Спросить
Войти

Самоуправление в Капской колонии в 70-х годах XIX века: теоретические и практические аспекты имперского строительства Великобритании

Автор: указан в статье

4. Лосев А.Ф. Очерки античного символизма и мифологии. М., 1993. С. 852.

5. Платон. Соч.: В 3 т. М., 1971. Т. 3. Ч. 1. С. 254.
6. Замятин Е. Избранные произведения. М., 1990. С. 24.
7. Берн Э. Игры, в которые играют люди. Психология человеческих взаимоотношений; Люди, которые играют в игры. Психология человеческой судьбы: Пер. с англ. М., 1988. С. 37-53.
8. Бахтин М.М. Вопросы литературы и эстетики. Исследования разных лет. М., 1975. С. 170.
9. Гегель Г.В.Ф. Философия права. М., 1990.
10. Пушкин А. С. Собр. соч.: В 10 т. М., 1981.

П. Кант И. Критика способности суждения // Соч.: В 6 т. М., 1966.

12. Хейзинга Й. Человек играющий. В тени завтрашнего дня. М., 1992.

САМОУПРАВЛЕНИЕ В КАПСКОЙ КОЛОНИИ В 70-Х ГОДАХ XIX ВЕКА: ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ И ПРАКТИЧЕСКИЕ АСПЕКТЫ ИМПЕРСКОГО СТРОИТЕЛЬСТВА ВЕЛИКОБРИТАНИИ

Н.В. Дронова

Dronova N.V. Self-government in the Cape in the 1870s: Theoretical and Practical Aspects of the British Empire Building. The problems of self-government in the Cape came strained in the 1870s. They were part of a wider discussion of the past and future of the Empire building among the British political elite. Although there were some extreme view points, the liberals and conservatives drew together to admit that, in principle, there was a possibility for the immigrant colonies to have responsible government. The principal conditions for its effectiveness were considered to be (a) appreciation of the concrete situation in the colony in the time of its establishing, realistic and humane policy on the natives, and reasonable selection of ministers.

Изучение феномена империи становится в настоящее время одной из общественно значимых и актуальных задач исторической науки. Многообразный опыт Британской империи - одного из самых масштабных, экономически и политически значимых образований такого рода - доставляет немало полезного материала для размышлений о ее и не только ее исторической судьбе. При множестве возможных ракурсов изучения проблемы вопрос организации и функционирования системы власти относится к числу основополагающих. В британской политической истории XIX века он имел особое значение, определив направление эволюции связей метрополии и колоний.

История идеи предоставления британским колониальным владениям права самоуправления восходит к 30-м годам XIX века. Она естественно вытекала из концепции "дешевого государства" - одного из фундаментальных положений известной либеральной триады "мир, реформа и сокращение расходов". По словам лорда Блечфорда, одного из авторитетных администраторов Британской империи, она в ту пору "овладела головами людей как науч-

ное открытие. Те, кто серьезно размышляли по этому поводу, не могли не видеть, что тот или иной вариант правительства был, если позволительно так сказать, судьбой британских колоний, и в каждом конкретном случае создание его в свое время произойдет" [1]. Первый практический шаг в этом направлении был сделан в 1848 году формированием в Канаде правительства, ответственного перед парламентом. На протяжении 50 - 60-х ответственные правительства были созданы в австралийских колониях и Новой Зеландии; в 1872 году -на юге Африки, в Капской колонии.

Накопление к 70-м годам XIX века достаточно большого опыта реорганизации системы управления переселенческими колониями Англии на указанных принципах не означало, что проблема утратила теоретическую и практическую актуальность. К мысли о целесообразности введения колониального самоуправления, результатах этого и перспективах на будущее в этой связи возвращались вновь и вновь. Показателен круг заинтересованных данной проблемой людей: первые лица имперского министерства колоний лорды Грей, Кимберли, Карнарвон, Блечфорд,

писатель и историк Дж. Э. Фруд, один из самых популярных новозеландских политиков того времени сэр Ю. Фогель, лидер консервативной партии и премьер-министр консервативного кабинета Б. Дизраэли. По сути, речь шла о попытке принципиальной оценки политики, проводившейся десятилетиями по отношению к переселенческим колониям, о выработке обновленных партийных концепций в области имперского строительства в новых условиях. Но Южная Африка занимала особое место в британских имперских интересах в 70-е годы XIX века. Множественность и драматизм усилий по утверждению и расширению британского присутствия в этой части континента сделали предметом особого внимания проблемы, связанные с самоуправлением в Капской колонии, хотя здесь история существования ответственного правительства была еще совсем недолгой. Капский эксперимент, таким образом, стал поводом для подведения общих итогов решения проблемы колониального самоуправления в Британской империи с высот всего к тому времени накопленного опыта.

В отечественной историографии этот вопрос не становился до настоящего времени объектом специального исследования. Вместе с тем, в работах российских [2 - 7] и, особенно, зарубежных историков [8 - 14] различные стороны британской колониальной политики в Южной Африке в середине - второй половине XIX века были достаточно исследованы для того, чтобы представить общую панораму британской колонизации юга Африки. Это делает возможным ограничиться лишь самыми необходимыми замечаниями по поводу конкретных событий и позволяет сосредоточиться на избранном аспекте проблемы. Цель данной статьи - на основе материала дискуссии в среде деятелей британской политической и интеллектуальной элиты в связи с южноафриканской политикой 70-х годов XIX века представить их взгляды на один из ключевых вопросов имперского строительства - о том, сколь оправдала себя практика создания ответственных правительств в переселенческих колониях и какие формы управления им виделись более эффективными. Наиболее развернуто эта проблема рассматривалась в журнальных выступлениях лордов Грея и Блечфорда и Дж. Э. Фруд а.

Сэр Генри Джордж, третий лорд Грей в 30 - 40-е годы XIX века занимал посты военного министра, министра иностранных дел и министра колоний в сфор-

мированных либералами кабинетах. Именно в последней роли он и известен более всего современникам. Колониальная политика Британской империи стала для него настоящим призванием. В молодости он горячо поддерживал аболиционистов, переселенческие проекты Уэйкфилда; в зрелые годы был известен как противник идеи "ослабления имперских связей". Перу лорда Грея принадлежали многочисленные статьи, памфлеты, книги, в большинстве изданные им в преклонных летах, в которых были изложены его представления о назначении империи и ее судьбах. Но уже в 70-е годы XIX века он был известен современникам автором имевшего успех двухтомного труда "Колониальная политика администрации лорда Джона Рассела", впервые изданного еще в 1853 году, почтенным теоретиком и практиком в области имперского строительства и управления [15]. В конце 70-х годов он выступил с серией аналитических статей, рассматривавших разные аспекты колониальной политики. Одна из них - публикация в апрельском номере журнала "Найнтинф сенчюри" за 1879 год - была прямо посвящена проблемам Южной Африки и, по большей части, именно вопросам самоуправления в Капской колонии. Ее можно оценить как носившую концептуальный характер и поэтому заслуживающую того, чтобы на ней остановиться подробнее.

Начинает Грей с общих, но чрезвычайно важных рассуждений об эволюции имперской колониальной политики. Грей замечает, что за последние два-три десятилетия можно констатировать изменения в сознании большинства государственных деятелей и широкой публики представлений об обязанностях Англии по отношению к колониям. "Раньше (то есть в первые десятилетия XIX века - Н.Д.) считалось, - пишет он, - что сила и величие Британской империи зависели главным образом от владения большими колониальными доминионами, печься о благополучии, защищать и всеми средствами содействовать процветанию которых является обязанностью метрополии и соответствует ее интересам. Но в последние двадцать или тридцать лет стала превалировать прямо противоположная точка зрения. Главной целью политики в отношении колоний, похоже, стало уменьшение наших расходов и ответственности объявлением им, что они должны строить свою политику по своему усмотрению, не обращаясь к нам за помощью и, более того, позаботиться о том, чтобы нам это ничего

не стоило". Грей здесь же оговаривается, что именно такими словами политику Англии по отношению к колониям никто не формулировал, но, на его взгляд, именно это можно заключить из того, что говорится и пишется сменяющими друг друга политиками обеих ведущих партий. Грей называет эту политику "эгоистичной, прямо противоположной интересам и долгу нации". Он не усматривает в этом какой-либо злой умысел и вспоминает события начала века, когда во время затяжной войны сложилась практика сокращения расходов метрополии в колониях вкупе с уменьшением вмешательства в их внутренние дела. Теперь, то есть в 70-х годах, он называет это безрассудством. А тогда, более чем полсотни лет назад, признается Грей, он сам, в ту пору молодой член Палаты Общин, искренне поддерживал эту "экстравагантную политику". "В последние двадцать пять лет действия правительства и парламента были направлены на то, чтобы свернуть связи Англии и ее важнейших колоний до чисто номинальных, - продолжает он. - Ныне в этих колониях имперское правительство имеет власть разве что назначить губернатора; эти губернаторы, будучи назначенными, практически бессильны, не в состоянии даже исполнять обязанности, которые они должны были бы исполнять как представители Короны, совершая неверные шаги, к которым их иногда подталкивают изменения в партийных предпочтениях" [16].

Грей считает великой ошибкой отказ от власти, которую раньше имело в колониях имперское правительство, так как сохранение единства Британской империи является жизненно важным и для них и для метрополии. Он выражает непонимание того, каким образом отношения между ними могут существовать ко взаимной пользе, если имперские власти не в состоянии осуществить меры, которые они считали бы необходимыми для того, чтобы заставить правительства нескольких колоний подчиниться общим интересам всей империи. Грей осуждает "легкость, с которой министры Короны и Парламент позволяют ускользнуть из своих рук возможности предотвратить действия колоний, наносящих вред самим себе, друг другу и империи в целом" [16].

Далее Грей пытается показать результаты, к которым эта политика привела в Южной Африке.

"Принципом этой политики является то, - пишет он, - что колонистам должна быть предоставлена полная свобода прово-

дить политику по их собственному выбору; но, с другой стороны, они должны полагаться на себя в том, что касается обороны, кроме обороны от внешних врагов". Грей считает необходимым заметить, что в тех колониях, где малочисленные британские поселенцы живут в окружении значительно их превосходящих по численности варварских племен, есть особые резоны оставить большую власть в руках Короны, чем это делается повсеместно [16]. Причем, как можно понять, объектом попечительства Грея предстают в данном случае не белые поселенцы, а туземцы. "Сосредоточение всей полноты власти в таких колониях в руках белых поселенцев путем создания там представительных институтов и ответственного правительства, -заявляет он, - неизбежно повлечет за собой установление такого режима власти, который будет беззаконен и несправедлив по отношению к подчиненному, но более многочисленному народу и таким образом вызовет недовольство среди него, которое, особенно если это воинственный и гордый народ, неизбежно приведет к войне". Грей заявляет, что под системой "ответственного правительства" он понимает то, что "многочисленные коренные народы, которым дается малая доля власти или совсем никакой, будут терпеть притеснения". Он отдает дань полезности представительным институтам власти, но при этом замечает, что нет ярма более тяжкого, чем гнет "публичной ассамблеи" для той части населения, которая лишена права в ней участвовать. В качестве примера этого Грей называет старый Ирландский Парламент с его законами против папистов. Когда же, подчеркивает Грей, господствующая нация отличается от подчиненной еще и по цвету кожи, то злоупотребления властью становятся еще большими" ([16]. Р. 585).

Грей считает невозможным отбросить еще одно соображение. Если белые поселенцы, как пишет он, "согласно модной теории", будут предоставлены сами себе в деле собственной защиты и не получат в этом поддержку со стороны метрополии, межрасовая война на истребление будет неминуема. В такой ситуации роль сдерживающего начала, по его мнению, играет британская армия.

Такими Грей считает неизбежные итоги "новой системы колониальной политики". Совершенно противоположный пример "старой колониальной политики" представляет, на его взгляд, история Новой Зеландии той поры, когда она находилась под управлением британской Короны, то

есть до 1852 года. Тогда туземцы были "сначала разбиты, а затем умиротворены" и была учреждена, по словам Грея, "твердая и справедливая система управления", которая дала колонии тринадцать лет мира и восемь или девять лет непрерывного и спокойного процветания. Произошедшее далее - после учреждения в Новой Зеландии ответственного правительства - Грей называет "очевидным абсурдом". Акт Парламента, провозгласивший конституцию Новой Зеландии, был утвержден в 1852 году; новая же система управления в полном объеме заработала двумя годами позднее и вскоре стала приносить плоды, хотя также скоро стали ощущаться симптомы надвигающихся несчастий. В 1854 - 1855 году произошло столкновение губернатора и Ассамблеи по вопросу о межрасовых отношениях. Как свидетельствует Грей, донесения, полученные из колонии, рисовали картину того, что если маори полностью доверяли английскому правительству, то в отношении Ассамблеи или провинциальных советов они его не питали, потому как их встревожили намерениями передела земли. Ситуация повторилась в 1856 году, что дало основания губернатору заявить как об очевидном, что туземцы враждебно настроены по отношению к системе представительного правления, в которую они не верят ([16]. Р. 586-587).

У них были все основания ей не верить, замечает Грей, ибо много несправедливостей вершилось по отношению к туземцам со стороны таким образом созданного правительства при отсутствии контроля со стороны Короны. После начала войны в Новой Зеландии туда были направлены дополнительные военно-морские и сухопутные силы, численность которых в колонии возросла в общей сложности до десяти тысяч человек. Грей признает, что эффект применения этих сил был невелик из-за разобщенности властей и плохого руководства, и большая часть их была отозвана до окончания военных действий, которые были завершены в основном колонистами. Это дало основание сторонникам политики "предоставления колонистов самим себе" ссылаться на события в Новой Зеландии как доказательства их правоты -забывая, что не будь этой политики, то и войны бы не было, равно как и то, что, хотя колонистам и оказалось по силам закончить войну победой над многочисленным противником, это истощило их ресурсы ([16]. Р. 587).

Не взирая на плачевный результат политики в Новой Зеландии, продолжает

Грей, ту же политику несколько лет назад стали проводить и в Южной Африке. Целью этого, по его мнению, было стремление получить благовидный предлог для содержания армии меньшей численности, чем это делалось обычно. Грей выражает сомнение в том, что в то время наличествовали серьезные причины пытаться сократить расходы на содержание армии. Нация была богатой и процветающей, и население платило самые маленькие налоги в сравнении с доходами, чем где бы то ни было в мире. Грей замечает, что в обществе, правда, были распространены ожидания определенного сокращения налогов, но он не видит в этом весомую причину для сокращения расходов на содержание армии до возможно малых цифр. Грей отказывает в том, чтобы называть все это "экономией" и настаивает на ином определении - "скряжничество", добавляя, что оно было в большом почете и у правительства, и у парламента. Вот таким образом, заключает он, и было принято решение о сокращении войск в Капской колонии; и коль скоро при оставшихся незначительных вооруженных формированиях вся ответственность за сохранение мира в колонии легла на плечи самих колонистов, на них было оказано давление с целью изменения действующей конституции, которое бы вводило систему ответственного правительства.

Грей оговаривается, что он располагает не очень точной информацией, но считает возможным заявить, что, к чести белых обитателей Капской колонии, их нельзя упрекнуть (или почти нельзя) в злоупотреблениях их огромной властью по отношению к цветным собратьям. В остальном смена системы проявила себя не столь отрадно. Хотя сокращение вооруженных сил и не было осуществлено, случившаяся позднее кафрская война, по мнению Грея, дала повод к тому, чтобы усомниться в пользе подобного рода денежной экономии. Присутствие значительного британского воинского гарнизона в Африке, считает он, могло предотвратить войну; кафры, подобно другим дикарям, осмеливаются нападать чаще всего в тех случаях, когда они не рискуют встретить адекватный вооруженный отпор со стороны властей и могут быть удерживаемы в повиновении значительно меньшими войсками, чем те, которые нужны для подавления уже начавшегося восстания. Грей высказывает предположение, что сокращение численности британских войск в Африке немало способствовало началу доро-

гостоящей Кафрской войны. Экономия, полученная от возврата части войск, обошлась очень дорого; он утверждает, что экономия была "более номинальной, чем реальной". Нация, полагает он, должна где-то иметь в своем распоряжении достаточный резерв вооруженных сил, которые в кратчайшее время могут быть посланы туда, где в них возникла надобность. В обычное время нет нужды в том, чтобы эти войска находились именно в Англии, и нет места, где бы часть их не могла находиться с большей пользой, чем Южная Африка. Грей аргументирует это соображениями невысокой стоимости содержания здесь войск, надежной к тому времени телеграфной связью и налаженными морскими коммуникациями, что давало возможность в случае необходимости использовать войска и в Европе и в Индии. Грей вспоминает, что во времена сипайского восстания два или три полка, посланные на помощь лорду Каннингу, внесли немалый вклад "в предотвращение грозной опасности, нависшей над нашей Индийской империей". Он замечает, что в 1867 году и еще один-два раза, когда намерения вывода войск из Африки находились в стадии обсуждения, он пытался привлечь к этому внимание Палаты Лордов, но его инициативы не имели успеха ([16]. Р. 589).

По мнению Грея, изменения в системе управления Капской колонией нанесли урон или даже сделали невозможным проведение твердой и последовательной политики по отношению к цветным племенам не только в британских владениях в Африке, но и за их границами. Пока губернатор Капской колонии был ответственен перед Короной за действия своей администрации и мог опираться в исполнении этих обязанностей на "слуг народа”, чьей задачей являлось исполнение его приказов и которые старались исполнить их как можно лучше, можно было быть уверенными, что действия правительства повсеместно от Наталя до Капа будут направлены к одной цели и руководимы одними и теми же представлениями. Но когда Правительство отказалось от реального управления политикой властей Капской колонии и она стала определяться министрами, власть которых ограничивалась границами собственно Капской колонии, это сделало проблематичным единство целей и действий администраций различных территорий ([16]. Р. 589-590).

Итак, вывод Грея однозначен: предоставление колониям права иметь ответственное правительство было и остается

недальновидным ходом, продиктованным в свое время порочными соображениями чрезмерной экономии и чреватым самыми большими потерями для всех белых и черных жителей колоний. Предоставленное колониям самоуправление Грей считает угрозой благополучию как собственно колонистов, так и империи в целом, так как на имперском и колониальном уровне разнится понимание задач и методов политики. То есть он, как можно понять, исходил из мысли, что имперские интересы из Лондона виднее. Грей полагает, что колонистов следует склонить к добровольному отказу от самоуправления, гарантировав им защиту от туземных племен ([16]. Р. 591-592). Важно отметить, что Грей не выступает противником самого существования института представительной власти в колониях. Речь он ведет только об ответственном перед колониальным парламентом правительстве, а не о самом парламенте. И в этом, на наш взгляд, нет противоречия. Имперский парламент и правительство метрополии имели достаточно действенные инструменты конституционного контроля за законотворчеством парламента колоний [17]. Действия ответственных правительств, надо думать, представляли значительно большую проблему, ибо ставили Лондон в положение необходимости быстрого реагирования на труднопредсказуемые шаги колониальных министров. Отказаться от них, особенно в той части, в какой они касались защиты жизни подданных британской короны, в чем Грей привычно усматривает священный долг Британии, он тоже не видел возможности. И поэтому сохранение власти короны он считает оптимальным вариантом организации управления переселенческими колониями, особенно теми, в которых велика доля туземного населения.

Помимо лорда Грея в обсуждении проблемы "ответственного правительства" участвовал Дж. Э. Фруд, опубликовавший по этому поводу в апреле 1879 года статью в журнале "Квартерли Ревю". Это была не первая его публикация в данном журнале: в нем уже печатался его материал в связи с аннексией Трансвааля в 1877 году. Неизменным оппонентом Фруда был лорд Блечфорд, выступивший тогда же, в 1877 и 1879 годах, с серией публикаций на тему британской южноафриканской политики. Их не надо было представлять современникам. Фруд был кембриджским профессором истории. В 1874 году он по инициативе министра по делам колоний в консервативном правительстве лорда Кар-

нарвона совершил длительную ознакомительную поездку по Южной Африке. Его отчет впоследствии лег в основу правительственных предложений о создании на юге Африки конфедеративного союза британских колоний и бурских государств под протекторатом Лондона. Сам он принял деятельное участие в реализации этого проекта ([15]. Р. 254-262). Лорд Блечфорд к 70-м годам XIX века был почтенным ветераном колониального ведомства - целое десятилетие он являлся помощником министра - и заметным лицом в либеральной партии [18]. Оба они, таким образом, имели репутацию людей, весьма сведущих в колониальных делах, но в разное время и в разном качестве к ним причастным. В их полемике 1879 года особое место занимает вопрос об ответственном правительстве в Капской колонии.

Видение Фрудом этой проблемы можно свести к следующему: по разным причинам отдаленные колонии не могут быть представлены в имперском парламенте. Желательно, чтобы они, в таком случае, управлялись самостоятельно. Эта система, по его мнению, успешно показала себя в случае с процветающими Канадой и Австралией. Даже в Новой Зеландии, в которой поначалу было сильно сопротивление, теперь, то есть в 70-х годах, не слышны возражения. Численно сократившиеся маори, бывшие поначалу столь могущественными и опасными, уступившие теперь по численности белому населению (Блечфорд помечает в скобках, что считает это спорным), теперь мирно сосуществуют бок о бок.

Но эксперимент может дать безусловный результат лишь там, замечает Фруд, где белое население находится в меньшинстве. А опыт, по его мнению, показывает сотнями примеров невозможность доверить белым, живущим ради своих собственных интересов, справедливое управление большинством, которое они боятся и презирают. При таких условиях конституционное правление является на самом деле тиранией и из всех существующих систем эта должна быть упразднена, заявляет он [19].

В то время, когда было предложено "навязать", как выражается Фруд, Капской колонии конституционное правительство, цветное население вдвое превосходило по численности белое и стремительно увеличивалось. Но это еще не все. Белое население было разобщено. Старые голландские колонисты продолжали численно перевешивать английских поселенцев. Они

не смирились с потерей страны, которую они считали несправедливостью. У них были свои собственные представления о том, как надо управлять коренным населением и они возненавидели британское вмешательство в этот вопрос, замечает Фруд. До сих пор они остаются замкнутыми и медлительными, но они могли бы управлять, если имели бы большинство в парламенте. Если бы власть перешла к ним в руки, рано или поздно они обратились бы к методам прошлого, и удобство этих методов принудило бы Англию идти вместе с ними. Высшая раса, утверждает Фруд, не озаботилась содержанием вооруженных сил; она предложила фермерам самим защищать себя с помощью их кнутов и ружей. Но лорд Гренвилль и лорд Кимберли (министры иностранных дел и колоний в либеральном правительстве, осуществившие учреждение в Капской колонии самоуправление в 1872 году -Н.Д.) ничего не знали о реальном положении дел в колонии: Гренвилль снял с себя ответственность, был готов вывести войска. Он передал управление колониальному министру, ответственному только перед парламентом колонии. Он отказался и от контроля над политикой в отношении туземцев ([19]. Р. 271).

Итак, Фруд не сомневается в принципиальной целесообразности существования ответственного правительства как успешно оправдавшей себя модели организации управления отдаленными владениями Великобритании в разных частях света. Но применительно к Капской колонии он склонен оценить созданную в начале 70-х годов систему управления как неудачный опыт. Причину того, что оно было учреждено в Капской колонии, Фруд усматривает в механическом распространении на нее апробированных в других колониях моделей организации власти при слабом представлении министров либерального кабинета о реальном положении дел в Южной Африке. Можно предположить, что это суждение опирается на его собственный опыт и он представляет себя в качестве осведомленного эксперта. Но главный порок новой системы управления Капской колонией он усматривает в отказе от контроля над политикой в отношении туземцев. Таким образом, по Фруду, ответственное правительство имеет право на существование, но не в Капской колонии, где оно превратилось в "тиранию меньшинства".

Его оппонент лорд Блечфорд считает эту картину "выглядящей правдиво", соз-

данной из собранных воедино не вызывающих сомнений соображений. Он соглашается с Фрудом в том, что "капские колонисты внутренне способны осуществить руководство своими собственными делами подобно обитателям Австралии и Канады". Так же, как и Фруд, он задается вопросом: "В какой степени им

(колонистам - Н.Д.) можно доверить

управление туземцами" ([19]. Р. 271).

Блечфорд далек от идеализации действий английских властей в деле учреждения в колониях ответственного правительства. Он признает, что хотя забота о наилучшей защите подданных является первейшей задачей и имперских и местных властей, практика обеспечения правительством Великобритании "экономических, торговых, колониальных и филантропических интересов общества" очень далека от того, чтобы считаться удовлетворительной. В качестве печальных примеров этому Блечфорд приводит гибель австралийских аборигенов, разорение Новой Зеландии. Необходимо решить, настаивает он, насколько управление туземным населением со стороны властей Капской колонии менее эффективно и более сомнительно, чем со стороны имперского парламента. Трудности на пути управления есть всегда, замечает Блечфорд, исходя из своего опыта работы в министерстве по делам колоний, и их можно всегда привести в оправдание или порицание любого избранного курса ([19]. Р. 270-271).

Вспоминая историю предоставления Капской колонии самоуправления, Блечфорд признает, что оно было ей навязано "в плане общих соображений политики и финансов". Порок осуществленного шага Блечфорд усматривает не в самом факте учреждения ответственного правительства. Он продолжает настаивать, что Капская колония достигла такой стадии развития, в которой общество может легко научиться управлять собой, будь ему предоставлены для этого возможности. Недостаток он видит в том, что "эксперимент" был начат немедленно. По мнению Блечфорда, необходимо было сохранить опеку над Капской колонией на первых порах. Присутствие губернатора и штата администраторов, присланных из Англии, или переведенных из других частей империи, обогатило бы колонию сообща накопленным опытом, расширило горизонты местных политиков и сохранило уровень квалификации служащих, - утверждает он. Эти преимущества он считал преходящими, ибо со временем такая форма

управления на фоне роста самосознания и самоутверждения колонистов стала бы источником "значительного раздражения". Более того, он признает, что на этой почве и реально произошел конфликт имперской и колониальной властей ([19]. Р. 271).

Блечфорд называет еще одно обстоятельство, которое создало в будущем взвы-воопасную ситуацию: соотношение белых и черных, ровно как буров и англичан из числа жителей колонии, было представлено в правительстве "в высшей степени опасным образом" ([19]. Р. 272).

Особое место в рассуждениях Блечфорда о дальнейшей истории самоуправления в Капской колонии занимает вопрос о политике в отношении туземного населения. Он считает голословным утверждение Фруда о том, что численность туземцев столь велика, чтобы белое население Южной Африки испытывало "болезненное опасение, которое толкает людей к жестокости". По его мнению, осознание факта диспропорции побуждало более организованное и развитое меньшинство проявлять терпимость, поставив единственным условием наличие достаточных средств защиты. На этой основе, "прибегая время от времени к поддержке солдат", осуществляя "щадящую политику при посредстве разумных агентов”, Капское правительство многие годы, утверждает Блечфорд, успешно поддерживало спокойствие и согласие в колонии. Если к этому добавить, замечает он, что английские войска остались пока в колонии и возможно останутся там до того времени, пока ответственное правительство не займет предназначенного ему места, - умелый губернатор, при опоре на них, сможет оказывать влияние на ситуацию; когда же войска будут выведены или сокращены до единственного полка -"последствия любого неблагоразумного отклонения от испытанных методов управления падут всей тяжестью на самих колонистов". Эти соображения, по мнению Блечфорда, должны привести правительство ее Величества к мысли о том, что в интересах самосохранения удержать колонии "на прежней стезе кротости, которая до сей поры сохраняла мир" ([19]. Р. 273). Надо понять - силой в руках разумных администраторов.

Ожидания, что это так и произойдет, основаны не только лишь на чистой теории, продолжает Блечфорд, а на имеющемся опыте. В качестве примера он тоже приводит Новую Зеландию, где сходная политика оказалась, по его словам, "полностью удовлетворительной". С тех

пор, как колонисты стали исключительно сами заботиться о собственной безопасности, более не слышно о проблемах с туземцами маори, утверждает Блечфорд. Они имеют своих представителей в парламенте, их король определил свое место под британским суверенитетом и "все живут в мире" ([19]. Р. 273).

Пытаясь провести аналогию между ситуацией в Южной Африке и событиями в Новой Зеландии, Блечфорд не считает их однозначными, но успешный, на его взгляд, новозеландский опыт он призывает принять к сведению, определяя политику на будущее. "Принцип этой политики -дать понять колонистам, даже, в случае необходимости, накоплением горького опыта, что следствия... их дурного управления падут на них самих, и что правительство ее Величества нельзя испугать или заставить свернуть с избранного пути, которому они не находят объяснений, криком, даже и всеобщим" ([8]. Р. 276). Для того, чтобы сделать эту политику эффективной, необходимы, по мнению Блечфорда, две вещи: первая - абсолютное устранение от любого вмешательства во внутренние дела колонии, которое оставило бы местным властям возможность обвинять Великобританию в ответственности за любые неурядицы; и вторая - непременный вывод английских войск, но осуществляемый из предосторожности после проведения адекватных мер по обеспечению самообороны.

Ушедшее в отставку либеральное правительство, отстаивает честь мундира своей партии Блечфорд, приложило усилия к созданию надежной базы для проведения в жизнь этих принципов в Капской колонии. Пытаясь оценить их эффективность (то есть уже в период пребывания у власти консерваторов), Блечфорд дает ответ: они есть и будут безуспешными. Он объясняет это тем, что политика колониальных премьеров Молтено и Спригга в Капской колонии не была ни успешной, ни безуспешной, "на том простом основании, что ее и не пытались проводить" ([19]. Р. 277). Самым большим ее провалом Блечфорд считает действия капских властей в конфликте с зулусами.

В случае угрозы восстания туземцев прежняя политика, по мнению Блечфорда, должна была заставить губернатора инициировать активные действия собственного министерства, дав ему ясно понять необходимость рассчитывать лишь на собственные силы. А сэр Бартольд Фрер (губернатор Капской колонии - Н.Д.), за-

являет он, поступил прямо противоположно. При первой же угрозе колонии он призвал колонистов ждать помощи из Великобритании. Более того, замечает Блечфорд, он обратился к белым колонистам с призывом поддержать его обращение к правительству о дополнительной присылке войск и таким образом возложил на правительство метрополии обязанность расплачиваться не только за слабость, но и небрежность колонистов ([19]. Р. 277-278).

Блечфорд делает вывод: политику

прежнего (либерального - Н.Д.) правительства характеризовал принцип невмешательства в местные дела и вывод войск. Политика консервативного кабинета, то есть с 1874 года, имеет в виду прямо противоположное. Этим поворотом в политике Блечфорд и объясняет неспособность колонистов защитить себя и проявить гуманизм. И тем не менее он продолжает считать, что учреждение ответственного правительства не явилось само по себе причиной произошедшего зла - кровопролитной войны с зулусами ([19]. Р. 278-279). Таким образом, плоха не идея, а исказившие ее люди, пытавшиеся, как умели, или не пытавшиеся совсем воплотить ее в жизнь.

Итак, в комплексе высказанных Греем, Блечфордом и Фрудом суждений по широкому спектру вопросов, связанных с проблемами управления колониями и их отношений с метрополией, особое место занимает вопрос о принципиальной приемлемости системы ответственного управления в переселенческих колониях Англии.

Грей и Блечфорд дают на него прямо противоположные ответы. Первый категорически утверждает, что самоуправление по разным причинам, но в принципе пагубно для всех: империи, белых колонистов, населяющих колонии туземцев. Оно несет угрозу благополучию империи, опасность "войны рас" и в перспективе -неизбежные крупные расходы по исправлению нанесенного урона. И опыт Новой Зеландии, который в Англии принято было оценивать как чрезвычайно позитивный, давший ей старт к процветанию, он определяет также негативно. Стоит заметить, каким образом Грей формулирует свое нынешнее, то есть 70-х годов, отношение к старой либеральной идее сокращения расходов Короны на нужды колоний: он настаивает на малоизящном термине "скряжничество". Таким образом, явно бросается в глаза, что соображения "чести партийного мундира" над Греем не довлеют. Он был известен человеком, спо-

собным пересмотреть свои взгляды. С первых шагов карьеры, сделанных еще в 30-х годах, он занял своеобразную независимую позицию в политической жизни. По словам недолюбливавшего его лорда Гренвил-ля, бывшего в начале 70-х годов XIX века одним из инициаторов предоставления Капу самоуправления, известного как твердого приверженца классического либерализма, он "презирал мнение других и почитал только свое" ([15]. Р. 364). Грей пользовался репутацией человека, который мог поддержать и либералов и ко

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов