Спросить
Войти

Башкиры и кочевые узбеки в XV — начале XVI вв

Автор: указан в статье

ИСТОРИЯ. АРХЕОЛОГИЯ. ЭТНОГРАФИЯ

¿уч №№ ж Л^ачй^й-Д ж № ^

Ш.Н. Исянгулов

БАШКИРЫ И КОЧЕВЫЕ УЗБЕКИ В XV - НАЧАЛЕ XVI ВВ.

Одной из малоизученных проблем в историографии являются взаимоотношения башкирских племен с государством кочевых узбеков, оформившимся в 1420-е гг. в восточной части улуса Джучи.

Термин «узбек» появляется в 1360-е гг., а с 80-х гг. XIV в. восточная часть улуса Джучи именовалась узбекским улусом (дийар-и узбек или вилайат-и узбек) [1, с. 38]. После смерти Едигея (1352—1419) за власть начали борьбу Улуг-Му-хаммед и Барак. Последний был сыном Кайри-чак-оглана, внуком Урус-хана, принадлежал к династии Тукатимуридов. Абд-ар-раззак Самар-канди пишет, что в 826 г. х. «Борак-оглан захватил орду Мухаммед-хана, и большая часть улуса Узбекского подчинилась и покорилась ему» [2, с. 196]. По мнению М.Г. Сафаргалиева, в 1422— 1423 гг. большинство улусов на западе было подвластно Бараку [3, с. 450], государю так называемых кочевых узбеков. Примерно в 1421 г. его поддержали мангыты, прежде всего их предводитель — Мансур, сын знаменитого эмира Едигея [4, с. 94]. Следует отметить, что Мансур был племянником Барака: его родная сестра Суйдуним-Султан была женой Едигея и, соответственно, матерью Мансура.

Сохранилось предание о противостоянии башкир воинам Барака и Мансура [5, с. 77—78, 80]. Р.Г. Кузеев обратил внимание на то, что в предании говорится о междоусобной войне в Золотой Орде, разыгравшейся в 1420-е гг. между Улуг-Мухаммедом и Бараком [5, с. 199]. В 1428/9 г. Барак погиб в борьбе с сыновьями Едигея.

Вскоре выдвинулся молодой хан Абулхаир — представитель династии Шибанидов, который вновь объединил кочевых узбеков. Главенство

на востоке улуса Джучи перешло к Шибанидам. При этом Абулхаиру вначале пришлось разгромить своих родственников: в 1428 г. — хана Джу-мадыка, в 1430 г. — Хаджи-Мухаммеда. Хивинский историк XVI в. Утемиш-хаджи писал, что Хаджи-Мухаммед был великим падишахом, правившим городом Булгар и подчинившим себе башкир, алатыров, мокшу, а также могущественных мангытов вблизи города Тура [6, с. 40].

З. Валиди Тоган, ссылаясь на Утемиш-хаджи, считал, что Башкортостан в указанный период подчинялся Шибанидам. Прежде всего, правителями в Башкирии он называет Ильбака, сына Минтимура, Каанбая, сына Ильбака, Махмудек Ходжу, сына Каанбая, Гали, сына Бекконды, Хаджи-Мухаммеда, сына Гали, и других представителей сибирских Шибанидов [6, с. 37—39]. Однако Абулхаир являлся представителем другой линии Шибанидов, был внуком Ибрагима, сына Булат-Тимура, который, по словам Абульгази, в летнее время кочевал «при вершине Яика» [7, с. 162].

В состав государства кочевых узбеков в период правления Абулхаира (1428—1468) входили следующие роды и племена: барак, буркут, дурман, ички, йджан, каанбайлы, карлук, кенегес, конграт, кыйат, курлаут, кушчи, мангыт, масит, найман, таймас, табгут (тангут), тубай, туман, туман-минг, уйгур, уйсун, украш-найман, утар-чи, хытай, чат (джат), чинбай. Данный список приводится в основном в работе Масуда бен Османа Кухистани. По сообщению Махмуда бен Вали, в составе войска Абулхаира были также ополчения племен ойратов, маджар, кыпчаков [8, с. 8]. Из них племена дурман, конграт, кушчи, туман-минг, уйсун, хытай могли иметь отноше-

Исянгулов Шамиль Наилевич, кандидат исторических наук, старший научный сотрудник Института истории, языка и литературы Уфимского научного центра РАН

ние к башкирам. В основном это роды, которые впоследствии стали называться зауральскими башкирами.

3. Валиди Тоган также сообщает, что в числе великих эмиров хана Абулхаира были башкирские батыры Жыгыз и Жал [6, с. 36].

Государство Абулхаира было непрочным, оно состояло из полунезависимых государственных образований. В 1446 г. он завоевал Сыгнак и политический центр Шибанидского государства переместился в Среднюю Азию. Еще при жизни Абулхаира в середине XV в. от узбеков откололись казахи и ушли в Моголистан во главе с Тукатимуридами — Гиреем и Джанибеком, сыном Барака.

В 1468 г. со смертью Абулхаира государство кочевых узбеков распалось. В 1470—1471 гг. Шибаниды окончательно потеряли верховную власть в Восточном Дешт-и-Кипчаке, которая перешла к казахским ханам [4, с. 104].

Однако вскоре за власть в степи начал борьбу молодой пассионарный внук Абулхаира — Мухаммед Шейбани (1451—1510). Реальной силы у него не было, нередко число сторонников М. Шейбани не превышало 200—400 чел. Например, когда он оказался под покровительством астраханского правителя Касима в 1472 г., то с молодым царевичем было всего 40 чел., из них половину составляли представители рода кушчи [9, с. 20]. Среди племен и родов, оставшихся верными М. Шейбани во время его скитаний, были: аргун, ас, башгырд, джуркун, ички, ички-байри, йети-минг, конграт, кушчи, маджар, мангыт, най-ман, салор, татар, тили-минг, тубай, туман, уйгур, уйсун, хытай [8, с. 8]. Также в сочинении «Таварих-и гузида-йи нусрат-наме» сообщается: «Когда Мухаммад Шайбани-хан и Махмуд-Ба-хадур-султан1 вернулись, забрали из Бухары свой урук и направились примерно со ста человеками в Туркестан, то имена вышедших вместе с ханом и пришедших в Туркестан [людей были]: из дурманов — сын Йа&куб-бека Ахир-Заман-бек, его младшие братья — Шах Салих-бек, Урус-бек, Джан-Вафа-мирза, из кушчи — Йа&куб-кукель-таш, из уйгуров — Хушамад и Канбар Али, из ички-байри — Лукманбек, из кушчи Бурундук-бахадур, из найманов — Хаджи Вали, из джурку-нов — Узра-бахадур, из йети-мингов — Тайран-бахадур, из конгратов — Миср-Али-бек, из чага-

1 Младший брат Мухаммеда Шейбани.

таев — Фаррух-бахадур, Дарвиш-Берди-бахадур, из ички — Ходжа Асил, Тангри-Берди и Айким-Берди-бахадур, из башгирдов Чингиз-бахадур и Чалбаш-бахадур» [9, с. 28]. В сочинении К. Би-наи «Шайбани-наме» среди сопровождающих узбекского хана лиц названы «из баджкиров — Джагир и Чалбаш-бахадур» [9, с. 111]. Данное событие относится к началу 1490-х гг. В дальнейшем в составе узбекских племен упоминаются такие роды, как минг, йуз, кырк, джалаир, кунгурат, кыбчак, калмак, хытай, канглы, джал-джиут, кераит, меркит, табын, уйшун, тама, ти-лау и др. [8, с. 29—33, 40—44]. По мнению Р.Г. Кузеева, среднеазиатские корни среди башкирских племен и родов имеют такие, как мин, тамьян, айле, кошсы, дуван, катай, табын и т.д. [10, с. 167, 198—199, 215—216, 231, 259, 305—308 и др.].

Удачливого полководца — узбекского хана, несомненно, поддерживали наиболее пассионарные силы отдельных башкирских родов. М. Шей-бани удалось сохранить определенную харизму, идущую от деда, с чем не могли не считаться его противники и тем более сторонники. Он был популярен в степи, известен как поэт, художник и историк своего времени. В начале XXVI в. Шей-бани завоевал Мавераннахр и вытеснил Тимури-дов из Средней Азии в Афганистан и Индию. В эти годы в составе войска хана перечисляются следующие роды: джалаир, сихиут, тама, сулдуз, адгу, адлу-оглы, мекрит, калмак, барин [8, с. 8— 9]. Таким образом, в 1500-е гг. степи Дешт-и-Кыпчака, в т.ч. и Башкортостан, покинуло значительное количество кочевых и полукочевых племен и ушло в Среднюю Азию. Однако многие роды еще находились в степи, в подчинении у других Шибанидов. В 1510 г. Мухаммед Шей-бани был разгромлен иранским правителем Ис-маилом Сефеви и погиб.

В одном из шежере племени юрматы есть следующее выражение: «Первый пришедший в Булгар муж — калбак Шабан-хан» [11, с. 67]. В другом шежере говорится, что «предком Юрматы является Шибан хан с Аеры Калбака. Его сын Абужай хан, его сын Исмагил хан, его Алмалы султан...» [12, с. 36]. В комментариях М.И. Ах-метзянов пишет, что Аеры Калбак — одно из татарских племен, переселившихся из Нижнего Поволжья в Хорезм в 1420-е гг. А упомянутого

Шибан-хана связывает с узбекским ханом Мухаммедом Шейбани (1451—1510), Абужая — с сыном Шибана Апачи (Аячи) [12, с. 38]. Как известно, у Шибана, сына Джучи, восьмым сыном (по Рашид-ад-Дину) был Аячи, который имел сына Учкур-Туку. В «Книге, прославляющей генеалогии в родословном древе монгольских султанов» («Муизз ал-ансаб фи шаджарат салатин могул»), составленной неизвестным автором по поручению сына эмира Тимура Шахруха, восьмой сын Шибана назван Апачи [2, с. 53—56]. У узбекского же хана М. Шейбани было трое сыновей от разных жен: Мухаммад Тимур, Хуррам-шах (племянник 3. Бабура, умер в детском возрасте), Суйундж-Мухаммад. Таким образом, та-тарстанский ученый перепутал узбекского хана с его далеким предком Шибаном, жившим в XIII в.

Вскоре после гибели Шейбани в 1511 г. Хорезм был завоеван оставшимися в степи узбекскими племенами под предводительством шиба-нидских принцев — Ильбарса и Бильбарса — потомков Арабшаха, хана Золотой Орды в 1377— 1380 гг., брата Ибрагима. Образовалось Хивинское государство. Таким образом, в 1510-е гг. произошел еще один массовый исход так называемых узбекских племен из степи в Среднюю Азию. Данное событие было зафиксировано в местных источниках: «Около города Уфы, на реке Белой, там, где впадает река Дема, была крепость Кунгурат; жители оттуда переселились в Ургенч. Там соорудили крепость и ее назвали тоже Кунгуратом. На реке Белой есть гора Тура-тау. Тура — это имя кунгуратского хана. На вершине этой горы, чтобы было безопаснее, он построил крепость. Поэтому назвали ее Тура-тау. Там остались ее развалины; побывавшие там (люди) их видели» [13, с. 123]. Речь идет о городе, существовавшем на месте современной Уфы. В источнике дается ответ на вопрос, почему города, существовавшие на территории Башкирии еще задолго до 1552 г., оказались заброшенными. Очевидно, что жители этих городищ не были башкирами, а в них проживало население, тяготевшее к городской жизни, желающее прочно осесть. Именно подобные процессы происходили в «узбекской» среде в XV в., нашедшие свое решение в завоевании Мавераннахра и Хорезма в начале XVI в.

Массовый исход узбекских племен в Хорезм был зафиксирован в 1510-х гг. под предводи-

тельством упомянутых шибанидских султанов. По нашему мнению, именно в это время конграты со своими загадочными правителями — Тураха-нами — покинули Башкортостан. 3. Валиди То-ган писал, что от конгратов в Башкирии никого не осталось [6, с. 52]. Город (Конграт — Уфа) опустел и пришел в упадок. Современный исследователь Т.И. Султанов также отмечает, что племена конгратов были выходцами из Дешт-и-Кип-чака и в начале XVI в. откочевали в Среднюю Азию вместе с Шибанидами [8, с. 18]2.

В других источниках также сообщалось, что правитель г. Уфа Тура-хан, боясь русских людей, намеревавшихся взять Казань, ушел на Кубань [14, с. 264]. Обычно в башкирской историографии имя Тура-хана связывалось с ногайцами. Однако современный исследователь Ю.М. Юсупов высказывает сомнения по этому поводу, отмечая, что такие факты являются противоречивыми и не достаточно убедительными [15, с. 80]. Вполне возможно, что в воспоминаниях башкир события, связанные с исходом так называемых узбекских племен из Дешт-и-Кип-чака в начале XVI в., впоследствии тесно переплелись с аналогичными явлениями, произошедшими в 1620—1640-е гг., когда Приуралье покинули ногайцы. Впрочем, здесь могли отразиться и более ранние события середины XVI в., когда произошел раскол Ногайской державы на три орды, и в связи с этим имело место бегство определенной части ногайцев на правобережье Волги в Казыев улус (Малую Ногайскую Орду).

В местной историографии вопрос об исходе узбекских племен с территории современного Башкортостана в начале XVI в. никогда не поднимался. Между тем современное состояние исторической и археологической науки позволяет нам сделать вывод, что в конце XV — начале XVI вв. территорию Башкортостана покинуло значительное количество населения, что было связано с двумя волнами шибанидского завоевания Средней Азии в 1500—1510 гг. Об этом говорится во многих источниках, в т.ч. и в башкирских шежере. Приведем лишь один отрывок из летописи, хранившейся в Казани: «Русский (хан) окончательно утвердился в Казани, все были ему подчинены. Осталось в Уфимском юрте (земле) два народа: башкиры и бобыли, и они дали сло-

2 Т.Н. Султанов, прежде всего, имел в виду Мухаммеда Шейбани, оставляя без внимания Арабшахидов. ПРОБЛЕМЫ ВОСТОКОВЕДЕННЯ. 2011/1 (51)

во подчиниться...» [13, с. 123]. Автор летописи дает понять, что до середины XVI в. в Башкирии проживало значительное количество населения, которое затем покинуло ее. Вполне возможно, что здесь имелись в виду не только ногайцы, но и представители других родов и племен. Несомненно и то, что вместе с «узбеками» (как и с ногайцами) Башкирию покидало и немало собственно башкирского населения, о чем свидетельствуют вышеприведенные сведения об этническом составе населения Узбекского улуса. В то же время в Башкирии могли быть лишь периферийные силы узбеков, тогда как основные улусы тех же Арабшахидов до завоевания Хорезма находились в непосредственной близости от него, в приаральских степях.

Известно, что в Уфе вплоть до вхождения башкир в состав Русского государства существовали какие-то властные структуры. Со времен П.И. Рычкова их считают ногайскими правителями. Вполне возможно, что ногайцы после ухода узбекских племен и родов использовали заброшенные ими городища лишь как административные центры и ставки князей и мурз. О том, что ногайцы сами города не строили, а пользовались ранее существовавшими сооружениями, писал еще А.Н. Усманов [16, с. 66]. Ведь у ногайцев кочевые традиции были более сильными, чем у башкир.

Что касается узбеков, определенный интерес представляет статья казахстанского ученого Ж.М. Сабитова. По его мнению, марионеточными ханами Ногайской Орды были представители Арабшахидов: Ядигер, Абулек, Аминек и др. А после завоевания Ильбарсом и Бильбарсом отдельные из Арабшахидов остались в Башкирии. В частности, упоминаемый в юрматинских ше-жере Абужай-хан отождествляется им с Абаком, четвертым сыном Ядигера, а Исмаил-хан, сын Абужай-хана, — с Исмаилом, правителем Башкирии накануне взятия Казани, известного из сочинения П.И. Рычкова [17, с. 138—141]. На сегодняшний день родство отмеченных башкирских правителей с Арабшахидами доказать невозможно: ни в одной из родословных Чингизидов потомки Абака, четвертого сына Ядигера, не указаны. Однако сама постановка вопроса о правлении представителей Арабшахидов в Башкирии является достаточно интересной. Известно, что именно ногайский правитель Муса в 1457 г. объявил ханом узбеков Ядигера, прав-

нука Арабшаха. Не вызывает сомнений и ханство (номинальное) Абулека и Аминека в Ногайской Орде, рассмотренное в фундаментальном труде В.В. Трепавлова. Однако утверждения казахстанского ученого о башкирских Араб-шахидах, как уже было сказано, остаются пока лишь смелыми гипотезами.

Таким образом, башкирские роды и племена нередко оказывались в составе государственных образований, созданных узбекскими Шибанидами в XV в., а отдельные батыры входили в ближайшее окружение наиболее выдающихся представителей династии — Абулхаира, Мухаммеда Шей-бани, обладателей особой харизмы, отличавшей их от других представителей восточных Джучи-дов. Возможно, что многочисленные городища, существовавшие на территории Башкирии, были заселены до начала XXVI в. так называемыми узбекскими племенами. Завоевание в начале XXVI в. Шибанидами Мавераннахра, а Арабшахидами — Хорезма вызвало массовый исход отдельных племен и родов с территории Башкортостана, привело к значительным политическим, экономическим, этносоциальным и демографическим изменениям в регионе. Если в начале XXVI в. Башкирию покидало общество, которое стремилось прочно осесть, то через сто лет ее покинули полные кочевники — ногайцы, вытесненные калмыками в правобережье Волги. «Башкиры» же — полукочевники — остались на Родине и выбрали нового государя. В каком-то смысле это было единственное верное решение — «золотая середина» — в историческом выборе дальнейшего развития общества по сравнению с узбеками и ногайцами.

Литература

1. Ахмедов Б.А. Государство кочевых узбеков. — М.: Наука, 1965. — 196 с.
2. Тизенгаузен В.Г. Сборник материалов, относящихся к истории Золотой Орды. Т. 2. Извлечения из персидских сочинений, собранные В.Г. Тизенгаузе-ном и обработанные A.A. Ромаскевичем и С.А. Волиным. — М.; Л.: АН СССР, 1941. — 306 с.
3. Сафаргалиев М.Г. Распад Золотой Орды // На стыке континентов и цивилизаций... (из опыта образования и распада империй X—XVI вв.). — М.: ИНСАН, 1996.
4. Трепавлов В.В. История Ногайской Орды. -М.: Вост. лит., 2001. — 752 с.
5. Башкирские шежере. — Уфа: Башк. кн. изд-во, I960. — 304 с.
6. Тоган Валиди Ахметзаки. История башкир / пер. с турецк. A.M. Юлдашбаева; авт. вступ. статей A.M. Юлдашбаев, И. Тоган. — Уфа: Китап, 2010. — 352 с.
7. Абулъ-Гази. Родословное древо тюрков / пер. и предисл. ЕС. Саблукова. — Казань, 1906. — 336 с.
8. Султанов Т.И. Кочевые племена Приаралья в XV—XVII вв. (вопросы этнической и социальной истории). — M.: Наука, 1982. — 133 с.
9. Материалы по истории казахских ханств XV— XVII веков (извлечения из персидских и тюркских сочинений) / сост. С.К. Ибрагимов, Н.Н. Мингулов, К.А. Пищулина, В.П. Юдин. — Алма-Ата: Наука, 1969. — 651 с.
10. Кузеев Р.Г. Происхождение башкирского народа: этнический состав, история расселения. — M.: Наука, 1974. — 572 с.
11. Башкирские родословные / сост., предисл., поясн. к пер., пер. на рус. яз., послесл. и указ. P.M. Булгакова, М.Х. Надергулова; науч. рук. Р.Г. Кузеев. - Уфа: Китап, 2002. - Вып. I. - 480 с.
12. Эхмэтжанов М.И. Татар шэжэрэлэре. — Казан: Татар. кит. нэшр., 1995. — 128 б.
13. История Татарии в документах и материалах. — М.: Государственное соц.-эк. изд-во, 1937. — 503 с.
14. Рынков П.И. Топография Оренбургской губернии. — Уфа: Китап, 1999. — 312 с.
15. Юсупов Ю.М. История Башкортостана XV— XVI вв. (социально-политический аспект). — Уфа: Гилем, 2009. — 192 с.
16. Усманов А.Н. Добровольное присоединение Башкирии к Русскому государству. — 2-е изд., испр. и доп. — Уфа: Башк. кн. изд-во, 1982. — 336 с.
16. СабитовЖ.М. Ханы Ногайской Орды // Средневековые тюрко-татарские государства: сб. статей. — Казань, 2009. — Вып. 1.

БАШКИРЫ И КОЧЕВЫЕ УЗБЕКИ В XV - НАЧАЛЕ XVI ВВ.

В статье рассматриваются взаимоотношения башкирских и узбекских племен в XV — начале XVI вв., участие башкир в общественно-политической жизни государства кочевых узбеков. Отдельные башкирские батыры являлись сподвижниками узбекских Шибанидов. В статье выявляются причины поддержки башкирами Шибанидов. По предположению автора, в Башкирии до начала XVI в. проживали также узбекские племена, часть которых заселяла известные городища. В начале XVI в. узбеки покинули Башкирию, завоевав Мавераннахр и Хорезм.

Shamil N. Isyangulov

THE BASHKIRS AND THE NOMADIC UZBEKS IN THE 15™ ТО THE EARLY 16™ CENTURIES

The article discusses the interrelations of Bashkir and Uzbek tribes in the 15th to the early 16th centuries and Bashkirs& participation in the social and political life of the nomadic Uzbeks& state. Certain Bashkir batyrs were known as fellow-fighters of the Uzbek Shibany dynasty. The article reveals reasons of Bashkirs& supporting the Shiban dynasty. To the author&s mind, some Uzbek tribes dwelt in Bashkiria up to the early 16th century, some of them inhabiting known settlements. In the early 16th century the Uzbeks left Bashkiria, having conquered Maverhannahr and Khorezm.

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов