Спросить
Войти

2002. 01. 037. Гергис Ф. А. Конец исламистского восстания в Египте? Издержки и перспективы Gerges F. A. The end of the Islamist insurgency in Egypt? Costs and prospects // middle East J. -- Wash. , 2000. -- Vol. 54, N4. -- P. 592-612

Автор: указан в статье

Власть

2002.01.037. ГЕРГИС Ф.А. КОНЕЦ ИСЛАМИСТСКОГО ВОССТАНИЯ В ЕГИПТЕ? ИЗДЕРЖКИ И ПЕРСПЕКТИВЫ

GERGES F.A. The end of the Islamist insurgency in Egypt? Costs and prospects // Middle East j. -- Wash., 2000. -- Vol.54, N4. -- P.592-612.

История современного египетского исламистского движения, основными представителями которого являются две организации - «Аль-Джамаа аль-исламийя» («Исламская группа») и «Джихад» («Священная война»), - относительно недавняя, ее корни - в студенческих исламистских союзах, организованных во времена правления Садата (1970-1981) и ставших основной идеологической и организационной силой в египетских университетских городках. Состоявшиеся в 1977 г. студенческие выборы привели к резкому росту исламистских настроений среди молодежи. Тогда же "Аль-Джамаа" обратилась против Садата после резкого изменения им внутренней и внешней политики Египта. Давление со стороны радикальных элементов в рамках исламистских студенческих организаций раскололо "Аль-Джамаа": из нее выделилась более радикальная группа - "Джихад". Хотя первоначально "Аль-Джамаа" и "Джихад" ориентировались на студентов, впоследствии они стали вовлекать представителей и других слоев общества. Нажим Садата на исламистов привел к дальнейшей их радикализации и его убийству в 1981г. В ответ власти бросили в тюрьму сотни исламских активистов. С 1990 по 1997 г. шла вялотекущая война на истощение между властями и революционными исламистами. К 1997 г. правительство Мубарака наконец сдержало обещания в адрес "Аль-Джамаа", "Джихада" и других экстремистских групп, разгромив их вооруженные отряды, арестовав или уничтожив большинство наиболее активных лидеров.

В основе успеха египетского государства в нейтрализации воинствующих исламистов - одна из стратегических ошибок последних -провал их попыток обеспечить широкую социальную базу. Вместо кропотливой работы с массами эти организации сделали ставку на захват власти и террор, полагая таким образом вывести египетское общество из состояния спячки.

Кровавые методы «Аль-Джамаа» и «Джихада», убийства случайных людей - простых египтян и туристов — привели к противоположному результату: египтяне отвернулись от исламистов, общество резко осудило устроенное активистами «Аль-Джамаа» и «Джихада» в ноябре 1997г. массовое убийство туристов в Луксоре. Политические партии, религиозные лидеры и гражданские светские

учреждения осудили нападение и призвали правительство активизировать борьбу с терроризмом. Организация «Братья Мусульмане», основное традиционное исламистское движение, представила нападавших как людей, не имеющих "ни совести, ни религии", и заявила, что ее члены не имеют ничего общего с «Аль-Джамаа».

Резня в Луксоре стала поворотным пунктом, внесшим раскол в «Аль-Джамаа" и «Джихад» по вопросам методов борьбы против египетского правительства. В июле 1997г. ряд лидеров «Аль-Джамаа» и «Джихада» объявили одностороннее безусловное прекращение боевых действий и обратились к своим последователям как в стране, так и за ее пределами, с просьбой воздержаться от любых вооруженных нападений. Однако часть лидеров из числа находившихся в изгнании одобрили произошедшее в Луксоре и поклялись продолжить джихад против правительства и туристов.

После 1997г. правительство предприняло беспрецедентные меры безопасности и исламисты были вынуждены ограничиться спорадическими выпадами против полицейских и гражданского населения в деревнях Верхнего Египта, они больше не были больше способны на масштабные вооруженные действия в Каире и других больших городах.

Вместе с совершенствованием системы безопасности египетское правительство стало постепенно выпускать из тюрем исламистов: с 1997 г. выпущено 8 тыс. Подавляющее число выпущенных заключенных принадлежали «Аль-Джамаа», а не «Джихаду». Хотя власти отрицают возможность какой-либо сделки или диалога с фундаменталистами, их решение освободить некоторых членов «Аль-Джамаа» было своеобразной благодарностью за проявляемое организацией благоразумие и наказанием для «Джихада».

В течение последних трех лет Египет жил беспрецедентно спокойной и мирной жизнью. Подпольная структура "Аль-Джамаа" была разрушена. Важно также, что Мубарак уговорил правительства дружественных Египту стран выдворить исламистских активистов и передать их в руки Египта. Если раньше его призывы были гласом вопиющего в пустыне, то после луксорского кровопролития многие правительства пересмотрели свою позицию. Эта работа совпала с переносом исламскими боевиками акцента на борьбу на международной сцене, особенно на их соединение с образованным в феврале 1988г. "Международным исламским фронтом по борьбе с иудеями и христианами" Усамы Бен Ладена, объявившего, что "уничтожать

американцев и их союзников, как гражданских, так и военных -обязанность каждого мусульманина" (с.597).

Вмешательство Вашингтона на стороне египетских властей полностью оправдало себя. Начиная с середины 1998г. иностранные государства стали выдавать членов "Аль-Джамаа" и "Джихада" Египту, что оказалось самым большим успехом в борьбе правительства Мубарака против радикальных исламистов. Англия арестовала несколько египтян -исламских активистов и ограничила политическую активность остальных.

Осознавая губительные последствия для себя, "Аль-Джамаа" попыталась дистанцироваться от двух взрывов в американских посольствах в Африке. Один из высших руководителей "Аль-Джамаа" Рифаи Ахмад Таха сделал официальное заявление, в котором отрицал причастность своей организации к Исламскому международному фронту по борьбе с иудеями и христианами: "Мы не участвуем ни в одном из фронтов, противостоящих США" (с.598)).

Победить исламский экстремизм можно только лишив его социальной базы, справившись с проблемами бедности. С конца 90-х годов макроэкономические показатели свидетельствуют о позитивном развитии Египта: внешний долг снизился с 50 млрд долл. до приблизительно 25 млрд. Торговая реформа сняла ограничения с импорта, а процентные ставки теперь свободно определяются банками и находятся на более высоком уровне, чем в течение прошлых четырех лет. Резервы иностранной валюты в 2000г. превысили 20 млрд долл. Инфляция была снижена с 21,1% в 1980 г. до 8,4 в 1995 г., 6,2 в 1997 г., и 3% в 1999 г. Дефицит бюджета был также сокращен с 18% ВНП до 1% (с.599-600).

Суровые меры против "Аль-Джамаа" временно выдвинули на первый план давно существовавшее в Египте основное течение исламистской оппозиции - "Братьев Мусульман" (БМ), продолжавших оказывать давление на Мубарака с тем, чтобы он либерализировал и исламизировал политическую систему. В то время как режим сражался с "Аль-Джамаа" и другими экстремистскими группами в начале 90-х, "Братья" заявили о себе как об альтернативной умеренной политической силе.

При всей его популярности и монополии власти президент Г.А.Насер не сумел удалить БМ с египетской политической сцены. Фактически репрессивные методы Насера по отношении к "Братьям" в 50-60-ых радикализировали и милитаризировали политику исламистов. После поражения Египта в Арабо-израильской войне 1967г. и смерти

Насера в 1970г. БМ проявили себя как мощная политическая сила, с которой надо было считаться. Уцелевший после репрессий со стороны властей и сохранивший народное сочувствие к себе, исламизм вытеснил секуляризированный национализм и арабский популизм, став доминирующим идеологическим течением в арабском мире, в том числе и в Египте.

Отношения между правительствами и исламистскими группами колеблются подобно маятнику. Например, как только Насер пришел к власти в 1954 г., он положил конец фактическому альянсу "Свободных Офицеров" с БМ. Обвинив исламистов в заговоре, Насер обрушил репрессии против них, посадив в тюрьму многих из их лидеров. Он имел все основания опасаться усиления влияния "Братьев".

Когда в 1970г. на смену Насеру пришел Анвар Садат, он был больше озабочен отходом пронасеровских, социалистических элементов от структуры власти, чем непосредственно исламизмом. В то время как Насер делал ставку на подавление исламских активистов, Садат стал заигрывать с исламистами, освободив из тюрьмы их лидеров. В 70-х усиление исламистского влияния в Египте было многим обязано действиям Садата и использованию им в своих собственных политических целях "религиозного оружия". Садат обеспечил благоприятную среду для экспансии действий исламистов и узаконил их.

Перемены во внешней и внутренней политике правительства Садата (примирение с Израилем и экономическая политика открытых дверей) во второй половине 70-х настроили религиозную молодежь против правительства. "Аль-Джамаа" и другие экстремистские группы не смогли перенести такой резкой перемены, особенно "позорного мира с евреями". Но главное, что восстановило исламистов против Садата, это то, что он "всё время врал" (с.602), говоря о желании поставить законы шариата над всеми законами в стране.

После луксорских событий Мубарак отверг диалог, утверждая, что это был бы диалог глухих. "Мы вели диалог с ними в течение 14 лет, и каждое наше обращение к ним делало их сильнее. Диалог - старые новости. Те, кто просят продолжить диалог, не знают их (исламистов. -Реф.). Мы знаем их лучше" (с.604). В августе 1995г., египетские власти арестовали и представили перед специально созданными в условиях чрезвычайного положения военными судами сотни членов из руководства БМ. Египетский суд также приказал закрыть несколько профсоюзов, в которых особенно сильны были представители БМ, чтобы ограничить их политические действия. Режим Мубарака пошел дальше, ограничив деятельность правозащитных и неправительственных

организаций, он очень болезненно реагировал на заигрывания американцев с исламской оппозицией, эти своего рода попытки задним числом исправить ошибку, допущенную в свое время в Иране.

Победа в 1991 г. Фронта исламского спасения (ФИС) в Алжире прозвучала похоронным звоном для политической либерализации в арабском мире, в том числе и в Египте: министр внутренних дел генерал Муса объявил, что он никогда не допустит победы исламистов на выборах. Имея в виду алжирский случай, Мубарак боялся дестабилизирующих последствий политической либерализации, особенно в то время, когда Египет обречен на болезненную перестройку экономической стратегии. "Алжирский комплекс" подпитывал не только подозрения режима ко всем социальным группам с исламистскими взглядами, но и страхи обывателей перед исламским экстремизмом. Египетское правительство стало расправляться с исламистами всех оттенков и притормозило политическую либерализацию.

Чтобы искоренить зачатки терроризма, египетскому режиму необходимо расширить свою социальную базу и объединить все гражданские и политические сегменты общества в широкий национальный фронт: экономическая либерализация должна сопровождаться экономическими мерами, которые могли бы улучшить положение беднейших слоев, этой питательной среды для возникновения политического и религиозного экстремизма.

Двуединая стратегия, объединяющая политические и экономические реформы с мерами безопасности, могла бы разорвать заколдованный круг насилия, но политическими реформами пожертвовали ради экономических результатов.

Ю.В .Чайников

"БРАТЬЯ МУСУЛЬМАНЕ" ИСЛАМ ЕГИПЕТ АРАБРЕСП ИСЛАМСКИЙ ЭКСТРЕМИЗМ МОЛОДЕЖЬ И ИСЛАМ ЕГИПЕТ АРАБРЕСП СТУДЕНЧЕСКОЕ ДВИЖЕНИЕ ЕГИПЕТ АРАБРЕСП ФУНДАМЕНТАЛИЗМ РЕЛИГИОЗНЫЙ
Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов