Спросить
Войти

Дети ГУЛАГа на Кольском Севере

Автор: указан в статье

тории: материалы научной конференции. Москва, 8-10 июня 1995 г. / Науч. б-ка Рос. гуманитар. ин-та. М., 1997. С. 146.

Поступила в редакцию 25.11.2009 г.

Uraeva I.V. Representatives of the Tambov province at the First All-Russian library congress (July, 1924).

The article contains description of carrying out of the First All-Russian library congress which took place in July, 1924 and participation of the Tambov province representatives in it. Questions discussed at congress, rules of the action are considered in detail, characteristic of its participants are given.

УДК: 343.Si(47G.2i)

ДЕТИ ГУЛАГА НА КОЛЬСКОМ СЕВЕРЕ © М.И. Михайлов

Политика большевиков вела к отрыву детей от родителей с тем, чтобы дать детям «правильное», коллективистское воспитание. На практике осиротевшие голодные дети из порушенных нравственно здоровых семей, осужденные за воровство и бродяжничество, бегство из фабрично-заводских училищ, оказывались во власти невежественных, вороватых «воспитателей». Все это сопровождалось пропагандистской риторикой.

Кольский Север стал одной из многих территорий ГУЛАГа (главное управление лагерей), где пострадавшими оказались не только взрослые, но и дети. Правда, режим содержания у последних был различный, особенно если речь шла не о лагерном или тюремном заключении, а о детприемнике или ремесленном училище, и называли тех детей не заключенными или арестантами, а воспитанниками и учащимися. Но от этого сущность не менялась.

По решению ЦК ВКП(б) (Центральный комитет Всесоюзной коммунистической партии (большевиков) и СНК (Совет Народных Комиссаров) СССР 7 июня 1935 г. был издан приказ НКВД (Народный комиссариат внутренних дел) СССР за № 071 «Об организации работы по ликвидации детской безнадзорности» [1] и беспризорности [1, с. 43] и был создан Отдел трудовых колоний (ОТК) [2]. Цель заключалась в организации приемников-распределителей, изоляторов и трудовых колоний для несовершеннолетних беспризорных и преступников. Приказ НКВД СССР предусматривал перевоспитание беспризорных и безнадзорных детей путем культурнопросветительной и производственной работы с ними и дальнейшее направление их на работу в промышленность и в сельское хозяйство.

В марте 1942 г. на окраине Мончегорска открыл свои двери детский приемник-распределитель (далее - ДПР).

Он обосновался в четырехквартирном одноэтажном бараке, построенном еще в 1938 г., имел один подъезд, принадлежал комбинату «Североникель» и у него же арендовался (табл. 1).

Под жилые помещения приемника отвели только две квартиры, которые, в целом, удовлетворяли требованиям санитарного надзора. Каждая из них имела отопительную печь и двойные остекленные рамы с форточками. Общая площадь помещений составила 210,1 м2, причем только на жилую площадь приходилось 70 м2, т. е. при одновременном присутствии в детприемнике 20 детей. Каждый ребенок в среднем имел 3,5 кв. метра жилой площади. У взрослых заключенных в лагерях она составляла 1,8-2,0 м2 на человека. Тесно для детей было только в столовой: площадь составляла 1,44 м2 на ребенка, поэтому детей кормили в две смены. Территорию обнесли двухметровым забором с колючей проволокой и ввели должность сторожа [3]. Его руководители, сотрудники НКВД, в большинстве своем опыта работы с детьми не имели, как и серьезного образования, которое ограничивалось 6-7 классами. О них известно немногое.

Таблица 1

Помещения, использованные для размещения детей в ДПР г. Мончегорска

№ п/п № помещений Наименование помещений Площадь, м2

1. 1 Комната для вновь прибывших детей 11,3
2. 3-4 Комнаты для жилья 60,7
3. 5 Канцелярия 15,5
4. 6 Ванная 6,7
5. 7 Кухня 6,7
6. 8-9 Комнаты для приема и изоляции больных 18,7
7. 10-с Столовая 28,9
8. 11 Изолятор для нарушителей дисциплины 11,3
9. 12 Ленинская комната 22,3
10. 13 Кладовая 19,7
11. 14 Кухня 8,3

Таблица 2

Оклады сотрудников ДПР г. Мончегорска

№ п/п Сотрудники Оклад в месяц, руб. Фонд зарплаты в месяц, руб.

1. Начальник детприемника 600 600
2. Бухгалтер 400 400
3. Зав. воспитательной частью 480 480
4. Воспитатель 412 412
5. Завхоз 300 300
6. Повар 265 265
7. Помощник повара 150 150
8. Прачка-портниха 200 200
9. Уборщица (2) 150 300
10. Фельдшер 400 400
11. Сторож 150 150
12. Чернорабочий 150 150
13. Дворник 150 150
14. Конюх 150 150
15. Эвакуатор 350 150

ВСЕГО - 4457

С марта 1942 по декабрь 1943 гг. первым начальником был Шаронин. С декабря 1943 по август 1944 гг. руководил А.Ф. Колесов. С 18 августа 1944 г. третьим управленцем детприемника стал лейтенант милиции Е.Н. Бо-гачук. И, наконец, на основании приказа начальника управления МВД (Министерство внутренних дел) по Мурманской области от 21 июня 1948 г. за № 300, Кропотова Леонида Федоровича назначили начальником Мончегорского ДПР с 23 июня 1948 г. О дальнейших руководителях ничего не известно.

Весь состав делился на постоянный и переменный. Первый постоянный состав учреждения включал: начальника, воспитателя, завхоза и уборщицу, при положенном штате в 16 сотрудников, и был рассчитан на работу с 20 несовершеннолетними переменного со-

става. Позже штат был заполнен [3, л 24-25]. Сотрудникам этого учреждения установили следующие оклады (табл. 2) [3, л. 27-28].

Начальник и бухгалтер дополнительно к окладу получали полярных надбавок 492 руб. 50 коп. в месяц [3, л. 29-30]. Обращает на себя внимание тот факт, что только два человека из пятнадцати получали хорошую зарплату. С добавками: начальник детприемника получал около 1100 руб. в месяц и бухгалтер - около 900 руб. Что же касается остальных, то разница впечатляла: труд требовался фактический, а зарплата оказывалась символической.

В то же время государство выделяло немалые средства на содержание детей. Согласно утвержденной областным финансовым отделом расходной смете, в 1943 г. вы-

делили 58,5 тыс. руб. с расчетом, что за 1 полугодие через детприемник пройдет до 50 детей. Фактически же прошло 9 несовершеннолетних, для которых выделили 35 тыс. руб. [3, л. 31-32].

Возраст детей не мог превышать 17 лет, а срок содержания ограничивался двумя неделями. Прием производился в течение суток, для чего организовывалось дежурство ответственных лиц из числа сотрудников. Дети поступали из органов милиции, от общественных организаций и отдельных граждан, а иногда являлись и сами. Их осматривал медработник, а затем, если не было выявлено заразной болезни, детей отправляли в санпропускник для прохождения полной санитарной обработки. После переодевания в чистые белье и одежду, детей распределяли по группам соответственно полу и возрасту: от 3 до 7 лет; от 7 до 11 лет; от 11 до 14 лет; от 14 до 17 лет.

Питание было удовлетворительным, насколько позволяло военное время, хотя и преобладала постная пища. Так, по нормам

1943 г., в день полагалось: 600 г хлеба, 500 г картофеля, 75 г крупы, 70 г рыбы, 25 г мяса. 25 г жиров, 15 г сахара и 2 г суррогатного чая [2, с. 382].

По этой норме довольствовались все категории несовершеннолетних, за исключением больных, находящихся в штрафном изоляторе и этапируемых.

Ослабленные и истощенные зачислялись в оздоровительную группу и на усиленное питание по норме № 4 в соответствии с циркуляром НКВД СССР за № 561 от 30 ноября

1943 г. Горячая пища выдавалась 4 раза в день. Было положено: по 400 г ржаного и пшеничного хлеба, 500 г картофеля, 300 г овощей, 110 г мяса, 1/2 яйца, 300 г молока и другие продукты - всего 25 наименований [2, с. 447]. Правда, молоко, молочные продукты и яйца выдавались из подсобных хозяйств только при их наличии.

Воспитанники детприемника, оказавшиеся в изоляторе за дисциплинарные проступки, питались по штрафной норме № 5, включавшей: 400 г хлеба, 300 г картофеля, 100 г овощей, 70 г крупы, 60 г рыбопродуктов и 10 г жиров в сутки [2, с. 448].

Администрация устанавливала возможность или целесообразность направления

беспризорного к родителям или опекунам (если они у него имелись), в детский дом, ремесленное училище или на трудоустройство.

В случае следования в детский дом, школу ФЗО (ФЗО - школы фабрично-заводского обучения, созданные Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 октября 1940 г. «О государственных трудовых резервах»; по указу устанавливалась мобилизация до 1 млн человек в год молодежи от 16 до 17 лет для обучения в ремесленных училищах и затем обязательной работы на государственных предприятиях; за побег из такого училища (с плохими условиями еды и жизни) давался срок 6 месяцев лагеря; к 1958 г. систему ФЗО прошли 10 млн молодых людей; ФЗУ -школы фабрично-заводского ученичества с 1920 по 1959 гг. (заменены на профтехучилища); условия - значительно лучше, свободней, чем в ФЗО; пополнялись большей частью добровольным поступлением [4]) или для трудоустройства несовершеннолетние детприемника обеспечивались продуктами питания из расчета: хлеба - 450 г, шпика -16 г, сахара - 16 г в сутки на одного ребенка [3, л. 31-32]. Однако при сравнении с нормами, утвержденными государством, оказывалось, что подросткам полагалось: хлеба ржаного 400 г, хлеба пшеничного - 200 г, сухарей пшеничных - 100 г, мясных и рыбных продуктов - 250 г, сахара - 30 г, молочных продуктов - 30 г, и суррогатного чая - 6 г на ребенка ежедневно [2, с. 448-449].

Были случаи, когда недобросовестные воспитатели бросали детей в дороге, а сами завладевали их продуктами [3, л. 33].

Иным было сопровождение несовершеннолетних нарушителей закона, оказавшихся в детприемнике. Приказом НКВД СССР, НКЮ (Народный комиссариат юстиции) и Прокурора СССР за № 72/0284/42 с от 17 июля

1943 г. установлен порядок направления подростков для отбывания наказания только в трудовые колонии для несовершеннолетних. Для их сопровождения вызывался вооруженный конвой [3, л. 34]. Правда, следовала оговорка: «Применение оружия по отношению к несовершеннолетним запрещено».

Движение детей и подростков в военные и послевоенные годы выглядело следующим образом (табл. 3, 4) [3, л. 14-19].

Таблица 3

Динамика прибытия детей-подростков в детприемники в послевоенные годы

Годы Прибыло детей 1 квартал 2 квартал 3 квартал 4 квартал

1942 23 3 4 6 10
1943 39 2 7 8 22
1944 94 49 22 9 14
1945 200 51 35 64 50
1946 249 34 55 76 84
1947 431 115 203 39 74
1949 378 166 99 39 74
1950 149 11 68 25 45

Таблица 4

Динамика убытия детей-подростков из детприемников в послевоенные годы

Годы Убыло детей 1 квартал 2 квартал 3 квартал 4 квартал

1942 23 3 4 6 10
1943 35 2 7 8 18
1944 76 41 12 9 14
1945 218 69 35 64 50
1946 249 34 55 76 84
1947 431 106 188 63 74
1949 378 166 99 39 74
1950 149 11 68 25 45

Исходя из таблиц видно, насколько значительным было это движение. Ближе к окончанию войны все больше детей оказывалось предоставленным самим себе. Так, с 1942 по 1946 гг. количество детей, попавших в детприемник, увеличилось в 18 с лишним раз. Основной пик пришелся на 1947-1949 гг., когда численность прибывших достигала от 431 до 378 человек. И это в первые послевоенные годы. И даже в 1950 г. было зарегистрировано 149 беспризорных.

Основными причинами бегства из дома дети называли: плохие отношения с родителями; невозможность родных и близких прокормить их; отсутствие родственников; стремление увидеть мир; попасть в школу юнг.

Нередко причиной ухода из дома являлся арест отца или матери. Среди беглецов преобладали уроженцы Кольского Севера, Архангельской, Вологодской областей и Карелии. Многих доставляли в лохмотьях. Мальчики преобладали. У несовершеннолетних часто встречались дистрофия, цинга, чесотка и туберкулез. Образовательный уровень не превышал 6 классов.

Воспитанников обязывали строго придерживаться установленного распорядка дня.

В него входили: подъем, физическая зарядка, уборка помещений, водные процедуры, завтрак, учебные занятия, обед, общественно полезный труд, ужин, личное время и отбой.

С воспитанниками регулярно проводились политические беседы о торжестве социализма, организовывались коллективные просмотры художественных фильмов на идеологическую тематику.

Воспитанники, совершившие уголовные преступления до попадания в детприемник, предавались суду на общих основаниях, согласно постановлению ЦИК (Центральный исполнительный комитет) и СНК СССР от 7 апреля 1935 г. «О мерах борьбы с преступностью среди несовершеннолетних» [2, с. 182-183].

Нормы обеспечения материальным имуществом детей позволяли администрации создать тем сносные условия существования (табл. 5). Однако одежды и обуви не хватало, в результате чего многие воспитанники вынуждены были ожидать ее получения, оставаясь в стенах детприемника. Так, на основании указания начальника отдела НКВД СССР по борьбе с детской беспризорностью, безнадзорностью и преступностью генерал-

майора Леонюка за № 7/3903 от 26 сентября 1945 г. для Мончегорского приемника-распределителя Московской конторой ГУЛАГ-Снаба (снабжение) было отгружено: шерстяной ткани отечественного производства -9 метров, обуви из подарочного фонда -3 пары, калош из подарочного фонда - 3 пары [3, л. 36]. Конечно, этого явно не хватало, но выбора не было.

Закрыли детский приемник-распределитель в 1955 г., по приказу министра внутренних дел СССР, в связи с «улучшившейся криминальной ситуацией с детской беспризорностью, безнадзорностью и преступностью в стране» [3, Л. 37]. Трудно сказать, насколько это соответствовало действительности. ГУЛАГ доживал последние годы, и иметь подобные детские учреждения новым советским руководителям представлялось крайне нежелательным.

Помимо детприемника в Мурманской области в предвоенные годы была создана система учебных заведений, которая стала воплощением закулисной деятельности ГУЛАГа.

Так, еще 2 октября 1940 г. вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР «О государственных трудовых резервах СССР», согласно которому городские Советы депутатов трудящихся обязаны были «ежегодно выделять в порядке призыва (мобилизации) молодежь мужского пола в возрасте 14-

15 лет в ремесленные и железнодорожные училища и 16-17 лет в школы фабричнозаводского обучения в количестве, ежегодно устанавливаемом Совнаркомом Союза ССР» [2, с. 341-342].

Таким образом, беспризорные и даже безнадзорные несовершеннолетние становились первыми кандидатами в соответствующие заведения, не говоря уже о подростках, попавших в детприемник. Формально подобные резервы несовершеннолетних никакого отношения к ГУЛАГу НКВД не имели и подчинялись непосредственно Совнаркому СССР. Но так могли судить только непосвященные. Влияние ГУЛАГа НКВД было всеобъемлющим.

28 декабря 1940 г. был опубликован Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об ответственности учащихся ремесленных, железнодорожных училищ и школ ФЗО за нарушение дисциплины и за самовольный уход из училища (школы)», при котором учащиеся

подвергались по приговору суда заключению в трудовые колонии сроком до одного года [2, с. 353].

13 сентября 1943 г. вышел приказ Комитета по учету и распределению рабочей силы при СНК СССР и НКВД СССР за № 95/591 «О направлении в ремесленные, железнодорожные училища, школы ФЗО и промышленные предприятия подростков старше 14 лет из колоний несовершеннолетних и детских приемников-распределителей НКВД» [2, с. 392, 393].

Согласно этому приказу многие воспитанники Мончегорского детприемника заполнили учебные классы ведомственных заведений.

В 1943 г. по плану Главного управления трудовых резервов в Мурманской области были открыты 2 ремесленных училища (РУ) на 750 учащихся и 7 школ фабрично-заводского обучения на 1200 учащихся. Территориально их разместили так:

1) ремесленное училище № 1 - в г. Мончегорске с числом учащихся в 400 человек;
2) ремесленное училище № 2 - в п. Роста, в котором обучалось 300 учащихся;
3) школа ФЗО № 1 - в г. Мурманске насчитывала 180 учащихся;
4) школа ФЗО № 2 - в г. Мончегорске имела 130 учащихся;
5) школа ФЗО № 3 - на Абрам-мысе с числом учащихся 120 человек;
6) школа ФЗО № 4 - в п. Териберка насчитывала 103 ученика;
7) школа ФЗО № 5 - в г. Кандалакше насчитывала 180 учащихся;
8) школа ФЗО № 6 - в п. Роста с числом учащихся 120 человек.

На 1 мая 1944 г. в ремесленных училищах области осталось 586 человек, а в школах ФЗО - 894 человека. Основной причиной подобного стало отсутствие у несовершеннолетних заинтересованности в получении рабочих профессий. Что же это были за заведения?

Ремесленное училище № 1 организовали 20 ноября 1943 г. при комбинате «Северони-кель» в поселке Тростниковом около Мончегорска. Занимало оно трехэтажное кирпичное здание. В училище имелись учебные классы, библиотека, клуб, спальные комнаты для учащихся и другие вспомогательные помещения. К началу учебного периода было

400 учащихся, из которых 250 юношей и 150 девушек и только 73 члена ВЛКСМ. Учебное заведение комплектовалось в основном подростками неполных средних школ (НСШ) Мурманской области. Директор - Бондаренко. Всех учащихся разбили на 16 учебных групп по 25 человек в каждой. Училище готовило электромонтеров по эксплуатации и монтажу промышленного электрооборудования, высоковольтных линий и подстанций, вторичной коммутации и релейной защиты; электрослесарей; электромонтеров по обмотке электромоторов; электросварщиков; слесарей по ремонту оборудования, паровозов и вагонов; токарей универсалов и столяров краснодеревщиков.

К началу учебного 1943 г. училище не было подготовлено. Нормальные материально-бытовые условия отсутствовали, мастерские не были оборудованы. Не хватало квалифицированных преподавателей. Учебный день длился от 2 до 4 часов, вследствие чего учебный план 1 четверти выполнен был едва наполовину с низкой успеваемостью: по теории - 51 % положительных оценок, по практике - 56 %.

На прогулы 1 четверти, которая закончилась 23 февраля 1944 г., пришлось 66,9 % учебного времени. Причины же были весьма банальны: систематические опоздания из отпусков, уклонение от учебных занятий под любым предлогом; самовольный уход без разрешения старших; отсутствие на занятиях по причине болезни и т. д. Политико-воспитательная работа находилась на низком уровне. Газеты и журналы не выписывались, художественная литература отсутствовала. Кинофильмы показывали 1 раз в месяц [3, л. 19-20]. Военно-физкультурной работой

учащихся не охватили. В баню подростков водили нерегулярно и несвоевременно меняли нательное белье и постельные принадлежности. До конца так и не был изжит педикулез. Ввиду загруженности местных артелей одежда и обувь учащихся ремонтировались не своевременно. Процветали картежные игры, воровство, особенно продуктов питания, хулиганство, аморальное поведение. Училище покинуло 19 человек. К 1 мая

1944 г. к уголовной ответственности привлекли 9 учащихся. Бондаренко физически оскорблял учащихся, за что и был снят с

должности. Ко дню выпуска в училище осталось 208 учащихся.

Ремесленное училище № 2 располагалось в поселке Роста Ленинского района Мурманска на базе Тыла Северного флота.

Начальник училища - инженер (доцент), капитан 2 ранга Марченко, заместитель начальника по политчасти - лейтенант Про-ценко.

Училище рассчитали на 350 учебных мест, однако к 10 марта 1944 г. набрали 280 учеников. В марте того же года 90 учащихся перевели во вновь организованное ФЗО № 7.

На 1 мая 1944 г. в РУ № 2 числилось 186 учащихся, которых разбили на 8 групп. Из них: 4 группы слесарей и по одной группе токарей, электросварщиков, электромонтеров и краснодеревщиков. Училище разместили в каменном 4-этажном доме бывшего здания неполной средней школы. Комплектование проходило в течение 2 месяцев.

Бывшие беспризорные прибывали из Ивановского детприемника группами по 50100 человек.

Первую группу воспитанников доставили 29 декабря 1943 г., вторую - 17 января

1944 г., третью - 2 февраля 1944 г. и четвертую - 28 февраля 1944 года. Однако к приему подростков учебное заведение так и не подготовили. Материально-бытовые условия отсутствовали. Штат преподавателей не был укомплектован. Длительное время подростки были предоставлены сами себе. Администрация в нужды воспитанников не вникала, вследствие чего дисциплина была на самом низком уровне. Картежные игры на продукты, воровство, массовые побеги, хулиганские проявления и драки процветали.

В 1 квартале 1944 г. в училище растащили и привели в негодность материальных ценностей - белья, постельных принадлежностей, телогреек, ботинок и шинелей, на 35 тыс. руб.

Сотрудники милиции задержали 174 подростка, среди которых и учащиеся РУ № 2. К уголовной ответственности за хулиганство, кражи и побеги привлекли 13 учащихся РУ № 2, которых приговорили к условным срокам от 1 до 2 лет и вернули «для отбытия наказания» в РУ № 2.

Негативную роль сыграл обман со стороны представителей Тыла СФ, которые, с подачи работников НКВД и под предлогом

набора в школу юнг, вербовали подростков в ремесленные училища, тем более что весть о наборе разнеслась далеко за пределами Мурманской области [3, л. 21]. Так, подростки 14-15 лет, а нередко и 12-13 лет, Ивановской области бросали школы, бежали от родителей и, прибыв в детприемник Иваново, серьезно доказывали, что они беспризорные и им просто необходимо попасть в Мурманск. Подростки называли вымышленные фамилии и прибавляли себе по одному, а иногда и по три года. В итоге до 30 % учащихся РУ № 2 составили дети 12-13 лет, а 28 человек успели окончить школы ФЗО.

Однако, узнав об обмане, некоторые из несовершеннолетних потребовали вернуть их обратно, домой, отказываясь посещать занятия.

На 1 мая 1944 г. училище только на 70 % укомплектовали преподавателями, часть из которых не соответствовала предъявляемым требованиям. В это же время заведение посетила комиссия, возглавляемая начальником политотдела Тыла СФ полковником Пащенко. Было принято решение исключить 5 подростков и предать их суду. На семерых подростков стали готовить материал для отправки их в трудовую воспитательную колонию НКВД СССР.

Школу ФЗО № 1 организовали в 1941 г. при судоверфи в Микояновском (ныне Первомайском) районе г. Мурманска.

Директор школы - Кожевников. С момента организации школы состоялось 5 выпусков, последний из которых был 15 мая

1944 г. Школа комплектовалась в основном девочками в возрасте 14-17 лет, жительницами Мурманской области, ученицами неполной средней школы.

Всего было 176 учащихся, из которых только 24 члена ВЛКСМ. В школе сформировали 7 учебных групп, в которых готовили токарей.

Преподавателями, воспитателями и мастерами заведение укомплектовали полностью. Для учащихся создали хорошие материально-бытовые условия. 76 учениц проживали с родителями и 100 учащихся в общежитии при школе. Хорошей была успеваемость от 4,2 до 4,5 баллов. Учащиеся произвели продукции на 35 тыс. руб. В соцсоревновании школа № 1 заняла первое место среди школ ФЗО Мурманской области. Высокой

была учебная и трудовая дисциплина. Случаи краж и картежных игр пресекались.

Школу ФЗО № 2 организовали 1 ноября 1942 г. при комбинате «Североникель» в поселке М. Комужье.

Она занимала три одноэтажных барака, в которых имелись учебные классы и спальные комнаты. Произвели 2 выпуска. Занятия третьего набора начались 20 ноября 1943 г.

В школе числилось 114 учащихся, из которых - 64 мальчика и 54 девочки. Членами ВЛКСМ было 42 человека. Все учащиеся -уроженцы Мурманской области. Было сформировано несколько учебных групп. На слесарей учились 33 человека, на бурильщиков -9, крепильщиков - 8. В двух группах по 32 человека учили на столяров и электриков. Материально-бытовые условия для учащихся создали хорошие. В общежитии было светло, чисто и тепло. Имелась библиотека на 100 книг, выписывались газеты и журналы. Санитарная обработка, смена постельных принадлежностей и помывка учащихся в бане проводились регулярно. Педикулез отсутствовал.

Однако не хватало станочного оборудования и инструментов, учебной литературы, наглядных пособий и канцелярских принадлежностей.

Не проводилось должной воспитательной работы по привитию учащимся трудовых навыков и любви к профессии. Прогулы не стали редкостью. Так, в январе 1944 г. зафиксировали 60 случаев, в феврале - 80, а в марте - 50. За прогулы и нарушения дисциплины из ФЗО исключили 13 подростков, из которых 11 - привлекли к уголовной ответственности.

Школу ФЗО № 3 основали в 1942 г. на базе Кольского треста в поселке Абрам-мыс Микояновского района г. Мурманска. Директор школы - Горбунов. Заместитель директора по политчасти Полудницина [3, л. 2224]. Школа со времени существования произвела 2 выпуска. 15 мая 1944 г. был произведен 3 выпуск. Учебное заведение укомплектовали подростками, жителями Мурманской области. На 1 мая 1944 г. оно насчитывало 105 учащихся, из которых 47 являлись членами ВЛКСМ. К уголовной ответственности привлекли двух подростков за самовольное оставление школы. В ней сформировали 3 учебные группы, в которых на судо-

вых плотников училось 49 учеников, на судоводителей - 28 и на судомотористов - 28 учеников. Административно-техническим

персоналом, преподавателями и воспитателями школу укомплектовали.

Санитарно-бытовые условия были плохие. Детей нерегулярно водили в баню, и имелась вшивость. Отсутствовали учебники, тетради, наглядные пособия и канцелярские товары. Пища - низкого качества и подавалась несвоевременно, т. к. столовая работала с перебоями. Однако успеваемость учащихся была высокой - 4,4 балла. В школе сложился сплоченный и дисциплинированный коллектив. В социалистическом соревновании школа ФЗО № 3 заняла третье место в области. И это притом, что директор Кольского треста Сидоренко к работе по обеспечению школы всем необходимым относился равнодушно.

Школа ФЗО № 4 находилась в поселке Териберка. Связь с Мурманском осуществлялась водным путем. Директор школы -Краснов. Заместитель директора школы по политчасти Мелихова. В школе насчитывалось 110 учащихся в возрасте от 15 до 17 лет. Из них: мальчиков - 78, девочек - 32. Все учащиеся - жители Териберского района Мурманской области. Школа готовила бондарей, каменщиков и плотников.

Административно-техническим и преподавательским составом была укомплектована полностью, однако бытовые условия для учащихся выглядели ужасающими. Общежитие для ребят - темное, сырое и грязное. Спали будущие рабочие по 2-3 человека вместе, в верхней одежде. Подростки ходили грязные. Педикулез стал обычным явлением.

В виду отсутствия умывальников некоторые не умывались до очередной помывки в бане. Верхняя одежда не стиралась, а белье -от случая к случаю. Столовая не отапливалась, с потолков лились потоки воды, на стенах укоренилась плесень. Учащиеся принимали пищу одетыми. У 78 учеников не было обуви, вследствие чего имели место случаи невыхода на работу.

Политико-воспитательная работа находилась на низком уровне, если вообще уместно было о ней говорить. Книги и газеты отсутствовали, подростки посещали кинофильмы от случая к случаю. Часто, с 17 до 23 часов, несовершеннолетние были предоставлены сами себе.

Заместитель директора Мелихова от работы самоустранилась и жизнью школы не интересовалась. Военный руководитель Ма-лохов использовал в педагогической деятельности рукоприкладство. Директор школы и райком партии заняли позиции посторонних наблюдателей.

Позднее провели административное расследование, в ходе которого директор школы, его заместитель по политчасти и военный руководитель были освобождены от занимаемых должностей и привлечены к ответственности. За неявку на работу в течение 3-х недель двух подростков привлекли к уголовной ответственности и осудили к 1 году тюремного заключения каждого.

Школа ФЗО № 5 располагалась в Кандалакшском районе на базе завода № 310. Директор школы - Виноградов. В учебном заведении находилось 176 учащихся в возрасте от 15 до 17 лет, которые обучались на токарей, слесарей, столяров, судовых плотников и формовщиков. Все - жители Мурманской области.

Административно-техническим персоналом школу укомплектовали [3, л. 25-26]. В ней были созданы хорошие материальнобытовые условия. Учащиеся своевременно обеспечивались одеждой и обувью, услугами банно-прачечного комбината. На хорошем уровне находилась политико-воспитательная работа. Хулиганских и аморальных поступков не наблюдалось.

Школа ФЗО № 6 дислоцировалась в поселке Роста Ленинского района г. Мурманска на базе строительства № 93 Тыла СФ. В заведении числилось 137 учащихся, большинство из которых прибыло из детприемника Москвы. Директор школы - старший лейтенант Иванов. Она готовила плотников, столяров, слесарей по ремонту, слесарей по ремонту автомобильного транспорта, слесарей-электриков.

Административно-техническим персоналом, воспитателями и мастерами школу укомплектовали. Материально-бытовые условия для учащихся были созданы.

Школа ФЗО № 7 также располагалась в поселке Роста, но уже на базе судоремонтного завода Тыла СФ. Она насчитывала 88 учащихся, большинство из которых составили привезенные в январе-феврале 1944 г. из г. Иваново бывшие беспризорники, и готови-

попыток побегов из школы. Однако прокурор области, вынося определение при поимке беглецов, отказывался от обвинения на том основании, что учащиеся оказывались моложе

16 лет и не должны были обучаться в школах ФЗО. Зная об этом, подростки не ходили на занятия, совершали побеги и нарушали дисциплину, разлагающе действуя на других учащихся. От подобных учеников избавлялись, отправляя, например, в Ивановский детприемник, как неправильно завезенных.

К июлю 1946 г. в Мурманской области осталось 1 ремесленное училище в Мончегорске при комбинате «Североникель». Система ФЗО и РУ просуществовала до конца 1950-х гг. и была сменена системой профтехучилищ.

Таблица 5

Нормы материального обеспечения детей в ДПР Мончегорска в послевоенные годы [3, л. 33-34]

№ п/п Наименование предметов Количество Примечание

1. Матрац набитый, шт. 35 б/у
2. Одеяло байковое, шт. 35 -«-
3. Подушка перовая, шт. 35 -«-
4. Простыня, шт. 74 из них 20 шт. новых
5. Наволочка, шт. 44 из них 20 шт. новых
6. Полотенце, шт. 17 б/у
7. Ткань полотенечная, м 21 б/у
8. Салфетка на тумбочку, шт. 17 б/у
9. Фланель, м 409
10. Спец. трико, шт. 54
11. Миткаль, м 684
12. Вата, кг 57
13. Полупальто на вате, шт. 30 новые
14. Костюм лыжный, шт. 30
15. Брюки лыжные, шт. 15
16. Юбка женская, шт. 30
17. Кальсоны детские, шт. 30 новые
18. Рубашка нательная, шт. 30
19. Чулки детские, пар 125
20. Ботинки, пар 38
21. Тапочки, пар 10
22. Рубашка женская, шт. 28
23. Панталоны женские, шт. 31
24. Берет женский, шт. 37
25. Гольфы женские, пар. 26
26. Платье детское, шт. 24
27. Варежки детские, пар 56
28. Блузка женская, шт. 45
29. Тумбочка, шт. 20 б/у
30. Стул, шт. 35 б/у
31. Стол письменный и простой, шт. 12
32. Шкаф, шт. 4
33. Буфет 1

ла судовых плотников, котельщиков и столяров. Подростков зачислили в РУ № 2, но в марте 1944 г., в силу производственной необходимости, передали в школу ФЗО, хотя и разместили в одном здании с ремесленным училищем. При комплектовании этого учебного заведения завезли подростков 14, 13 и даже 12 лет и тем самым нарушили Указ Президиума Верховного Совета СССР, согласно которому возрастной состав для школ ФЗО устанавливался в 16-17 лет. Для учебного заведения ситуация усугубилась еще и тем, что профиль специальностей требовал физически сильных и выносливых подростков.

В тех же условиях в течение 3 месяцев несовершеннолетние систематически отказывались от занятий и почти все имели ряд

Таким образом, в 1940-х гг. на Кольском Севере сложилась устойчивая система детских учреждений, либо напрямую замыкавшаяся на ГУЛАГ НКВД, либо опосредованно, что создавало видимость непричастности лагерного ведомства к судьбам несовершеннолетних. Это была удобная позиция, ибо помогала оставаться в тени вершителям беззаконий и произвола в стране. В то же время благодаря государственной принудительной политике по созданию резерва рабочей силы удалось в кратчайшие сроки подготовить будущую замену многим ушедшим на Отечественную войну квалифицированным рабочим. Вопрос заключался только в том, насколько бесчеловечно большевистская власть отнеслась к собственному народу и ее будущему - детям.

1. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка: М., 1993. С. 39.
2. Дети ГУЛАГа. 1918-1956 / под ред. акад. А.Н. Яковлева; сост. С.С. Виленский [и др.]. М., 2002. С. 187-181.
3. АУВДМО (Арх. управления внутренних дел Мурманской области). Ф. 26. Оп. 1. Д. 1. Л. 22-23.
4. Солженицын А.И. Архипелаг ГУЛАГ. М., 1991. Т. 3. С. 523.

Поступила в редакцию 24.11.2009 г.

Mikhailov M.I. Children of Gulag at the Kolskiy North.

The policy of bolsheviks separated children from parents in order to give children “proper” collectivist education. On practice, hungry, bereaved children from destroyed, morally healthy families, convicted for stealing and vagrancy, escape from factory training schools, found themselves under the power of ignorant, thievish “educators”. All that went along with propaganda.

УДК 947

ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ МИЧУРИНСКОГО ЛОКОМОТИВОРЕМОНТНОГО ЗАВОДА В 1945-1959 гг.

© О.В. Казьмин

Статья рассматривает деятельность Мичуринского локомотиворемонтного завода в период 19451949 гг. В исследовании делается акцент на социально-экономическую составляющую жизни предприятия. Проводится анализ структуры состава работников завода, заработной платы, их жилищных условий и трудовой дисциплины.

Период времени, рассматриваемый в данной статье, является очень важным в жизни Тамбовской области и всей страны в целом. Это время значительных сдвигов, в т. ч. и в промышленном развитии региона. Анализируемый в этой статье завод был одним из крупнейших предприятий области той поры, и процессы, происходящие в жизни завода, можно в известной степени проецировать на другие предприятия области.

Мичуринский локомотиворемонтный завод в послевоенный период был одним из крупнейших предприятий по численности работников. При этом предприятие продолжало увеличиваться на протяжении всего данного периода. Хотя в процентном отношении численность рабочих возрастала не

так значительно, как на многих предприятиях, их абсолютное количество возросло за полтора десятилетия на 1100 человек все эти данные можно более подробно рассмотреть на рис. 1.

Наиболее быстро увеличивалась численность рабочих. Количество ИТР увеличивалось не столь существенно. Что касается учеников и служащих, то их на заводе за этот период стало значительно меньше. В определенной мере это было связано со спецификой задач, стоящих перед заводом и его родом деятельности. На этом предприятии и не требовалось столько ИТР, как, например, на заводах химической промышленности. Вместе с тем постоянное увеличение плана требовало и большего количества рабочих.

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов