилах 3 и 9 (рис. 6.-12, 25; 8.-7). В женских и детских окуневских захоронениях встречаются только резцы и когти медведя, клыки и резцы других диких животных (волка, лисы, соболя, кабарги, косули, марала, крупных грызунов). В случае с курганом №1 могильника Уйбат-Чарков просверленные клыки марала были найдены в женском погребении №4 и детском захоронении №16 (рис. 6.-30-34; 7.-3-7). Два резца марала и костяная имитация клыка хищника обнаружены рядом с черепом ребенка в погребении №3 (рис. 6.-13-15).

К погребениям мужчин, судя по материалам других могильников, приурочены каменные оселки и выпрямители древков стрел, костяные гарпуны и остроги, а височные кольца, бронзовые и костяные игольники (рис. 6.-27), каменные скребки (рис. 6.-11), напротив, сопровождают женские захоронения. Керамическая посуда, бронзовые ножи и шилья помещались в могилу независимо от пола погребенного в ней человека.

Другой сопроводительный инвентарь в кургане №1 могильника Уйбат-Чарков представлен каменной бусиной (рис. 6.-36), костяной пронизкой (рис. 6.-16), альчика-ми баранов с подрезкой (рис. 8.-13-20) и костяными колечками с насечками по краю (рис. 6.-6, 17-22, 35). Последние, наряду с мраморными шарами, являются четким показателем раннего возраста памятника и маркируют погребения уйбатского этапа.

Особое место в инвентаре окуневской культуры занимают художественные изделия мелкой пластики. Наиболее распространены стеатитовые головки и костяные пластинки с изображением женского лица, представленные в материалах черновского

этапа [Максименков, 1980, табл. XXIV]. Известны и находки резных художественных изделий из кости или рога, относящиеся к уйбатскому времени [Поляков, Есин, 2015]. Подобная вещь была найдена при исследовании могилы 13 кургана №1 могильника Уйбат-Чарков. Это головка, предположительно змеи, вырезанная из трубчатой кости (рис. 7.-9). К сожалению, могила сильно потревожена, и назначение предмета остается неясным. Можно полагать, что сквозь головку пропускался кожаный ремень, украшением которого она являлась.

Изображения на камнях

В ходе работ на кургане было обнаружено восемь плит с изображениями (прорисовки выполнены Ю.Н. Есиным, за что авторы выражают ему искреннюю признательность) (рис. 9). Все они попали сюда в качестве строительного материала и использовались для перекрытий могил 1 и 11 либо закрывали вход в катакомбу №6. Особняком стоит плита с процарапанными изображениями пяти человеческих ног (рис. 9.-8). Она была найдена в насыпи кургана и отличается от других стел как по манере изображения, так и по технике нанесения рисунка.

Серия плит с фрагментами окуневских «личин» была использована в качестве перекрытий могил 1 и 11 (рис. 9.-1-4, 7). Они фрагментированы и не составляют полного рисунка. Плиты лежали как изображением вверх, так и вниз. Техника нанесения рисунка - выбивка с последующей прошлифовкой линий. Благодаря тому, что плиты в могиле 1 находились на глубине свыше 4 м, на них хорошо сохранилась краска. Удалось проследить, что фон изображений был выполнен красной охрой, а линии выбивки заполнялись черной краской. Изображения изобилуют сложными деталями (третий глаз, уши, солярные символы), что свидетельствует о существовании уже на уйбат-ском этапе культуры высокоразвитой художественной традиции.

Важным моментом является находка на одной из плит в могиле 1 схематичного человечка, процарапанного поверх окуневского изображения (рис. 9.-1а). Подобные изображения никак не связаны с окуневской культурой, зато аналогии можно обнаружить в памятниках скифского времени [Александров, Боковенко, Смирнов, 2014, рис. 34]. Плита находилась на уровне заплечиков могилы, и нет сомнения в том, что этот человечек был нацарапан теми, кто потревожил могилу. Основное погребение кургана было уничтожено в ходе ограбления, вероятно, в скифское время.

Два камня были обнаружены в закладе входа в катакомбу №6. Первый из них представляет собой каменный блок с простым антропоморфным изображением. Прорисованы два глаза с черточками бровей, нос в виде горизонтальной линии и рот. В верхней части камня намечена маленькая «личина» с абрисом, тремя глазами и ртом. Подобные изваяния были обнаружены при раскопках могильников Уйбат-Ш (курган №1) и Уйбат-У (курган №1) [Лазаретов, 1997, табл. XI.-!, 3, 4].

Второй камень из этого заклада имеет важнейшее значение для изучения искусства населения окуневской культуры (рис. 9.-6). На его нижней грани было обнаружено хорошо сохранившееся нанесенное охрой изображение личины джойского типа. Этот тип изображений традиционно относился к наиболее позднему пласту искусства окуневской культуры [Леонтьев, 1978, с. 97; Савинов, 2006, с. 167]. Находка личины в закладе катакомбы кургана уйбатского этапа полностью опровергает подобную точку зрения. Изображение джойского типа оказалось представлено в одном из самых ранних курганов окуневской культуры. На этом основании была выдвинута гипотеза о существовании отдельного направления в окуневском искусстве, которое развивалось особым путем, параллельно с традиционными стилями. По-видимому, это был отдельный жанр изображений, приуроченных к древним караванным тропам и посвященных особому божеству - покровителю путешественников и торговцев [Лазаретов, 2011].

Хронология кургана

Вне всякого сомнения, курган №1 могильника Уйбат-Чарков следует относить к уйбатскому этапу окуневской культуры. На это указывают масштаб ограды, характерные типы погребальных конструкций (грунтовые ямы, катакомбы и ямы с заплечиками), керамика с орнаментацией «жемчужником», специфические категории инвентаря (мраморные шары с отверстиями, костяные колечки с насечками). Сложнее определить его конкретное место в цепочке ранних памятников. По ряду показателей этот курган выглядит чрезвычайно архаичным. Его ограда из массивных гранитных блоков, мощное каменное сооружение над центральной могилой сопоставимы по масштабу только с конструкциями кургана №1 могильника Уйбат-Ш. Ранним признаком является оформление основного захоронения в виде обширной грунтовой ямы с заплечиками. Ее общая глубина (4,4 м), вообще не имеет аналогов на Енисее. На ранний возраст памятника указывает и обряд захоронения с четкой дифференциацией по половому признаку.

В то же время в нем отмечен ряд особенностей, получивших развитие в относительно поздних комплексах уйбатского этапа. В частности все могилы в пределах ограды были устроены с уровня погребенной почвы, и только после этого сооружена общая курганная насыпь. В качестве поздних признаков можно рассматривать конструкцию могилы 9 и находку листовидного ножа без выраженного насада в погребении №2. Хотя столь раннее их появление, возможно, является вынужденной мерой, опередившей свое время. С учетом всех обстоятельств курган №1 могильника Уйбат-Чарков может быть датирован началом - серединой уйбатского этапа. Он несколько позже кургана №1 Уйбата-Ш, но раньше кургана №1 Уйбата-У Конструктивно Уйбат-Чарков наиболее близок к могильникам Уйбат-Г, Уйбат-Тибик и, вероятно, образует с ними одну хронологическую группу.

По образцам из могилы 11 кургана №1 могильника Уйбат-Чарков сделаны пять определений радиоуглеродных дат. Именно в этом непотревоженном погребении сохранился фрагмент деревянной лаги, на которую опиралось перекрытие могилы из плит песчаника. По образцу из нее традиционным методом в Лаборатории археологической технологии ИИМК РАН был сделан анализ Ле-9413 (3820 ± 35) (рис. 10.-1). После калибровки (ОхСа1 v4.2.4) получен хронологический отрезок (вероятность 95,4%) - 2456-2142 гг. до н.э.

Еще четыре образца были датированы в 14ХРОНО Центре по изучению климата, окружающей среды и хронологии (Королевский Университет Белфаста). В ходе исследований изучалось влияние резервуарного эффекта на результаты проведения радиоуглеродного анализа [Svyatko et а1., 2017]. Для этого из могилы 11 были отобраны образцы различных материалов: дерева, кости травоядного животного (астрагал овцы) и костей человека от обоих скелетов. Исследования проводились с использованием ускорительного масс-спектрометра (AMS). Полученные данные не выявили влияния материала образца на конечный результат, что свидетельствует об отсутствии заметного влияния резервуарного эффекта на даты, полученные по костям человека для данного погребения окуневской культуры.

Рис. 10. Радиоуглеродные даты, полученные по образцам из могилы 11 кургана №1 могильника Уйбат-Чарков

Результаты анализа четырех образцов (UBA-31074-31077) оказались очень близки (рис. 10.-2-4). Сумма вероятности всех пяти дат с использованием функций Sum и Boundary позволяет датировать могилу 11 кургана №1 могильника Уйбат-Чарков в рамках XXV-XXIII вв. до н.э. (рис. 10.-6). Эти данные полностью совпадают с полученными ранее результатами и подтверждают ранний возраст памятников уйбатского типа [Поляков, Святко, 2009, с. 27-29; Svyatko et al., 2009, p. 247-250; Поляков, 2017а].

Заключение

Подводя итог описанию и первичному анализу материалов кургана №1 могильника Уйбат-Чарков, необходимо резюмировать наиболее важные наблюдения:

1. Курган датируется уйбатским этапом окуневской культуры. На основании серии из пяти радиоуглеродных анализов, полученных различными методами и в разных лабораториях, его дата может быть определена в пределах XXV-XXIII вв. до н.э.
2. Данный курган может рассматриваться в качестве эталонного для комплексов начала - середины уйбатского этапа окуневской культуры. Его захоронения (за исключением могилы 14) устроены с уровня погребенной почвы и имеют относительно узкий хронологический интервал.
3. В материалах памятника представлены серии двух редких типов погребальных конструкций окуневской культуры: катакомбы и ямы с заплечиками, что позволяет окончательно закрыть дискуссию о справедливости их выделения. Вероятно, они представляют собой пережиток ранних погребальных сооружений, с которыми носители окуневской культуры пришли в Хакасско-Минусинскую котловину.
4. На примере кургана №1 могильника Уйбат-Чарков удалось установить в ранних комплексах уйбатского этапа четкую дифференциацию погребального обряда по половому признаку. Все женщины оказались захоронены на боку, мужчины - на спине с согнутыми и поднятыми вверх коленями ногами.
5. Выявлена устойчивая связь бронзовых кинжалов, украшений из клыков медведя, мраморных шаров с отверстиями с погребениями мужчин.
6. Важные наблюдения связаны с обнаружением в раннем окуневском кургане как относительно простых личин, так и весьма сложных, развитых образов. Становится ясно, что рассматривать развитие окуневского искусства по примитивной схеме, от элементарных форм к сложным, нельзя. Раскопки памятников уйбатского этапа убедительно показывают, что даже в ранний период равно представлены не только простые, но и стилистически развитые образы.

Изучение материалов кургана №1 могильника Уйбат-Чарков позволяет поднять ряд вопросов, непосредственно связанных с проблемой прои?

ХАКАССКО-МИНУСИНСКАЯ КОТЛОВИНА УЙБАТ-ЧАРКОВ КУРГАН ОКУНЕВСКАЯ КУЛЬТУРА УЙБАТСКИЙ ЭТАП ПЕРИОД РАННЕЙ БРОНЗЫ khakassko-minusinsk hollow uibat-charkov barrow okunevskaya culture
Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов