Спросить
Войти

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ КОДЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ РОССИИ С ТУРЦИЕЙ (ИМПЕРСКИЙ ПЕРИОД)

Автор: указан в статье

Ученые записки Таврического национального университета им. В.И. Вернадского

Серия «Философия. Культурология. Политология. Социология». Том 24 (65). 2012. № 4. С. 289-301.

УДК327 (470+571):560

ГЕОПОЛИТИЧЕСКИЕ КОДЫ ВЗАИМОДЕЙСТВИЯ РОССИИ С ТУРЦИЕЙ (ИМПЕРСКИЙ ПЕРИОД)

Халилева Д.Р.

В статье на основе содержательного анализа основных событий российско-турецких отношений в имперский период истории двух государств и их оценок в отечественных и зарубежных исторических и политических исследованиях выделяются и характеризуются геополитические коды политики России в отношении Османской империи, проявлявшиеся в деятельности государственной власти, представлениях элиты и широких кругов населения. Ключевые слова: геополитика, геополитический код, Российская империя, Османская империя, российско-турецкие отношения.

Предметом исследования является формирование геополитического взаимодействия России и Турции в имперский период. Цель исследования: выделить геополитические коды взаимодействия России и Османской империи.

Одним из фундаментальных в геополитических исследованиях является понятие «геополитического кода». «Геополитические коды (кодексы), - отмечают российские исследователи В. Колосов и Н. Мироненко, - это набор стратегических предположений, которые правительство составляет о других государствах при формировании своей внешней политики. Такие оперативные кодексы включают оценку районов за пределами границ государства с точки зрения их стратегической важности и в качестве потенциальных угроз. Геополитические кодексы не просто государственно центричны, они также включают особенный взгляд на мир. Одновременно кодексы воспринимаются как основные строительные блоки геополитических мировых порядков» [1, с. 125]. Геополитические коды формируются исторически, обобщая опыт взаимодействия геополитических субъектов, и оказывают существенное воздействие на развитие современных отношений между ними, в частности, России и Турции.

Актуальность исследования процесса формирования геополитических кодов государственной политики России в контексте взаимодействия с Турцией обусловлена двумя обстоятельствами. Первое из них связано с колоссальной трансформацией российского геополитического пространства вследствие дезинтеграции СССР. Американский ученый и государственный деятель З. Бжезинский подчеркивал: «Крах Советского Союза стал заключительным этапом постепенного распада мощного китайско-советского коммунистического блока, который за короткий промежуток времени сравнялся, а в некоторых зонах даже превзошел границы владений Чингисхана... Однако в геополитическом плане еще

более значительным событием явился развал многовековой, с центром правления в Москве, великой Российской державы... В течение 14 дней россияне... неожиданно для себя обнаружили, что они более не являются хозяевами трансконтинентальной империи, а границы других республик с Россией стали теми, какими они были с Кавказом в начале 1800-х годов, со Средней Азией - в середине 1800-х и, что намного более драматично и болезненно, с Западом - приблизительно в 1600 году, сразу же после царствования Ивана Грозного. Потеря Кавказа способствовала появлению стратегических опасений относительно возобновления влияния Турции; потеря Средней Азии породила чувство утраты значительных энергетических и минеральных ресурсов, равно как и чувство тревоги в связи с потенциальной мусульманской проблемой; независимость Украины бросила вызов притязаниям России на божественное предназначение быть знаменосцем всего панславянского сообщества» [2, с. 108-110].

В этой связи многие авторы акцентируют значение исторических факторов, в том числе и для развития современных российско-турецких отношений, пишут о своеобразном «возвращении истории». Российский исследователь В. Дегоев, говоря о Кавказе как о наиболее конкурентном геополитическом регионе, подчеркивает, что многоаспектная разобщенность обусловливала «возможность раздела региона на сферы влияния между соперничающими державами или перехода его целиком под власть одной из них, что обещало перспективу долгосрочной стабильности» [3, с. 317]. Автор подчеркивает, что данная закономерность с неизменным постоянством действовала в истории и сегодня сохраняет свое значение, что выдвигает на первый план проблему безопасности в регионе, решение которой предполагает признание интересов России, Турции и Ирана. Дегоев заключает: «в условиях обостряющейся борьбы за мировые энергоресурсы надежда на победу гармонии и равноправия в международных отношениях, особенно по поводу Закавказья, выглядит романтическим благодушием», а «путь к устойчивому миру пролегает не через пока еще утопическую идею всеобщей демократизации международного порядка, а через умение управлять противоречиями и конфликтами» [3, с. 317-318]. Такое понимание ситуации порождает интерес к историческим аспектам геополитического взаимодействия, тем более, что современные противоречия в российско-турецких отношениях перекликаются с историческими аналогами. Бжезинский замечает: «Турция стабилизирует регион Черного моря, контролирует доступ из него в Средиземное море, уравновешивает Россию на Кавказе, все еще остается противоядием от мусульманского фундаментализма и служит южным якорем НАТО. Дестабилизированная Турция, похоже, дала бы большую свободу насилию на южных Балканах, одновременно обеспечив России восстановление контроля над недавно получившими независимость государствами Кавказа» [2, с. 63].

Второе обстоятельство связано с широким диапазоном оценок перспектив современного российско-турецкого взаимодействия, колеблющихся между провозглашением «стратегического партнерства» и акцентированием того, что в «период примерно 2015-2020 годов у России и Турции может произойти военный конфликт» [4-12]. И в этом отношении важно понимание соотношения геополитических кодов российской политики и меняющейся современной геополитической ситуации.

Геополитические основы российско-турецкого взаимодействия в исторической ретроспективе и на современном этапе являются предметом исследований таких российских авторов, как Белокриницкий В., Болдырев А., Васильев А., Гаджиев К., Дугин А., Жильцов С., Зиганшин М., Золотухин М., Зонн И., Иванова И., Игнатьев А., Киреев Н., Ковальский Н., Колобов О., Корнилов А., Косаман О., Кочкин Н., Кунаков В., Лаврова Т., Мамедова Н., Москаленко В., Нарочницкая Н., Нежинский Н., Поцхверия Б., Сваранц А., Улунян Ар., Ульченко Н., Юрченко И., Язькова А.; турецких специалистов - Айдин М., Бабаоглу О., Киниклиоглу С., Сомунджуоглу А., Таракчи Н., Телляль Э.; американских и европейских политологов - Асмус Р., Бжезинский Зб., Джексон Б., Ибел Р., Лэрреби С., Пивариу К., Сандерс Д., Старр Ф., Хантингтон С., Шерр Дж., Яник Л. Весомый вклад в изучение этих проблем вносят украинские ученые Варбанец П., Волович А., Воротнюк М., Габер Е., Гриневецкий С., Дергачев В., Ирхин А., Парахонский Б. и др.

Рассматривая диалектику формирования геополитических кодов России и Турции, следует подчеркнуть сходные черты и различия геополитической судьбы этих евразийских империй, проявившиеся уже на ранних стадиях их формирований. Практически в одно и то же время (IX в.) и славяне, и тюрки подошли к Византии. Но если древнерусский натиск Византия сдерживала не столько военной силой, сколько духовной - в 988 г. Русь приняла от Византии православие, - то тюрки-сельджуки, ставшие мусульманами, усиливали военный натиск на Византию и к 1071 г. овладели большей частью Анатолии и создали Конийский султанат Сельджукидов, сопоставимый по мощи с Киевской Русью в период ее подъема [13].

В Х1-ХШ вв. тюрки-сельджуки и Египетско-Сирийский султанат стали основной силой, противостоявшей натиску Западной Европы, результатом чего стало поражение крестоносцев. В свою очередь русские княжества отразили экспансию с Запада в Невской битве и Ледовом побоище. Общим итогом было усиление конфронтации Запада и Востока.

Конийский султанат, раздробленный на эмираты и бейлики, как и Древняя Русь, разделенная на удельные княжества, почти одновременно потерпели поражение в борьбе с нашествием монголов. Потом начался медленный процесс «собирания земель», ставших основой великих евразийских империй. Кадырбаев А.Ш. замечает: «... и здесь судьбы бейлика князя Османа, осколка Сельджукского султаната в центре Анатолии, и Московского княжества, преемника Киевской Руси, схожи. В XIV веке род московского князя Ивана, вошедшего в историю под тюркским прозвищем Калита. занялся собиранием земель русских, а род Османа земель турецких» [13].

Московское государство и Османская империя были разделены обширными пространствами и исповедовали разные религии. Москва считала себя преемником Византии, «третьим Римом». Поэтому государственная идеология и православные традиции Византии в значительной степени влияли на политику Московского государства в отношении Порты. Российский автор Х. Политидис подчеркивал: «Падение Константинополя в 1453 году, означавшее гибель Византийской империи - т.е. второго Рима, стало предпосылкой многовекового строительства третьего Рима - России, которая унаследовала историко-политическую функцию главного, пограничного оплота против последовательного врага всего христианского мира -Турции» [14].

Завершив объединение русских земель вокруг Москвы, ее государи, как и Османы, встали в XVI в. на путь внешней экспансии, но, как замечает Кадырбаев, если Российское государство расширялось преимущественно на Восток, в пределы родственных туркам-османам народов, сокрушив их государства в лице Казанского, Астраханского, Сибирского на Тоболе ханств, то османы, присоединяя Арабский Восток, все же главный удар наносили на Запад, поглощая земли, где жили родственные русским, преимущественно славянские народы, исповедовавшие православное христианство, разгромив их государства на Балканах. Сравнивая судьбы двух впоследствии империй, автор приходит к выводу, что в процессе расширения «происходила реализация двух моделей евразийства, что выразилось в создании двух великих евразийских империй, приближавших границы своих владений друг к другу» [13]. Соприкосновение границ порождало и конфликтный потенциал.

Вместе с тем два государства поддерживали между собой и связи, прежде всего, торговые. Толчком к установлению прямых межгосударственных контактов стало взятие турками Кафы в 1475 г. и притеснение находившихся там русских купцов. В 1484 г. войска султана Баязида II захватили Килию и Аккерман (Белгород), подвластные молдавскому господарю Штефану III, который решил призвать московского князя Ивана III к совместным действиям против турок и послал ему грамоту с возвращавшимся из Европы посольством Ф. Курицына. Но в 1485 г. турки задержали его в Белгороде и дали знать, что султан хочет дружбы с Москвой. В условиях нараставшей напряженности в русско-литовских отношениях Ивану III было важно, чтобы Порта стала противником Великого княжества Литовского. Высокая Порта заявила о готовности обменяться послами. 30 августа 1492 г. из Москвы султану отправили грамоту по вопросам торговли (она считается первым документом межгосударственных отношений). В 1494 г. Баязид II оправил в Москву посольство во главе со своим сыном, которое было задержано киевским наместником великого князя литовского. Тогда Иван III оправил стольника М. Плещеева к султану. Баязид II вручил ему ответные грамоты, но своего посла в Москву не отправил. В 1499 г. Иван III направил в Стамбул второе посольство во главе с А. Голохвастовым, который вернулся с обещанием султана о безопасной торговле и запрете нападать на московские пределы, который, впрочем, часто нарушался.

В XVI в. отношения между государствами стали еще более напряженными: Порта объявила Казань «юртом султана», тогда как Москва считала ее «юртом великого князя московского», и искала места на Дону для постройки турецкого города. С завоеванием Казани и Астрахани Иваном IV отношения еще более обострились. Порта побуждала крымского и ногайских ханов нападать на московские пределы. В царствование Федора Иоанновича помимо затруднений, которые доставляла Москве Высокая Порта поддержкой крымского хана, появились и новые осложнения: донские казаки, считавшиеся московскими подданными, нападали на ногайцев, которых султан считал своими подданными. Москва утверждала, что казаки - беглые люди и действуют самовольно. В Порте этому не верили. История межгосударственных отношений становилась историей многочисленных войн, сменявшихся периодами вооруженного противостояния.

Россия и Турция воевали 13 раз: 1568-1570, 1676-1681, 1686-1700, 1710-1711(13), 1735-1739, 1768-1774, 1787-1792, 1806-1812, 1821-1830, 1828-1829, 18531856, 1877-1878, 1914-1918 гг. В этих войнах Россия, в первую очередь, противодействовала турецкому вассалу - Крымскому ханству (до присоединения его к России в 1783 г.), войска которого систематически опустошали южную часть Московского государства и земли, находившиеся в составе Речи Посполитой -Украину, народ которой испытывал тяжелые бедствия от турецко-татарских набегов, что ярко отразилось в песнях того периода: «За рекой огни горят, / Там татары пленных делят. / Село наше зажгли и богатство разграбили» [15]. Первое столкновение русских с турками, которые совместно с татарами организовали поход на Астрахань, произошло в 1569 г. В 1572 г. многочисленная татаро-турецкая орда пошла на Москву, но была разгромлена.

Ответом на тюркскую экспансию стали походы против Крымского ханства и Порты донских и запорожских казаков: на Тамань, Белгород, Очаков, Керчь, Перекоп, Джарылгач, Кафу, Азов, Трапезунд, Синоп, Константинополь, Килию, Силистрию и Варну. В 1602-1696 гг. практически ежегодно осуществлялись походы казаков на черноморское побережье Османской империи, а в 1637-1642 гг. донские казаки удерживали Азов. Таким образом, турецко-татарским набегам противопоставлялись контрудары иррегулярных формирований казацкой вольницы.

В царствование Алексея Михайловича положение дел изменилось: придя в себя после смуты, Россия начала переходить в контрнаступление. Во внешней политике формировался и вопрос об отношении к Порте из-за балканских христиан, который, согласно замечанию В. Ключевского: «вынашивался только в идее, в благожелательных помыслах царя Алексея и Ордина-Нащокина: тогда еще не под силу был русскому государству прямой практический приступ к этому вопросу, и он пока сводился для московского правительства к борьбе с врагом, стоявшим на пути к Турции, с Крымом.» [16]. При этом значение Московского государства для европейской политики заключалось в том, что оно находилось в тылу у государств, расположенных между Балтийским и Адриатическим морями. И когда завязалась борьба в Европе, эти государства стремились обеспечить свой тыл с востока союзом или приостановкой вражды с Москвой, которая стала вовлекаться в различные политические комбинации.

С 1648 г. крупных набегов на Россию татары уже не совершали, но продолжали атаковать Украину: в 1654-1657 гг. они произвели 38 набегов. После воссоединения Левобережной Украины с Россией вновь обострились ее отношения с Портой. Главными причинами были набеги крымских и ногайских татар; запрет для русских судов плавать по Черному морю и через проливы; растущее влияние России на угнетенные христианские народы Балканского полуострова и Кавказа, видевших в ней своего избавителя.

Стремление России получить выход к Черному морю также способствовало обострению русско-турецких отношений. Борьба за выход к берегам Азовского и Черного морей, за свободу плавания по ним определяли политику Российской империи от Петра I до Екатерины II. В 1695-1696 гг. азовские походы стали первыми внешнеполитическими шагами Петра I. Необходимость регулировать противоречия привела к установлению российско-турецких дипломатических отношений в 1701 г., и в Константинополе открылось посольство России. В 1720 г.

между государствами был заключен мирный договор «на вечные времена», однако крымские ханы продолжал опустошать южные территории России, а Высокая Порта по-прежнему вела антирусскую политику. После завершения Северной войны Петр I в 1722 г. начал Персидский поход с целью овладеть западной частью Каспийского моря - Восточной Арменией и Восточной Грузией. Летом 1722 г. русские войска вступили в Дербент, заняли Баку, Решт и ряд прикаспийских районов. Однако дальнейшее движение русских войск было остановлено турецким продвижением на Кавказ при поддержке со стороны Англии и Франции. В 1724 г. с Портой был заключен Константинопольский договор, по которому султан признал приобретения России в Прикаспии, а Россия - права султана на Западное Закавказье.

Англия с начала XVIII в. расширяла торгово-колониальную экспансию и имела особые виды на бассейн Каспийского моря. В российско-английских отношениях формировался узел противоречий, связанных с курсом английской политики на поддержку своих предпринимателей, стремившихся укрепиться на волжско-каспийском пути, создание постоянных торговых факторий и недопущение продвижения России в Азию. Как верно замечает О. Маркова, «не воюя с Россией явно, Англия вела постоянную скрытую борьбу, стремясь задержать ее рост, ослабить и свести на роль второстепенной державы» [17, с. 19]. В своей политике Англия руководствовалась принципом «баланса сил». «Смысл этой политики заключался в том, - отмечает С. Юрченко, - чтобы обеспечить на европейском континенте равновесие сил между великими державами, используя существующие или провоцируя новые противоречия между государствами и коалициями государств» [18, с. 46]. В этой политике «баланса сил» Порта рассматривалась как «удобное вспомогательное средство». Поэтому Англия всячески стремилась спровоцировать войну России с Османской империей, чтобы заставить Петра I прекратить войну на Балтике и ослабить позиции России на путях в Индию. Планам Англии отвечало то, чтобы Порта овладела Закавказьем и превратила его в плацдарм против России.

Во взаимодействии с Османской империей Россия в качестве ресурса увеличения геополитического влияния использовала симпатии части населения Закавказья, в первую очередь христианского. Согласно Мустафазаде Т.Т. этому способствовало то, что «оставшаяся без жалованья по причине разложения Сефевидского государства часть мусульманских служилых феодалов надеялась в лице Российского государства найти щедрого и надежного патрона. Что касается крупных феодалов, то их внешнеполитическая ориентация была неустойчивой. Ради сохранения своих позиций они были заинтересованы только в номинальном подчинении одной из держав - Ирану, России или Османской империи» [17, с. 20]. В 1735-1739 гг. произошла русско-турецкая война за выход к Черному морю, закончившаяся подписанием Белградского мира: возвращением России Азова и ее обязательством вести торговлю с Портой, используя турецкие суда. Но Россия по-прежнему не смогла получить доступ к Черному морю.

«Внешняя политика, - подчеркивал В. Ключевский, - самая блестящая сторона государственной деятельности Екатерины, произведшая наиболее сильное впечатление на современников» [19]. Такое положение обусловило стремление продвинуть южную границу до естественных пределов: северного берега Черного моря с Крымом и Азовским морем и до Кавказского хребта.

Война 1768-1774 гг. закончилась Кучук-Кайнарджийским миром и присоединением к России причерноморских земель. Русские войска заняли Молдавию и Валахию, взяли Бендеры; в 1771 г. овладели нижним Дунаем и завоевали Крым. Но опасаясь «встревожить Европу» такими крупными присоединениями, как Крым и азовско-черноморские степи, в Петербурге придумали новую комбинацию - татар не присоединять к России, а только оторвать от Турции и объявить независимыми. Ногаи согласились на русское предложение, а крымский хан - нет, поэтому Крым и был завоеван в 1771 г.

Война 1787-1791 гг. была вызвана тем, что «мнимонезависимый Крым под покровительством России причинял ей хлопот еще больше прежнего ожесточенной усобицей партий русской и турецкой, насильственной сменой ханов. Наконец, решились присоединить его к России, что и повело ко второй войне с Турцией» [19]. Война кончилась Ясским миром: удержанием Крыма и завоеванием Очакова со степью до Днестра, северного берега Черного моря, русский флот получил право прохода через проливы. Господство Турции в Причерноморье было ликвидировано.

С конца XVIII в. в связи с глубоким кризисом и упадком Османской империи возникает «восточный вопрос», включая проблему балканских народов. Поход Наполеона в Египет в 1798 г. побудил Османскую империю искать помощь у России. Изменение положения нашло отражение в заключении в 1798 г. первого российско-турецкого союза между Павлом I и Селимом III. По русско-турецким союзным договорам 1798 и 1805 гг. Россия получила право прохода через проливы для своих военных судов.

К началу XIX в., присоединив Южный Кавказ и взяв под защиту единоверное население, Россия получала прямой выход к азиатским территориям Турции, в значительной степени заселенным христианскими народами - греками, армянами, ассирийцами, езидами, православными сирийцами, а также курдами. Во времена Екатерины II, подчеркивает В. Ключевский, в политике России по отношению к Порте господствовала одна простая цель, которую можно обозначить словами: «территориальное урезывание враждебного соседа с целью округления собственных границ» [20]. Понимание этих особенностей порождало и мысли об опасности потенциального раздела Османской империи, и российский посланник в Константинополе граф Кочубей писал императору Александру I в 1802 г., что всего хуже раздел Турции, всего лучше - сохранение ее: «Турки - самые спокойные соседи, и потому для блага нашего лучше всего сохранить сих естественных наших неприятелей» [20].

Но в политике России доминировали более радикальные подходы. Историк С. Соловьев называл несколько причин, подталкивавших Россию к войне: «Слабость и варварство турецкого правительства. Невозможность равнодушно смотреть на положение христиан в Турции, а также опасность от французских интриг» [21, с. 67]. В. Ключевский подчеркивал, характеризуя изменения позиции России при Николае I: «Турция держалась не тем, что не надеялись ее разрушить, а тем, что не знали, что делать с ее развалинами: всех пугала не сила ее жизни, а следствия ее смерти. Взгляд на турок, как спокойных соседей. Присутствие народностей, которые могли бы составить независимые государства, стало уясняться Россией и Европой именно с восстания сербов и греков. Александр это понял, но не хотел признать по своим обязательствам главы Священного союза. Николай не был связан

такими обязательствами и мог взглянуть на дело проще. Свободный от меттерниховской точки зрения, он хотел видеть в вопросе то, что нашел: нашел народности, стремящиеся к независимости, и начал их освобождать» [22].

В результате в XIX в. Россия четыре раза воевала с Турцией. В войне 1806-1812 гг. турки потерпели поражение. В 1812 г. готовился десант на Константинополь, несостоявшийся из-за войны с Наполеоном. В состав России по Бухарестскому миру вошла Бессарабия, границу установили по р. Прут до соединения с Дунаем, были присоединены Абхазия, Мегрелия, Имеретия, а Сербия получала автономию. Война 1828-1829 гг. была связана с поддержкой национально-освободительной борьбы греческого народа, и Порта подписала мирный договор, признавший полную автономию Греции. Среди результатов этой кампании огромное геополитическое значение имело присоединение к России большей части Восточной Армении. Но угроза вмешательства в войну европейских держав на стороне Османской империи вынудила российские войска остановиться на подступах к Константинополю, что нашло такое отражение в стихах А. Пушкина: «Когда ко граду Константина / С тобой, воинственный варяг, / Пришла славянская дружина / И развила победы стяг, / Тогда во славу Руси ратной, / Строптиву греку в стыд и страх, / Ты пригвоздил свой щит булатный / На цареградских воротах. / Настали дни вражды кровавой; / Твой путь мы снова обрели, / Но днесь, когда мы вновь со славой / К Стамбулу грозно притекли, / Твой холм потрясся с бранным гулом, / Твой стон ревнивый нас смутил, / И нашу рать перед Стамбулом / Твой старый щит остановил» [23].

Сложная международная ситуация вызвала к жизни в 1833 г. второй союз между Россией и Портой, ознаменованный непосредственным участием русских войск и флота в защите Константинополя. В октябре 1831 г. вассал султана египетский паша Мухаммед-Али начал против него военные действия. Египетские войска в 1832 г. заняли Сирию, вторглись в Анатолию и двигались к Константинополю, что встревожило Николая I, опасавшегося усиления Англии и Франции, захвата ими Босфора и Дарданелл и создания угрозы черноморскому побережью России. Перед русской эскадрой была поставлена задача защиты Константинополя. В феврале русские корабли вошли в Босфор. В течение марта-апреля прибыли еще два отряда русских кораблей, которые доставили 10-тысячный десантный корпус. Эти действия заставили Мухаммеда-Али пойти на переговоры с султаном и вывести свои войска из Анатолии. Для российско-турецких отношений главным итогом стало заключение Ункяр-Искелесийского договора, который предусматривал военный союз между странами, в случае если одна из них подвергалась нападению. Секретная дополнительная статья договора разрешала Порте не посылать войска, но требовала закрытия Босфора для кораблей любых стран, кроме России. После истечения срока действия договора под давлением европейских держав в 1841 г. была подписана Лондонская конвенция о проливах, лишившая Россию права блокировать вход военных кораблей третьих стран в Черное море. Это вызвало соответствующую реакцию в российском обществе, дипломат и поэт Ф. Тютчев призывал в ноябре 1849 г.: «Вставай же, Русь! Уж близок час! / Вставай христовой службы ради! / Уж не пора ль, перекрестясь, / Ударить в колокол в Царьграде?» [90].

При поддержке европейских держав Османская империя спровоцировала войну 1853-1856 гг., поводом к которой стал спор между католическим и православным духовенством о святых местах в Палестине: в чьем ведении должен быть Вифлеемский храм? Россия добивалась вытеснения Порты с Балканского полуострова и проливов. С вступлением в войну в 1854 г. Англии, Франции и Сардинии их корабли были направлены во все моря, омывавшие Россию. Для охраны побережья понадобилось множество конных полков, что сохранило устное народное творчество: «Всколыхнулся, взволновался / Православный Тихий Дон, / И послушно отозвался / На призыв Монарха он. / Он детей своих сзывает / На кровавый бранный пир, / К туркам в гости снаряжает, / Чтоб добыть России мир. / С Богом, дети, ведь широкий / Переплыть вам лишь Дунай, / А за ним уж недалеко / Цареград и наших знай» [24]. Для русского народа память об этой войне олицетворялась, в первую очередь, обороной Севастополя. 30 марта 1856 г. в Париже был заключен мир: территории, оккупированные во время войны, подлежали обмену, Россия теряла право иметь на Черном море военный флот и земли в устье Дуная и Южной Бессарабии.

Отказавшись в 1870 г. от условий Парижского мира, Россия оказалась единственной страной, поддержавшей балканские народы. Началась война 18771878 гг., которая завершилась Сан-Стефанским миром. Но европейские державы сделали ставку на Порту как основной бастион на пути русского продвижения на Ближний Восток, что привело к заключению Берлинского договора 1878 г., который все же зафиксировал независимость Румынии, Сербии, Черногории и широкую автономию Болгарии; Россия вернула себе Южную Бессарабию; на Кавказе к ней перешла Карская область с городами Карс, Ардаган, Сарикамыш, Олти, Кагиван, Аржвин и порт Батуми.

Характеризуя алгоритм освобождения балканских народов от турецкого господства В. Ключевский отмечал: «... Племя восставало против Турции; турки направляли на него свои силы; в известный момент Россия кричала Турции: «Стой!»; тогда Турция начинала готовиться к войне с Россией, война проигрывалась, и договором восставшее племя получало внутреннюю независимость, оставаясь под верховной властью Турции. При новом столкновении России с Турцией вассальная зависимость уничтожалась. Так образовалось Сербское княжество по Адрианопольскому договору 1829 г., греческое королевство - по тому же договору и по Лондонскому протоколу 1830 г.. Болгарское княжество -по Сан-Стефанскому договору 1878 г. Смотря на положение оттоманской Порты, надобно думать, что этот процесс, начавшийся в минувшем веке, еще не кончился (судьба Македонии, Боснии, Герцеговины, Албании)» [20]. В 1885 г. Болгария присоединила Восточную Румелию, а в результате восстания населения о. Крит в 1887 г., поддержанного Грецией, он получил автономию.

В условиях разделения великих держав на Тройственный союз и Антанту Турция была для Австрии и Германии главным союзником на Балканском полуострове. Отношение российской общественности к ее политике так отразилось в стихах К. Бальмонта в 1901 г.: «То было в Турции, где совесть - вещь пустая. / Там царствует кулак, нагайка, ятаган, / Два-три нуля, четыре негодяя / И глупый маленький султан» [25].

Младотурецкая революция 1908 г. была запоздалой попыткой перестроить Турцию на основе европеизации. «Эта революция запоздала по крайней мере на сто лет, - отмечал Е.Тарле. - Произойдя накануне мирового пожара, она только ускорила дальнейшую ликвидацию некогда великого государства» [26]. В ходе Ьой Балканской войны в 1912 г. Турция лишилась европейских территорий, за исключением Константинополя и части Фракии. Однако Болгария тут же выступила против своих союзников, к которым присоединились Турция и Румыния. Началась 11-я Балканская война 1913 г., в которой Болгария потерпела поражение, лишившись недавних приобретений, а Турция усилила свои позиции.

В Первой мировой войне Османская империя выступила вместе с Болгарией на стороне германо-австрийского блока. «Нужно заметить, - отмечал Е.Тарле, - что турецкое правительство именно в эти годы, одновременно с внешней войной, затеяло в грандиозном масштабе дело истребления армянского народа, чтобы окончательно и навеки оградить себя от опасности со стороны Кавказа и от русских притязаний. То, что произошло в Турции в этом отношении, является чем-то совершенно исключительным (по размерам) во всемирной истории со времен Чингисхана» [26]. Стратегически истребление армян касалось и России, которая теряла точку опоры на севере Турции. «Если младотурки, творцы буржуазно-централистской революции, так неистово и беспощадно тиранизировали и истребляли греков и армян, среди которых именно и была сильна денежная буржуазия, то делали они это единственно потому, что и греков и армян (и болгар и сербов в Македонии) подозревали - и в этом подозрении нисколько не ошибались -в желании просто разрушить Турцию или оторвать от нее отдельные части территории» [26]. В аналогичном положении оказалась и охваченная революцией Россия. В отношениях между бывшими империями наступал новый этап.

Выводы. Итогами взаимодействия Российской и Османской империй для российской государственной политики стало формирование нескольких установок, ставших составными частями геополитического кода.

В российской политической и общественной мысли существовало понимание того, что Россия и Турция формировались как евразийские империи, противостоявшие Западу. Производной этого процесса было возникновение двух видов противоречий: между двумя государствами, экспансия которых привела к соприкосновению границ и, соответственно, геополитической конкуренции; и вызванных стремлением западных государств за счет противопоставления двух государств нейтрализовать их возможности в противодействии Западу.

Конфликтное начало в отношениях России, унаследовавшей от Византии православную традицию и формировавшей государственную политику на основе концепции «третьего Рима», и мусульманской Османской империи, утверждавшей свою преемственность от Арабского халифата, в которой султан одновременно являлся и халифом - высшим духовным авторитетом мусульман, усиливалось религиозным фактором. Россия в этом контексте выполняла функцию «главного, пограничного оплота против последовательного врага всего христианского мира -Турции».

Со второй половины XVI в. история межгосударственных отношений становится историей многочисленных войн. Россия и Турция в общей сложности вели 13 войн, сменявшихся периодами вооруженного противостояния. Основными

районами противоборства Российской и Османской империй выступали Причерноморье, Закавказье и Балканы.

Опасности и лишения, связанные с войнами против Турции, прочно укоренились в массовом сознании русского и украинского населения, находя выражение в устном народном творчестве, поэзии и литературе. В тоже время героика войн стала неотъемлемой частью российского менталитета.

Важнейшим фактором влияния на российско-турецкие отношения с XVII в. была политика Англии, которая, ориентируясь на поддержание «баланса сил», рассматривала Порту как «удобное вспомогательное средство» для того, чтобы ограничить активность России в Европе и ослабить ее позиции на путях в Индию -на Каспийском море и в Закавказье, и стимулировала российско-турецкие противоречия.

Политика России в отношении слабевшей Османской империи основывалась на двух посылках: «территориального урезывания соседа», а впоследствии - его «раздробления» либо путем международного раздела, либо путем исторических реставраций, в силу ее внутренней сегментированности, причем эти посылки иногда смешивались.

История межгосударственных отношений знала и кратковременные периоды союзного взаимодействия России и Османской империи, как это было в конце XVIII - начале XIX вв. и в 30-е гг. XIX в., что было связано с опасениями сторон по поводу угроз со стороны европейских держав.

При всех противоречиях в двусторонних отношениях России и Османской империи в ходе их взаимодействия проявились и факторы, которые сближали восприятие событий правящими кругами двух государств: сильный имперский комплекс правящих элит; стремление к усилению централистского начала; отсутствие долговременных союзников; укоренение в сознании механизмов «баланса сил» и «сфер влияния».

Список литературы

1. Колосов В.А. Геополитика и политическая география: Учебник для вузов / Колосов В.А., Мироненко Н.С. - М. : Аспект Пресс, 2001. - 479 с.
2. Бжезинский З. Великая шахматная доска. Господство Америки и его геостратегические императивы / Бжезинский З.; [Пер. с англ.]. - М. : Междунар. отношения, 2003. - 256 с.
3. Дегоев В.В. Большая игра на Кавказе: история и современность. Статьи, очерки, эссе / Дегоев В.В. - М. : SPSL - «Русская панорама», 2001.- 448 с.
4. Today&s Zaman. - 2011, Мау 16.
5. Озбай Ф. Третий период турецко-российских отношений [Электронный ресурс] / Озбай Ф. -Режим доступа :

http://www.bilgesam.org/ru/index.php?option=com_contentview=articleid=297:tretiy-period-turetsko-rossiyskikh-otnosjeniycatid= 104:analizler-rusyaItemid=210

6. Торбаков И. Русско-турецкий кондоминиум [Электронный ресурс] / Торбаков И. - Режим доступа : http://www.gazeta.ru/comments/2009/02/16_a_2943072.shtml
7. Россия - Турция: партнерство поневоле? [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://kavpolit.com/rossiya-turciya-partnerstvo-ponevole/?print
8. Er§en Е. Turkey and Russia: An emerging &strategic axis& in Eurasia? [Electronic resource] / Er§en Е. - Mode of access : http://marmara.academia.edu/EmreErsen/Papers/1097152/Turkey_and_Russia_An_Emerging_Strategi c_Axis_in_Eurasia
9. Kim Y. Russo-Turkish Divergence: the Security Dimension [Electronic resource] / Kim Y., Blank S. -Mode of access : http://www.thecuttingedgenews.com/index.php?article=73149pageid=13pagename=Analysis
10. Агаджанян М. Текущий этап российско-турецких отношений [Электронный ресурс] / Агаджанян М. - Режим доступа : http://www.ru.journal-neo.com/print/117251
11. «Медовый месяц» российско-турецких отношений заканчивается, - считает Затулин [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://novoross.info/politiks/13264-medovyy-mesyac-rossiysko-tureckih-otnosheniy-zakanchivaetsya-schitaet-zatulin.html
12. Самсонов А. Перспективы российско-турецких отношений [Электронный ресурс] / Самсонов

A. - Режим доступа : http://prpk.info/articles/analitica/perspektivy-rosiisko-tureckih-otnoshenii.html

13. Кадырбаев А.Ш. Славянские и тюркские народы Евразии в историческом пространстве [Электронный ресурс] / Кадырбаев А.Ш. - Режим доступа : http://www.hist.msu.ru/Departments/CIS/Conf/Kadyrbaev.htm
14. Политидис Х. Русско-турецкое противоборство как определяющий фактор геополитических реалий Кавказа и Малой Азии [Электронный ресурс] / Политидис Х. - Режим доступа : http://www.pravoslavie.ru/analit/rus-turk.htm
15. Мотивы патриотизма в народных песнях [Электронный ресурс]. - Режим доступа : http://www.testsoch.net/motivy-patriotizma-v-narodnyx-pesnyax/

16. Ключевский В. Курс русской ист

геополитика геополитический код Российская империя Османская империя российско-турецкие отношения геополітика геополітичний код Російська імперія Османська імперія російсько-турецькі стосунки
Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов