Спросить
Войти

Позиция германской буржуазно-консервативной прессы При освещении революционных событий 1905-1907 гг. 13 в российской империи

Автор: указан в статье

Библиографический список

1. Государственный архив Новосибирской области (ГАНО). Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.20.
2. Государственный архив новейшей истории Иркутской области (ГАНИИО) Ф.128. Оп.1. Д.221. Л.38; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.5,41; Д.68. Л.54; Д.99. Л.121,131об.
3. ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.99. Л.121об.
4. Там же. Д.57. Л.3,8; Д.99. Л.121,131об.
5. Государственный архив Российской Федерации (ГАРФ) Ф.Р-374. Оп.4. Д.39. Л.94об; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.43. Л.103; Д.57. Л.7,8; Д.99. Л.3,4.
6. ГАРФ.Ф.Р-374. Оп.4. Д.39. Л.94.; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1 Д.99. Л.1,78.
7. ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.2,8,9,33об.; Д.99. Л.79,79об.133,134.
8. Там же. Д.68. Л.51,54об.; Д.99. Л.79.
9. Государственный архив Красноярского края (ГААК) Ф.Р-241. Оп.1.Д.61. Л.430об; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.31. Л.18об.; Д.57. Л.2; Д.78. Л.60; Д.99. Л.133.
10. ГАНО.Ф.Р-288.Оп.1. Д.99. Л.73об.,133об.; ГАРФ.Ф.Р-374. Оп.4. Д.39. Л.95.
11. Томский областной центр документации новейшей истории (ТОЦДНИ) Ф.81. Оп.4. Д.2. Л.59.; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.2.
12. ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.30; Д.68. Л.54об.
13. Там же. Д.99. Л.80об.
14. ГАРФ.Ф.Р-374. Оп.4 Д.39. Л.94об.; ГАНО.Ф.Р-288.Оп.1. Д.26. Л.47; Д.99. Л.80,81.
15. Государственный архив Алтайского края (ГААК) Ф.Р-103. Оп.1 Д.5 Л.12; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.9; Д.99. Л.81.
16. ГАРФ.Ф.Р-374.Оп.4. Д.39.Л.95; ГАНО.Ф.Р-288.Оп.1. Д.57. Л.5,30; Д.99. Л.81,132об.
17. ГАНО.Ф.Р-288.Оп.1. Д.57. Л.7,30об.
18. Государственный архив Томской области (ГАТО) Ф.Р-320. Оп.1. Д.70а. Л.3.; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.55. Л.48,49; Д.99. Л.78об.
19. ГАРФ.Ф.Р-374. Оп.1. Д.39. Л.95.; ГАНО.Ф.Р-288. Д.57. Л.1.
20. ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.7; Д.68. Л.50; Д.99. Л.1.
21. ГАРФ.Ф.Р-374. Оп.1. Д.39. Л.93об.; ГАНО.Ф.Р-288. Оп.1. Д.57. Л.16-18; Д.68. Л.50,51; Д.99. Л.79,80.

ДИАНОВ Алексей Григорьевич, кандидат исторических наук, доцент кафедры политологии.

644080, г. Омск, просп. Мира, 5

Дата поступления статьи в редакцию: 16.02.2009 г.

© Дианов А.Г.

УДК 94 (47).083.4:94(43 0).)84.4:656.886 Ю. А. ПИНИГИН

Сибирская государственная автомобильно-дорожная академия

ПОЗИЦИЯ ГЕРМАНСКОЙ БУРЖУАЗНОКОНСЕРВАТИВНОЙ ПРЕССЫ ПРИ ОСВЕЩЕНИИ РЕВОЛЮЦИОННЫХ СОБЫТИЙ 1905-1907 гг.

В РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ

В статье анализируется широкий спектр социально-политических проблем революции 1905— 1907 гг. в отражении германской прессы в указанный период.

Источниковая база данного исследования представлена комплексом литературно-публицистических, исторических и историографических источников.

Большую источниковую часть представляет собой также пятый том издания «Германия и большая политика» за 1906 г., написанный профессором Берлинского университета Т. Ши-маном непосредственно «по следам» революционных событий 1905-1907 гг.

Работа выполнена на основе широкого круга периодической печати Германской империи, ранее не введенной в научный оборот.

В советсткой и постсоветской историографии данная тема не являлась предметом изучения. Впервые попытка проанализировать немецкую периодическую печать была предпринята профессором Берлинского университета доктором Т. Шиманом. По заданию Ведомства иностранных дел Германии он начал собирать и анализировать газетные статьи

о революционных событиях в армии и на флоте, происходивших в России [1].

При отборе материала Шиман явно руководствовался соображениями официальной цензуры; используя сообщения периодической печати, как один из основных источников, Шиман передавал официальное понимание революции в России. Тем не

«ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 4 (79), 2009 ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ «ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 4 (79), 2009

менее, несмотря на некоторую ограниченность воззрений германского официозного издания Kreuzzei-Шпд, последней удалось отразить очень подробно все важнейшие политические события и геополитические коллизии того времени, анализ которых в достаточной мере не утратил своей актуальности и сегодня.

Геополитические изменения, произошедшие в последнее десятилетие XX века и, в определеннной мере, продолжающиеся сейчас, не в последнюю очередь были подготовлены как периодической печатью стран бывшего социалистического лагеря, так и средствами массовой информации капиталистических государств. Информационная борьба на тот момент времени между прозападными и просоветскими силами была выиграна первыми. Падение Берлинской стены и второе объединение Германии стало ярким символом той победы. Вместе с тем новые контуры, обозначившиеся на политической карте Европы, удивительным образом напомнили внешнеполитический расклад на европейской арене до начала первой мировой войны. Вновь появилась могущественная держава в центре Европы — объединенная Германия и тяготеющие к ней, после распада Югославии Хорватия и Словения, вблизи которой «союзная» Австрия. В достаточном смысле высказанная когда-то К. фон Клаузевицем идея «Германия от моря до моря» впервые в германской истории — и без кровопролития с ее стороны — стала реальностью.

В связи с этими событиями в последние два десятилетия XX века резко возросли, как количественно, так и качественно, внешнеполитические контакты между новой Россией и новой Германией. Интенсивность внешнеполитических, культурных связей между недавними противниками согласно «общепринятым» массовым представлениям с той и с другой стороны явилась в значительной мере неожиданной не только для широких слоев населения в обеих странах, но даже для многих историков и политологов. Последние всё чаще стали обращаться к прошлому опыту взаимодействия двух стран на различных уровнях — дипломатическом, культурном, военном — периода начала XX века и до начала Первой мировой войны, что, в свою очередь, достаточно широко отражалось тогда в периодической печати, публицистике, дипломатических документах двух стран. Проблематика такого исследования — далеко не однозначная — могла бы стать самостоятельным предметом исследования в исторической и политологической науках, но в силу ряда объективных причин, не стала пока полем для широкой и комплексной научной разработки, особенно со стороны историков Российской Федерации.

Данная работа призвана частично устранить те лакуны, которые в настоящее время существуют в сфере освещения обмена периодическими и публицистическими изданиями России и Германии, сложного взаимодейстия последних друг с другом, включая определенное противодействие по ряду вопросов внутри- и внешнеполитического характера — до Первой мировой войны и, особенно, в течение первой русской революции 1905 — 1907 гг. Поэтому в этой работе мы попытались показать отношение германской официозной прессы, и через неё, отношение правительства Германской империи к революции 1905— 1907 гг. в России. Также мы сочли целесообразным, в плане конкретно-исторического подхода, привести ссылки на некоторые дипломатические документы Ведомства иностранных дел Германии, относящиеся к периоду, непосредственно предшевствовавшему описываемым революционным событиям и касающиеся роли российской прессы в освещении и своеобразной «фик-

сации» тогдашнего состояния российско-германских отношений.

Несомненно, что именно в этот период с наибольшей силой проявились тенденции — нередко крайне и многогранно противоречивые — к наиболее интенсивному взаимодействию Российской и Германской империй на самых различных уровнях и на уровне прессы. Не в последнюю очередь указанный временной промежуток и был выбран нами по этой причине, а также в связи с тем, что с официозной газетой Kreuzzeitung сотрудничал профессор Берлинского университета Теодор Шиман, являвшийся одновременно тайным советником германского Генерального штаба. Прекрасное знание русского языка, политической и даже бытовой обстановки Российской империи в то время представляет собой незаменимый исторический и источниковедческий материал, позволяющий посмотреть на протекание революционных событий 1905—1907 гг. «с другой стороны».

Что касается советской и российской историографии данной проблемы — освещение событий первой русской революции посредством прессы — то она крайне скудна и может быть названа лишь приблизительно. Это такие исследованные нами работы как «Большевисткая печать и ее роль в политическом просвещении и организации пролетариата в Си-бири»[2], «Борьба большевиков за осуществление ленинской тактики «левого блока» в период первой русской революции[3]», «Большевисткая печать в годы первой русской революции[4]», «Пролетарская печать в период первой русской революции[5]». И из зарубежных научных работ мы бы хотели отметить известную среди германистов работу Г. Гейдорна «Монополии. Пресса. Война[6]».

Вообще, касаясь степени изученности заявленной тематики, следует акцентировать внимание именно на её неразработанности в целом. В силу ряда объективных причин, почти не разработана проблема взаимоотношений не только официозной российской и германской прессы — прессы консервативного характера в период с начала XX века, — но также недостаточно разработана в исторической науке тема противостояния буржуазной прессы, прессы крупного капитала и пролетарской, революционной прессы Германской империи в начале двадцатого столетия. Не отслежены в достаточной мере как в зарубежной, так и в российской историографии:

— проблема взаимозависимости, солидарности социал-демократической прессы обеих стран в период до первой мировой войны; — проблема противоречивых оценок в той или иной политической ситуации в мире (в данном случае событий первой русской революции) демократической прессой в России и в Германии;

— тема солидарности буржуазно-консервативной прессы обеих стран; — проблема разногласий, противоречивости в оценках той или иной политической ситуации представителями буржуазно-консервативной, и в особенности, буржуазно-либеральной прессы двух стран.

Разумеется, здесь речь должна идти, прежде всего, о многогранном компоративном подходе к исследуемым материалам.

Таким образом, к началу XXI века не было создано обобщающего труда по означенной тематике, который был бы, помимо прочего, достаточно тесно взаимосвязан с историографией первой русской революции 1905—1907 гг., — и где прослеживались диалектические отношения между прессой различной иделогической направленности. Нет исследований и об отношениях «внутри» газетного сообщества с

«общим» идеологическим контуром.

Именно первая русская революция и стала тем поворотным пунктом, той «лакмусовой бумагой», на которой отразилось — в виде отношения к этой революции — «истинное лицо» прессы, которая формально могла, до революции, скрывать свои политические позиции. Естественно, что в тот период (1905—1907 гг.) наиболее ярко проявились политические убеждения различных социальных групп и сил, мнения которых отражало то или иное периодическое издание.

О весомой роли прессы в развитии двусторонних отношений говорил, например, документ[7] под № 880 Ведомства иностранных дел Германской империи от 18 декабря 1901 г., адресованый послу Германской империи в России Г. Альвенслейбену канцлером Германской империи графом фон Бюловом, где последний просит обратить внимание посла на имеющие место зрения графа, нападки российской прессы на Германию. Прежде всего канцлером выражалось сожаление, что в этих «нападках» принимало участие такое популярное в Российской империи издание, как «Новое время». Г. фон Бюлов просил обратить Альвенслейбена, в связи с вышесказанным, внимание Николая II на «мобилизационный характер российских публикаций» и просил посла, как только последнему предоставится возможность, выразить по данному поводу российскому министру иностранных дел графу Ламсдорфу мнение официальных кругов Германской империи.

Примечательно, что германская официозная пресса, прежде всего в лице Kreuzzeitung, живо отреагировало на развертывание событий после 9 января

1905 г. в России. Официозная германская пресса отражала различные стороны — экономические и политические — процесса революционизации широких масс населения Российской империи, часто и не скрывая свою заинтересованность в установлении «законного порядка» в стране.

Помимо основной темы этих публикаций — скачкообразного развития революционных процессов в означенный временнй период, — обе статьи объединяет тема участия/неучастия армии и флота в революционных событиях 1905 г. Теодор Шиман писал в «Крейццайтунг»[8]: «Процесс разложения, наблюдаемый сейчас нами в полном, масштабе в России, добрался и до остатков русского военного флота. Два, а может, быть три корабля Черноморского флота взбунтовались, матросы, которых не захотели выполнять свой долг. Также из Либавы и Кронштадта приходят такие же, если не хуже, в высшей степени беспокоящие известия. Они показывают, насколько глубока моральная депрессия, охватившая после падения Порт-Артура и трагедии Цусимы, остальной флот империи. В утешение можно лишь сказать, что это были не профессиональные моряки, составляющие ядро ещё существующего русского флота, но ополченцы., частью резервисты, полевой армии и вновь прибывшие рекруты. Те лучшие силы, которыми обладала Россия, покоятся на дне моря, пали в Порт-Артуре и близ него, или ожидают, в японском, плену заключения мирного договора, который их освободит... Бюрократическая машина работает, всё же, как и прежде, но исполнительные органы, ей не подчиняются, служащее сословие потеряло всякое доверие [населения России]. Всеобщее доверие принадлежит, сегодня тем. неизвестным, которых надеются видеть в Государственной Думе и которые предлагают, волшебное лекарство от. всех болезней сразу.».

О лояльности армии и флота правившему режиму шли рассуждения в «Крейццайтунг» и от. 5 июля

1905 г.:«...В дополнение можно ещё привести мрачные картины, злоденяний анархистов и открытые бунты, на флоте. Смерть от. бесчинств анархистов всюду проявляется [уж] как следствие состоявшихся где-либо революционных выступлений. Число убийств сейчас так велико, что их перестали учитывать. О чём. говорить, когда прямо вблизи Царского Села была обнаружена фабрика по производству метательных бомб. Всё это в высшей степени тревожно.

Большой вопрос, от. решения которого зависит, и остальное, — тот., насколько надёжна и верна в политическом, отношении российская армия. Уж то, что такой вопрос поднят, ужасно. Любая армия мира увидела бы. в этом, смертельное оскорбление. К сожалению, достоверно известно, что последствия систематической агитации, сеющей в армии семена злобы, не остались без червивых плодов. Приказы, генералов по армии и многочисленные случаи [неподчинения] не оставляют в этом, никаких сомнений».

Само собой разумеется, что «Kreuzzeitung» не обошла стороной тему восстания на броненосце «Потемкин». В этой газете от. 5 июля 1905 г. сообщалось следующее: «...ещё можно добавить, что среди находящихся в японском, плену солдат, распространяются революционные брошюры, из которых всегда можно узнать об ужасных событиях, происходящих сейчас в России. Нет. ничего странного в том, что возвращения войск с этими солдатами ожидают, с беспокойством.. Если предположить новое поражение, наподобие русского Седана, на что, похоже, нацелено японское милитаристское самолюбие, то можно ожидать существенного воздействия всего этого на внутрироссийскую ситуацию. Бунты на «Потёмкине», «Победоносце», «Вехах», перестрелки в Одессе, неспособность [правительства] завладеть «Потёмкиным», равно как и послать Черноморский флот на поимку мятежного корабля и, в конце концов, передача броненосца Румынии — всё это, так как нет какого-либо договора о выдаче между Россией и Румынией, и не предвидится иных способов возврата корабля царю, в сумме представляет, картину, в которой, может, быть, и не стоило бы. сгущать краски, если бы. ещё не матросские волнения в Либаве и Кронш-тадте...»[9].

Помимо Kreuzzeitung за течением революционных событий в Российской империи конечно же следили и другие издания буржуазно-консервативного толка. Так влиятельная в правительственных кругах Германской империи, печатный орган «Пангерманского союза» газета «Антисоциалистическая корреспонденция» («Antisozialistische Korrespondentz») от 1 декабря

1906 г., в статье под названием «Социал-демократия, русская революция и современная германская политика», акция солидарности международной и немецкой социал демократии в лице Международного Социалистического Бюро была определена как прямое вмешательство во внутренюю политику России. В ответ на призыв МСБ в ^огшйГ^» от 27 декабря
1906 г., где был опубликован призыв ко всем партиям, входящим в «Международное Социалистическое Бюро», «решительно и всеми доступными социал-демократам средствами воспрепятствовать предоставлению займов царскому правительству за границей»[10], газета констатировала: «Финансовая поддержка [русской социал-демократии] — отмечалось в газете — должна служить... интересам, социал-демократии всех стран, что, естественно, главным, образом, в интересах немецкой социал-демократии, стремящейся усилить революционное движение в Германии. Давно известно, что партийное руководство немецкой со-

«ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 4 (79), 2009 ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ «ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 4 (79), 2009

циалдемократии ожидает, от. революционных успехов в России обратного воздействия на Германию.

Если раньше Vorwarts публиковала призывы по сбору средств для «жертв» революции, прикрываясь как бы «гуманными» внешнеполитическими акциями, то нынешние её призывы к поддержке [русской социал-демократии] перед выборами [во 2-ю Думу] преследуют чисто политическую цель...

Правительство царя должно расценить такое вмешательство немецкой политической партии в русские дела, как чрезвычайно неприятное и, естественно, возложить ответственность за это не на господ Бебеля и Зингера, а на государственных руководителей германской внешней политики.

Имперский канцлер. князь Бюлов часто произносит замечательные речи по поводу и против социал-демократии, между тем не предпринимая ничего серьёзного для предотвращения расширяющейся социал-демократической опасности. Тем самым он лишь укрепляет за рубежом то мнение, что [немецкая] социал-демократия обладает грозной силой, по сравнению с которой официальные власти Германской империи просто бессильны. Мы считаем должным, к сожалению, ещё раз высказать наше суждение, что господин рейхсканцлер взял неверный курс в обхождении с социал-демократией»[11].

Учитывая тот факт, что влияние членов «Пангерманского союза» было исключительно сильным в правительственных кругах кайзеровской Германии, публикацию в Antisozialistische Korrespondenz можно с полным правом считать выражение мнения имперского правительства Германии. Выражение заинтересованности правивших кругов Германской империи в подавлении первой русской революции и социал-демократии внутри страны становится ещё более понятным, если вспомнить о достаточно широких внешнеэкономических связях Российской и Германской империй в начале XX века. Содержание этих связей (связей не только германского, но и в целом международного капитала) было отражено в «Новой прусской газете» (Neue preussische Zeitung) от 5 декабря 1905 г. Согласно данным, которые были приведены в публикации, к моменту выхода статьи в свет, сумма размещавшихся в России французских капиталов составляла около 5,5 млрд марок. В 1902 г., по данным газеты, 4,8 млрд из них были конвертированы в ценные государственные бумаги, 40 млн было направлено французским торговым домам, из них 28 млн — в качестве оплаты кредитов и банковских услуг. Немногим меньше, по сведениям газеты, составляла сумма германских капиталов в России. Газета приводила некоторые цифры и данные о вложении германских капиталов в российскую промышленность. В частности в газете отмечалось: «...В работе только пяти фабричных предприятий в Одессе задействовано более 50 млн. марок германского капитала, в Варшавскую текстильную и железодорожную промышленность вложено более 150 млн марок; несравненно бльшая сумма конвертирована в российские ценные бумаги, — она составляет, минимум. 4, максимум. — 5,5 млрд марок»[12].

В газете явно неслучайно было подчёркнуто, что в России к началу революции 1905-1907 гг. размещались капиталы всех ведущих капиталистических стран того времени — в целом иностранные вложения в России насчитывали, по примерным подсчётам, от 13 до 18 млрд марок. В заключение газета не слишком завуалированно призывала к «капиталистической солидарности»: «Право соблюдения этих [коммерческих] интересов признаётся, вне всякого сомнения, русским.

правительством, но никогда не будет признано правительством. революционным.. В свете вышесказанного и исходя из социальных условий хочется надеяться, что революционное движение в России будет подавлено и правительство найдёт в себе достаточно сил, чтобы, повергнуть революцию наземь»[13].

Из статей прессы как социал-демократического, так и буржуазно-монархического толка явно прослеживается, в самом широком смысле, солидарность с революцией первых и стремление сокрушить последнюю — вторых. В этом ключе, с учётом огромной заинтересованности развитых капиталистических стран той эпохи в судьбе их капиталов, размещавшихся в России, иронические строки праволиберальной «Кёльнской газеты» («Kolnische Zeitung») от 5 декабря 1905 г. (статья «Игра с огнём»11*), что слухи о планировавшемся вторжении германских войск в русскую Польшу с целью подавления революции, всего лишь «беспочвенные фантазии» русских «товарищей», конечно же, не выдерживают никакой критики.

Таким образом, среди официозных изданий Германской империи начала XX века прежде всего, конечно, необходимо отметить газету Ведомства иностранных дел Германии «Крейцайтунг» (Kreuzzei-tung); у буржуазно-консервативных слоёв населения Германии успехом пользовались «Гамбургские новости» (Hamburger Nachrichten), праволиберальная «Кёльнская газета» (Kolnische Zeitung; среди буржуазнореакционных кругов Германской империи спросом пользовался печатный орган «Пангерманского союза», газета «Антисоциалистическая корреспонденция» (Antisozialistische Korrespondenz). Значительной популярностью пользовались также буржуазнолиберальные издания — «Франкфуртская газета» (Frankfurter Zeitung) и «Всеобщая мюнхенская газета» (Munchner allgemeine Zeitung).

Вышепривёденный краткий обзор германской прессы данного направления за 1905—1906 гг. говорит о крайней непримиримости как в России, так и в Германии, противостоявших лагерей, которые в целом, можно обозначить как буржуазно-консервативный лагерь и революционно-демократический. Буржуазноконсервативная пресса явно и недвусмысленно опасалась развития революционных событий в России, беспокоясь как за сохранность капиталов, так и за возможность рапространения революционных событий на Германию.

Библиографический список

1. Th. Schiemann Th. Deutschland und die grosse Politik. Georg Reimer Verlag. Berlin: Kreuzzetung, 1906. «Kreuzzeitung» (B.6, 1906, in 16-en BAnden)
2. Большевисткая печать и ее роль в политическом просвещении и организации пролетариата в Сибири / под. ред. В. М. Самосудова. — Томск, 1984. — 231 с.
3. Штырбул А. А. Борьба большевиков за осуществление ленинской тактики «левого блока» в период первой русской революции — Новосибирск, 1989. — 135 с.
4. Портянкин И. А Большевисткая печать в годы первой русской революции. — М, 1956. — 340 с.
5. Пролетарская печать в период первой русской революции / Иерусалимский Ю. Ю. — Ярославль, 1990. — 230 с.
6. Гейдорн Г. Монополии. Пресса. Война. — М., 1964. — 180 с.
7. Grosse Politik der europдпschen Katbinette. Deutsche Verlaggesellschaft for Politik und Geschichte M.B.H. in Berlin W 8, 1924, S. 35, 36.
8. При цитировании сохранены орфография и пунктуация и стиль оригинала.
9. Schiemann Th. Deutschland und die grosse Politik. Georg Reimer Verlag. Berlin: Kreuzzetung, 1906. B6, S. 205
10. DZA (Deutsche Zentralarchiv — немецкий центральный архив), II Rep, 77.CB. Zeitungsausschnitte; S.748/1835, BL.92; см. также: Пинигин Ю. А. Первая русская революция в освещении российской и германской прессы. — Новосибирск-Омск, 2006.- С.209-211.
11. DZA Deutsche Zentralarchiv — немецкий центральный архив), II.Rep.77, CB. Zeitungsauschnitte; S.1841, № 897, Bl.15; см.также: Пинигин Ю. А. Первая русская революция в освещении российской и германской прессы. — Ново-сибирск-Омск, 2006. — С.221, 222; Пинигин Ю. А. Первая русская революция в освещении российской и германской прессы. — Новосибирск-Омск, 2006. — С.217-218.
12. Grosse Politik der europдпschen Katbinette. Deutsche Verlaggesellschaft fbr Politik und Geschichte M.B.H. in Berlin W 8, 1924, S. 39.
13. Th. Schiemann Th. Deutschland und die grosse Politik. Georg Reimer Verlag. Berlin: Kreuzzetung, 1906. «Kreuzzeitung» (B.6, 1906, in 16-en Bдnden)

ПИНИГИН Юрий Анатольевич, старший преподаватель кафедры политологии.

644080, г. Омск, просп. Мира, 5

Дата поступления статьи в редакцию: 17.01.2009 г.

© Пинигин Ю.А.

УДК 329:070 (09) А. Г. БЕКБАЕВА

Омский государственный аграрный университет

ВОПРОСЫ СОЦИАЛЬНО-ПОЛИТИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ РОССИИ НА СТРАНИЦАХ ПЕЧАТНЫХ ИЗДАНИЙ «РУССКОГО НАЦИОНАЛЬНОГО ЕДИНСТВА»

И «ЧЕРНАЯ СОТНЯ» В 1990-е гг._________________________

В статье рассматриваются материалы, опубликованные органами печати «Русского национального единства» и «Черной сотни» в газетах и листовках. Эти материалы освещают важные проблемы социально-политического развития России в 1990-е гг.

Современные «национальные» русские движения, возникшие на рубеже 80-90-х годов XX века, имели мало чего общего с националистами конца XIX

— начала XX столетия. Однако эти движения развернули активную публицистическую деятельность в собственных СМИ, где основной материал группировался вокруг тем, освещающих «национальную» историю и историю «черносотенной» идеи, историю националистических и монархических движений вообще. Следует привести примеры подобных публикаций, познакомить читателя с их идеологией и риторикой. Например, в публикациях организации «Черная сотня», издававшей одноименную газету, понятие «черная сотня» трактовалось как добровольное общественно-патриотическое движение православных христиан, созданное для возрождения Святой Руси и защиты современной России от внешних и внутренних врагов. По мнению историков — членов организации «Черная сотня», это старинное название Русского народного ополчения, созывавшегося в тот момент, когда профессиональное войско — княжеская Дружина — не могло справиться с напавшим на Русь врагом. На помощь Дружине собирался народ: ремесленники, крестьяне, купцы,

Духовенство. Впереди народного ополчения шел монах, одетый в черное облачение. А так как ополчение обычно делилось на сотни по количеству бойцов, оно и получило название «Черная сотня». Среди первых черносотенцев были герои Куликовской битвы: монахи Пересвет и Ослябля, коих на ратный подвиг благословил Преподобный Сергий Радонежский, «Черной сотней» именовалось ополчение Минина и Пожарского, спасшее страну от польского нашествия. Во время революции 1905 г. в «Черную сотню» входили о. Иоанн Кронштадтский, будущий Патриарх Тихон, Митрополит Киевский, Владимир — все трое ныне причислены к Лику Святых. Кроме них, в «Черной сотне» состояли 26 православных епископов, почти все Духовенство, а из светских людей — художник В. Васнецов и химик Д. Менделеев [1]. Исходя из вышесказанного, следует отметить, что под характеристику неомонархического движения его сторонники подводят довольно обширный и подтвержденный авторитетными источниками исторический и культурологический базис.

В продолжение и расширение данной темы в одной из листовок организации «Черная сотня» за 1999 г. сообщалось: «Ныне возрожденное Всероссийское

«ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК» № 4 (79), 2009 ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов