Спросить
Войти

«в пользу мира»: из истории англо-русских культурных связей второй половины XIX века

Автор: указан в статье

И.А. Воробьёв

«В пользу мира»: из истории англо-русских культурных связей второй половины XIX века

Отношение общества викторианской Англии к русским во многом формировалось усилиями отдельных энтузиастов - как правило, они направляли свои усилия на преодоление сложившегося в Англии негативного образа России и русских. Эти люди активно занимались пропагандой русской культуры, старались познакомить соотечественников с традициями, историей России, выступали за англо-русское сотрудничество и сближение двух стран.

Взгляды британских русофилов вступали в острое противоречие с русофобскими настроениями, господствовавшими в английском обществе на протяжении большей части правления королевы Виктории (1837-1901). Относительно ровные англо-русские отношения в середине 1850-х гг. по меньшей мере на полтора десятка лет были омрачены Крымской войной; антирусскими настроениями тех лет были навеяны стихи многих английских поэтов: Альфреда Теннисона, Мартина Таппера, Сиднея Доббела, Алек-

сандра Смита и др.1 Одним из ярких идеологов русофобии в Англии в 1850-1860-х гг. был публицист Дэвид Уркхарт, фанатично настроенный против России и всего русского. Он обвинял даже русских политических эмигрантов, проживавших в Англии, в том, что они выполняют шпионские функции, причём в своих обвинениях не брезговал никакими средствами. Герцен писал по этому поводу, что «англичанин вообще довольно глуп, а когда появляются... сумасшедшие, вроде Уркхарта, который утверждает, что все русские - царские агенты. то нечего удивляться, если и вам бросают обвинения»2. Положение дел не менялось на протяжении последующих десятилетий - беллетрист П.Д. Боборыкин даже в 1868 г. был вынужден признать, что «англичане нас не любят вообще, то есть в массе»3. Новый всплеск русофобии в Англии в 1877 г. был вызван началом русско-турецкой войны - именно тогда Альфред Теннисон заявил: «Я ненавидел Россию с самого своего рождения и буду ненавидеть, пока не умру»4. Русская публицистка охранительного направления О.А. Новикова, долгое время прожившая в Лондоне, с сожалением писала в конце 1870-х гг. о «безотчётной антипатии к русским», которую демонстрировали англичане, об их «привычке обвинять нас в грехах прошлых, настоящих и будущих»5. Таким образом, стоит признать, что немногочисленным англичанам-русофилам пришлось столкнуться со значительными трудностями.

Уильям Рольстон (1829-1889), представлявший мир английской науки, был одним из наиболее ярких и деятельных энтузиастов, укреплявших англо-русскую дружбу. Талантливый филолог, публицист и переводчик, он одним из первых обратил внимание

1 Аринштейн Л. М. Русская тема в «Демократических сонетах» Уильяма Россетти // Россия и Запад: из истории литературных отношений. Л., 1973. С. 71.
2 Цит. по: Партридж М. Александр Герцен и его английские связи // Проблемы изучения Герцена. М., 1963. С. 354.
3 Боборыкин П. Д. Столицы мира: Тридцать лет воспоминаний // Боборыкин П. Д. Воспоминания. М., 1965. Т. 2. С. 218.
4 Цит. по: Ищенко Н. А. К вопросу о литературных стереотипах и предрассудках: Альфред Теннисон и Россия. ЦКЬ: <http://www.narochnitskaia.ru/cgi-Ып/тат^?йет=1г250г040516092522 >.
5 Новикова О. А. Английские предрассудки // «Я берег покидал туманный Альбиона.». Русские писатели об Англии. 1646-1945. М., 2001. С. 302, 304.

на многие явления русской литературы, которые впоследствии сделались предметом живейшего обсуждения в западной критике; ему принадлежит заслуга «открытия» для английского читателя целого ряда русских писателей второй половины XIX в.; кроме того, Рольстон содействовал устранению различных заблуждений и предубеждений английских читателей относительно России вообще, притом в такие годы, которые отнюдь не могли благоприятствовать англо-русскому культурному сближению.

Интерес Рольстона возрастал по мере того, как он знакомился с русским языком и завязывал отношения с русскими писателями. В 1853 г. он поступил на службу в библиотеку Британского музея в Лондоне, где и проработал до 1875 г.

Статьи Рольстона о русской литературе начали появляться в английских журналах с середины 1860-х гг. В 1866 г. он напечатал в «Фортнайтли ревью» свою статью об А.В. Кольцове; в 1868 г. в «Эдинбург ревью» была опубликована его статья об

А.Н. Островском, которая завершалась такими словами: «Мы надеемся, что придёт время, когда Россия с лихвой отплатит свой

долг и заставит нас устыдиться своего невежества, потому что в „ .. 1 действительности у неё есть своя национальная литература» .

В 1876 г. Рольстон поместил в журнале «Контемпорэри ревью»

статью «Русские идиллии», посвящённую Н. А. Некрасову.

В конце 1860-х гг. он написал также ряд статей о творчестве

И.С. Тургенева. Главной работой Рольстона этого времени была

его книга об И.А. Крылове, вышедшая в свет в Лондоне в конце

1868 г. В Англии книгу ждал хороший приём: положительные

рецензии на неё поместили «Атенеум», «Сатэдэй ревью» и «Ил-

люстрэйтед Лондон ньюс». По поводу этого издания Тургенев

напечатал свою рецензию в английском журнале «Академия», где

писал: «Слова “третье издание”, относящиеся к выходу басен

Крылова в прекрасном переводе г. Рольстона, звучат особенно

приятно для уха каждого русского, так как они показывают, что

английский читатель начинает интересоваться его родной литера-

1 Цит. по: Алексеев М. П., Левин Ю. Д. Вильям Рольстон - пропагандист русской литературы и фольклора. СПб., 1994. С. 20.

турой, жизнью и характером его народа, которые до сих пор рассматривал лишь с политической точки зрения»1.

В 1879 г. в журнале «Девятнадцатое столетие» была опубликована статья Рольстона «Романы графа Льва Толстого» - краткий обзор творчества русского писателя. В различных английских журналах начала 1870-х гг. можно найти немало статей Рольстона по русскому фольклору. В 1872 г. выходят его «Песни русского народа»; сам Рольстон писал в связи с этим следующее: «Моя книга. была весьма благожелательна воспринята здешней печатью, особенно “Сатэдей ревью”, “Спектэйтор” и “Атенэум”. Рядовые читатели воспримут книгу не так скоро, как критики, но всё же я надеюсь одержать победу и над ними»2. Однако главной заботой Рольстона стало издание книги «Русские народные сказки», вышедшей в Лондоне в 1873 г.

Первых русских знакомых Рольстон приобрёл благодаря своей работе в Британском музее - чаще всего они были представителями ученого профессорского мира, приехавшими в Лондон для научных занятий. В их числе следует упомянуть М.Н. Капустина, И.И. Янжула, Н.И. Стороженко, И.И. Срезневского, И.П. Минаева. Часто принимала у себя Рольстона О.А. Новикова, которая, конечно, была рада использовать авторитет уважаемого филолога в своей пропагандистской деятельности. По-настоящему тёплые, дружеские отношения установились между Рольстоном и И. С. Тургеневым. Кроме того, в Лондоне Рольстон, старавшийся обычно держаться подальше от политики, познакомился со многими представителями русской революционной эмиграции. Он знал Герцена и в 1870 г. написал большой некролог, в котором отдал дань уважения гражданскому мужеству и литературному таланту русского революционера. В приятельских отношениях, по крайней мере до 1883 г., Рольстон состоял с П.Л. Лавровым в период его лондонской жизни; знаком был с В.И. Кельсиевым, П.А. Кропоткиным, С.М. Степняком-Кравчинским, М.П. Драгомановым. Интересно, что, наладив контакты как с политическими эмигрантами, так и с законопослуш-

1 Тургенев И. С. Полное собрание сочинений и писем. М.; Л., 19б7. Т. 14. С. 257.
2 Письма Рольстона русским корреспондентам. Рольстон - Ф. И. Буслаеву II Алексеев М. П., Левин Ю. Д. Указ. соч. С. 199.

ными подданными Российской империи, Рольстон продолжал выдерживать своеобразный нейтралитет.

Знакомство с русскими эмигрантами предоставило Рольстону дополнительную возможность проявить свои таланты и энергию. В майском выпуске «Девятнадцатого века» за 1877 г. появилась его статья «Русская революционная литература», написанная под впечатлением от «процесса пятидесяти». В ней рассказывалась история тайных революционных кружков в России, были упомянуты многие русские «нигилисты», а также назван ряд пропагандистских брошюр последних лет, немалая часть которых была издана в Лондоне знакомыми ему русскими эмигрантами.

В феврале 1879 г. Рольстон писал князю Павлу Вяземскому: «Я полагаю, что увижу вскоре поражение и другого врага. Это -чувство неприязни, которое в течение двух последних лет возникло между Англией и Россией - странами, которые я был бы рад 1

видеть друзьями» .

С начала 1880-х гг. Рольстон сильно «поправел». Равнодушию к политической жизни содействовало его дальнейшее сближение с официозными представителями России. Вопросы англо-русской дружбы интересовали его сильнее, чем наступившая в России политическая реакция. Своим соотечественникам Рольстон старался представить Россию Александра III в самом благоприятном свете. Смерть И.С. Тургенева во многом ограничила дружеские связи Рольстона с представителями русской интеллигенции. «За последние годы я почти потерял из виду своих русских друзей и весьма пренебрегал своими русскими занятиями», - писал он Гроту 3 февраля 1884 г.2

К.Я. Грот, отдавая должное этому английскому русофилу, полагал, что основная заслуга Рольстона заключалась в том, «что он своими специальными трудами познакомил своих соотечественников с красотами и богатствами русского народного поэтическо-

3

го творчества» .

1 Письма Рольстона к Н. И. Тургеневу и П. П. Вяземскому // Алексеев М.П., Левин Ю.Д. Указ. соч. С. 57.
2 Письма Рольстона русским корреспондентам. Рольстон - К. Я. Гроту // Там же. С. 132.
3 Там же. С. 46.

Как правило, деятельность англичан-энтузиастов была связана, а зачастую даже обусловлена их знакомством с видным, ярким русским, либо часто бывавшим в Англии, либо постоянно там проживавшим в силу тех или иных причин.

Таким человеком был С.М. Степняк-Кравчинский, революционный эмигрант, с 1884 г. находившийся в Англии и завоевавший там огромную известность благодаря своим «нигилистическим», по выражению самих англичан, взглядам, которые он выразил в ряде произведений - как публицистических, так и художественных. Многие из его близких друзей-англичан, вошедших впоследствии в Исполнительный комитет Общества друзей русской свободы, именно под его влиянием решили посвятить себя делу преодоления господствовавшей в английском обществе предрасположенности против всего русского.

Показателен в связи с этим пример Этель Лилиан Буль (18641960), впоследствии ставшей известной под фамилией мужа (Войнич). Со Степняком-Кравчинским Этель Лилиан познакомилась при посредничестве активной общественной деятельницы Шарлотты Вильсон. Решив перевести на английский язык сказку Кравчинского «Мудрица Наумовна», написанную им в начале 1875 г. и посланную в Лондон П. Л. Лаврову для печати, Буль начала учить русский язык с помощью Сергея Михайловича. Она даже совершила поездку к Лаврову в Париж с целью получить от него помощь и совет. «Мудрицу Наумовну» так и не удалось издать на английском языке, но Лилиан во что бы то ни стало хотела познакомить англичан со сказками своего друга и потому взялась за перевод другого произведения Степняка - «Сказки о копейке», написанной ещё в пору «хождения в народ». Войнич готовила этот перевод для большого сборника произведений русских писателей. Совместно с Эдуардом Пизом, одним из основателей Фабианского общества, Лилиан занималась литературной обработкой завершённого в 1889 г. романа Кравчинского «Карьера нигилиста».

Когда крупное издательство «Вальтер Скотт» задумало осуществить выпуск серии изданий «Интернациональный юмор», Буль (тогда уже Войнич) вместе со Степняком начала работу над сборником «Русский юмор» для этой серии - он вышел в 1895 г. Этель Лилиан перевела для него рассказы Гоголя и Салтыкова-Щедрина, сценки Островского. Совершенствуясь в русском языке, она мно-

го читала - и русских классиков, и номера «Народной воли», и произведения современной русской литературы, и всевозможные издания эмигрантской печати. Посовещавшись со Степняком, Войнич решила познакомить английского читателя с творчеством

В.М. Гаршина и перевести его рассказы «Красный цветок», «Из записок рядового Иванова», «Трус» и «Происшествие»1. Отпечатана эта книга рассказов была в другом издательстве, которое принадлежало другому английскому знакомому Степняка, деятельному члену Общества друзей русской свободы Фишеру Ун-вину.

Английский журналист Уильям Вестолл также был другом Степняка-Кравчинского: тот знал его ещё по Женеве и называл «Вестолушка». Вестолл перевёл на английский язык книгу Степняка «Россия под властью царей» и вместе с ним - «Слепого музыканта» В.Г. Короленко. Когда было решено осуществить перевод и других произведений Короленко («В дурном обществе» и «С двух сторон»), Вестоллу в работе начала помогала Войнич. Небольшое предисловие к этим переводам написал С.М. Степняк-Кравчинский2.

Элеанора Эвелинг (1855-1898), супруга одного из основателей Социалистической лиги Эдуарда Эвелинга, хорошо знавшего Степняка-Кравчинского, в свою очередь находилась в тесной связи с группой «Освобождение труда», состояла в переписке с Г.В. Плехановым, получала от него книги. Она и стала переводчицей его книги «Анархизм и социализм». «Я надеюсь, дорогой друг, что смогу устроить Ваш труд против анархистов и что, может быть, будет полезно, чтобы познакомить с Вами английских издателей и публику», - писала она Плеханову. Через Элеанору Эвелинг вошла в среду английских социалистов Вера Засулич3.

Огромную роль в развитии англо-русских культурных связей сыграла Констанция Гарнет (1862-1946). Познакомившись со Степняком-Кравчинским, она под его влиянием заинтересовалась русской классической литературой. В начале 1894 г. появился её первый перевод И.С. Тургенева, положивший начало более чем

1 См.: ТаратутаЕ. А. Этель Лилиан Войнич. М., 1960. С. 70-71, 112.
2 См.: Там же. С. 75.
3 См.: Иванова Н. В. Русская революционная эмиграция и развитие русско-английских общественных связей // Учёные записки Курского педагогического института. 1967. Вып. 43, ч. 1. С. 103, 104.

полувековой переводческой деятельности1. Русскому языку её обучал Феликс Волховский2. Близким другом мужа Констанции Гарнет был П. А. Кропоткин. Сама она была знакома с П. Л. Лавровым, который бывал в доме Гарнетов во время своей жизни в Англии. Среди её русских знакомых были также известный народоволец А.Л. Линёв и его супруга, певица и собирательница русских народных песен Е.Э. Линева (Паприц). Не раз гостили в доме Гарнетов Вера Фигнер и Вера Засулич3.

Совершенно иначе заработал себе в Англии во многом скандальную славу русофила известный журналист-радикал У.Т. Стэд (1849-1912), стоявший на принципиально иных идеологических позициях, нежели уже перечисленные англичане, в той или иной степени склонные, не без влияния своих русских друзей, к социализму. Уильям Стэд, являясь близким другом О. А. Новиковой, русской публицистки, проживавшей с 1868 г. в Лондоне и являвшейся, по сути, рупором официальной российской пропаганды в Англии, и сам разделял многие её убеждения. Будучи редактором «Северного эха», а затем «Пэлл-Мэлл газет», он охотно предоставлял Ольге Новиковой страницы своих изданий, да и сам выступал со статьями откровенно пророссийского характера.

В 1888 г. Стэд, будучи редактором «Пэлл-Мэлл газет», посетил по приглашению Ольги Новиковой Россию и даже был удостоен личной аудиенции у Александра III в Гатчине. Российский император произвёл на английского журналиста чрезвычайно благоприятное впечатление (Стэд даже утверждал, что из всех русских Александр III более всего напомнил ему английского джентльмена), о чем было сообщено в «Пэлл-Мэлл газет» и в вышедшей вскоре книге с претенциозным названием «Правда о России»4. Восторженными отзывами об Александре III Стэд вызвал в Анг-

1 См.: Senese D.J. S.M. Stepniak-Krachvinskii, the London years. Newton-ville, 1987. P. 59.
2 См.: Slatter J. Material on Russian political emigrants in British archives, 1850-1917 // The Study of Russian history from British archival sources / ed. by J.M. Hartley. London; N.Y., 1986. P. 141.
3 См.: Иванова Н. В. Из истории русско-английских культурных связей в 80-90-е годы XIX века // Учёные записки Курского педагогического института. 1966. Вып. 26. С. 159-160.
4 См.: Senese D.J. Op. cit. P. 95.

лии публичные обвинения в свой адрес. В «Вестминстер ревью» Стэд был даже назван «адвокатом деспота»1.

Впрочем, в 1890-х гг., с началом правления Николая II, инициатива перешла к Стэду - на страницах своего журнала «Ревью оф ревьюз» он начал публиковать выдержанные в доброжелательном тоне статьи о Николае. Усилиями Стэда в 1890-х гг. стал формироваться образ русского императора-миротворца2. В 1898 г. Стэд был даже удостоен аудиенции у Николая II3.

Английский журналист не ограничивался только публицистической деятельностью. В том же 1898 г. его собственное издательство выпустило серию под общим названием «Русская библиотека». Каждая книжка из этой серии, включавшая произведения Тургенева, Толстого, Чехова, стоила всего 6 пенсов - широкий спрос на произведения русской литературы обеспечивал этим изданиям гарантированный сбыт4.

По мнению Дональда Сенеса, чрезмерное восхваление Романовых и официальной России Стэдом было мотивировано его искренним и благородным стремлением улучшить англо-русские отношения5. Во всяком случае, в самом конце XIX века такие устремления вполне отвечали желанию английских правящих кругов заполучить себе нового союзника против усилившейся Германии. Ради справедливости надо также подчеркнуть, что издательская деятельность Стэда едва ли имела политическую подоплёку и носила скорее просветительский характер. Сам Стэд не без оснований заявлял: «Мы с Ольгой Алексеевной Новиковой единодушно работали в пользу мира»6.

1 Цит. по: Зашихин А. Н. «Глядя из Лондона»: Россия в общественной мысли Британии. Вторая половина XIX - начало XX века. Архангельск, 1994. С. 114.
2 См.: Там же. С. 116.
3 См.: Slatter J. Jaakoff Prelooker and «Anglo-Russian» // From the other shore: Russian political emigrants in Britain, 1880-1917. Immigrants and minorities. L., 1984. P. 58.
4 См.: Иванова Н. В. Из истории русско-английских культурных связей...

С. 145-146.

5 См.: Senese D. J. Op. cit. P. 64.
6 Цит. по: Митрофанов С. Кто вы, Ольга Новикова? URL: <http://exlibris.ng.ru/kafedra/1999-10-07/novikova.html>.

Таким образом, можно сделать вывод о том, что энтузиазм отдельных англичан, потративших много времени и усилий ради ознакомления своих соотечественников с выдающимися образцами русской общественно-политической мысли, художественной литературы, фольклора, просто с жизнью России и её народа, был обусловлен, как правило, их заинтересованным отношением к деятельности русских людей, оказавшихся в Англии. Именно дружба с представителями России, заинтересованными в сближении двух народов, давала этим англичанам энергию, желание работать. Русские нередко предоставляли им материалы, необходимые для работы, помогали совершенствоваться в языке, направляли их усилия в нужном направлении. В результате англичане, принадлежавшие к различным политическим лагерям (а то и вовсе не состоявшие ни в одном из них), зачастую с разных сторон двигались к одной и той же цели, побуждая своих соотечественников иначе, без былой враждебности и с благожелательным интересом обратиться к лучшим проявлениям творческих сил русского народа.

Об авторе

Воробьёв Илья Аркадьевич - студент 5-го курса исторического факультета РГУ им. И. Канта.

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов