Спросить
Войти

Возможные сценарии развития ситуации в Ливии после свержения М. Каддафи

Автор: указан в статье

Эрдоган назвал Асада политическим трупом // VIP.am. 6.09.2012. <http://vip. am/interesnoe/yerdogan-nazval-asada-politicheskim-trupom.html> <http://www.yerkramas.org/2012/11/09/asad-erdogan-schitaet-sebya-novym-osmanskim-sultanom>

Турция сможет быстро выиграть войну с Сирией - министр по делам ЕС // РИА новости. 05.10.2012. <http://ria.ru/world/20121005/767149871.html#ixzz3 QfwBthto>

Рябов К. Турция против Сирии: Соотношение сил // Национальная безопасность. 17.10.2012. <http://www.psj.ru/saver_national/detail.php?ID=72590> Там же.

Эрдоган: Асад использует химическое оружие // Panamerican.net. 12.05.2013.

<http://www.panarmenian.net/rus/news/157879/>

Данные по: Надеин-Раевский В. Указ. соч. - С. 132.

<http://www.yerkramas.org/2012/11/09/asad-erdogan-schitaet-sebya-novymosmanskim-sultanom>

Цит. по: Независимая газета. 06.10.2014.

Там же.

Турция, «Исламское государство» и США // Военное обозрение. 18.09.2014.

<http://topwar.ru/58422-turciya-isl.mskoe-gosudarstvo-i-ssha.html>

Там же.

Турция как соратник неблагодарного «Исламского государства» // Islam Review. 24.09.2014. <http://islamreview.ru/politics/turcia-kak-soratnik-neblagodarnogo-islamskogo-gosudarstva/>

Турция вступает в войну с «Исламским государством». Что за этим стоит? // Day.Az. 03.10.2014. <http://news.day.az/world/524749.html> Там же.

«Пути к миру и безопасности». ИМЭМО РАН, М, 2015 г., № 1 (48), с. 119-132.

18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31

Г. Смирнова,

кандидат экономических наук, старший научный сотрудник Центра арабских и исламских исследований ИВ РАН ВОЗМОЖНЫЕ СЦЕНАРИИ РАЗВИТИЯ СИТУАЦИИ В ЛИВИИ ПОСЛЕ СВЕРЖЕНИЯ М. КАДДАФИ

Спустя три года после падения режима М. Каддафи в результате выступлений оппозиционных сил и бомбардировок НАТО в Ливии начался очередной виток гражданской войны. На этот раз противостояние происходит между вооруженными формированиями радикальных исламистов и подразделениями ливийской армии, подконтрольными генералу ливийской армии Халифу Хафтару. Боевые действия против радикальных исламистских

группировок, связанных с «Аль-Каидой», «Ансар-аш-Шариа» («Сторонники шариата»), и организацией «Братья-мусульмане», действующей на ливийской территории, начались еще в мае 2014 г. А с середины июля исламисты начали проведение военной кампании, получившей название «Рассвет Ливии» (кстати, военная операция коалиционных сил НАТО против режима М. Каддафи, называлась «Одиссея Рассвет». - Г.С).

В свою очередь, армейские подразделения, подконтрольные Х. Хафтару, а также поддерживающие его представители силовых структур, полуформальных вооруженных формирований, некоторых племен 15 октября 2014 г. объявили о проведении операции против исламистов, под названием «Достоинство». Из-за обострения ситуации, закрытия аэропорта в Триполи и причиненных разрушений, ООН была вынуждена эвакуировать значительную часть (более 60%) своего персонала в связи с невозможностью обеспечения безопасности своих сотрудников. Ожесточенные бои произошли в г. Бенгази. Подразделения Х. Хафтара поддерживали части ливийской армии, при этом использовалась бронетехника и ВВС. В результате им удалось освободить Бенгази от отрядов исламистов. Оппоненты Хафтара обвиняют его в ведении войны против ислама и мусульман в интересах Запада, а самого генерала, который прожил 20 лет в США, называют агентом ЦРУ1.

После свержения М. Каддафи политическая и экономическая обстановка в стране непрерывно ухудшалась. Созданный при поддержке западных покровителей Переходный национальный совет (ПНС), возглавляемый Махмудом Джибрилем, не имел четкой программы действий. В июле 2012 г. в стране состоялись первые после свержения М. Каддафи парламентские выборы. В выборах участвовали 142 вновь образованные политические организации (в течение 42 лет правления Каддафи политические группировки были вне закона, но в 2012 г. ПНС отменил запрет на создание партий по религиозному, племенному, а также этническому признаку). Лишь наиболее влиятельные и многочисленные из них смогли претендовать на мандаты в высшем законодательном органе страны. Это «Альянс национальных сил» (АНС), объединивший более 40 партий и 200 общественных организаций и групп либерального толка, являвшийся коалицией либеральных сил. Во главе этих сил стояли деятели, находившиеся в изгнании за пределами Ливии. Они выступали за умеренный ислам, либерализацию экономики, открытость по отношению к Западу. Лидером его был Махмуд Джибрил, возглавлявший правительство в переходный

период. Другой либеральной политической силой являлось «Национальное центристское движение», лидером которой стал Али Ат-Тархуни, занимавший пост министра нефти в переходном правительстве ПНС.

Политическая организация «Партия справедливости и развития» (ПСР) представляла собой политическое крыло исламского движения «Братья-мусульмане» в Ливии, долгое время находившегося в подполье или за границей. Партия «Аль-Ватан» («Родина») была создана и курируется радикальной исламистской группировкой «Аль-Гамаа аль-Исламийя» в Ливии. Ее возглавляет известный исламистский деятель, бывший военный комендант Триполи Абдельхаким Бельхадж - один из лидеров Ливийской боевой исламской группы (ЛБИГ). Движение салафитов - сторонников одного из наиболее консервативных течений ислама - представляла партия «Аль-Асаля» («Основа»), возглавляемая шейхом Абдельбасет Гавиля2. Ливийцам предстояло избрать 200 депутатов парламента, которые должны были сформировать новое правительство и экспертный совет. Последний должен был подготовить проект новой конституции, который предполагалось вынести на референдум, а затем провести президентские выборы.

По итогам выборов в парламент 80 мест заняли представители политических партий, из них АНС - 39 мест, исламистская ПСС - 17 мест. Остальные 120 мест были зарезервированы за независимыми кандидатами3. 8 августа 2012 г. правивший после свержения М. Каддафи ПНС передал властные полномочия новому ливийскому парламенту - Всеобщему национальному конгрессу (ВНК), сформированному по итогам выборов 7 июля. Новое правительство возглавил Али Зейдан. Согласно данным египетской газеты «Аль-Ахрам аль-Арабий», ряду исламских радикальных активистов-исламистов удалось занять места во властных структурах Ливии. Среди них - 14 видных деятелей исламистских групп, воевавших против правительства еще 20 лет назад. Многие из них побывали в рядах «Аль-Каиды» в Афганистане, прошли тюрьмы, сражались против Каддафи.

Как отмечает российский исследователь Ю. Зинин, «в пост-каддафистской Ливии наблюдается подъем политического ислама. Его главный отряд "Братья-мусульмане" явно хочет перехватить знамя ливийского национализма под исламскими лозунгами и позиционировать себя выразителем и защитником национальной идентичности, завоевать влияние на разных этажах общества, в его элите»4. В то же время движение исламистов крайне неоднородно

и включает в себя различные течения: «Братьев-мусульман», сала-фитов, джихадистов, связанных с «Аль-Каидой в странах исламского Магриба» и др. После передачи власти от Переходного национального совета избранному 7 июля 2012 г. Всеобщему национальному конгрессу - ВНК (временный парламент) ситуация в стране не улучшилась. ВНК не смог взять ситуацию под контроль. Это объясняется тем, что в ВНК попали представители самых разных слоев ливийского общества. Большое количество «независимых» депутатов являлись представителями разных регионов и племен. В стране усиливались противоречия между регионами, между исламистами и сторонниками светского, либерального пути развития, между противниками и сторонниками свергнутого режима. Усиливаются сепаратистские настроения. Некоторые регионы объявляют о создании независимого от центральной власти альтернативного правительства (например, в провинции Киренаика), а также о создании автономной федеральной провинции (Феззан). К этому добавились племенные разногласия, при этом племена имеют свои вооруженные отряды, которые берут под контроль экономические объекты, прежде всего нефтепромыслы, претендуя на долю доходов от нефти.

В стране насчитывается большое количество вооруженных формирований, лишь часть из которых согласилась перейти под контроль официальных властей. Если в вооруженных выступлениях против М. Каддафи принимали участие около 30 тыс. ополченцев, то в настоящее время их насчитывается около 250 тыс. (при общей численности населения около 6,5 млн человек). В основе всех этих разногласий лежит прежде всего борьба за нефтяные ресурсы и перераспределение финансовых потоков от их продажи. Пять правительств, поочередно сменявших друг друга у власти, так и не смогли установить контроль над всей территорией Ливии. Большая часть страны контролировалась различными группами боевиков-исламистов, вооруженными отрядами племен и региональных элит. На другой день после празднования третьей годовщины свержения режима М. Каддафи (17 февраля 2014 г.) повстанцы выдвинули ультиматум парламенту Ливии с требованием уйти в отставку. Представители исламистских политических партий попытались провести через ВНК выражение вотума недоверия действующему правительству, возглавляемому Али Зейданом. Премьер-министр Зейдан ставил своей целью наведение порядка в стране, разоружение незаконных военизированных формирований, борьбу с терроризмом, проведение преобразований в экономике, в частности развитие отраслей, не связанных с нефтью, привлечение иностранных инвестиций. Попытка исламистов не имела успеха, однако она явилась свидетельством общественно-политической нестабильности и назревающего политического кризиса в стране, связанного с ухудшающимся экономическим положением, неспособностью центральных властей обеспечить безопасность населения, с сепаратистскими настроениями отдельных регионов. В марте 2014 г. ВНК все же добился отставки премьер-министра Али Зейдана. После этого государство оказалось в «тупике кризиса власти»5. В столь сложной обстановке 20 февраля 2014 г. состоялись выборы в Конституционную ассамблею, которая должна выработать новую конституцию, в которой главными вопросами станут принципы системы управления страной и структуры органов власти, место шариата в законодательстве страны, статус племен и народностей6. 23 апреля 2014 г. был избран председатель Конституционной ассамблеи. Им стал ливийский политик и экономист Али Тархуни, бывший ярым противником М. Каддафи. После долгих лет пребывания за границей в 2011 г. он вернулся в Ливию и занял пост министра нефти и финансов в ПНС.

В июне 2014 г. в Ливии состоялись парламентские выборы, по их результатам была сформирована Палата представителей (парламент), распустившая ВНК, в котором были сильны позиции исламистов. Еще в декабре 2013 г. ВНК принял решение сделать шариат основой законодательства страны. Было объявлено, что юридические правила, прописанные в Коране, и хадисы лягут в основу деятельности всех государственных институтов и учреждений. Новое законодательство в первую очередь затронет финансы, уголовное право. По заявлению министра экономики Мустафы Абу Фанаса, Ливия преобразует свою экономическую и банковскую систему в соответствии с исламским законодательством, запрещающим взимание ссудного процента. Депутат ВНК Салах Махмуд заявил на конференции, что Ливия присоединится к международному процессу введения исламских принципов в деятельность банковской системы, который усиливается в связи с банковским кризисом в США и Европе7. Исламисты и сотрудничающие с ними представители политических партий, проигравшие на парламентских выборах, не смирились, и продолжили работу ВНК, назначив премьер-министром Омара аль-Хасси. Палата представителей, изгнанная исламистами из Триполи и вынужденная заседать

в г. Тобрук, на востоке страны, утвердила на этом посту Абдаллу-ат-Тани.

В стране фактически сложилось двоевластие. С одной стороны, происламистский ВНК, заседающий в Триполи, а с другой -избранный на всеобщих парламентских выборах парламент в Тобруке. Таким образом, в стране действовали два парламента -Триполитанский и Тобрукский - и два правительства - Омара аль-Хасси и Абдаллы ат-Тани. Палата представителей имеет в своем распоряжении созданную весной 2014 г. Национальную армию генерала Х. Хафтара, пользующуюся поддержкой Египта, стран ССАГПЗ, ВВС, ВМС и поддержкой некоторых племен восточной провинции. ВНК, в свою очередь, опирается на силы ливийской армии и хорошо вооруженных группировок «Бригады мучеников 17 февраля» и исламистов, а также на содействие берберских племен. Тобрукское правительство пользуется поддержкой мирового сообщества, Триполитанское - Катара и Турции . В стране продолжаются боевые действия: отряды генерала Хафтара сражаются с различными исламистскими группировками, в частности с движением «Ансар аш-Шариа», связанным с «Аль-Каидой», признанным виновным в нападении на американское посольство в Бенгази в сентябре 2012 г., убийстве американского посла и официально объявленным Вашингтоном террористической организацией.

Мировое сообщество прилагало усилия для урегулирования конфликта. При посредничестве спецпредставителя ООН по Ливии Бернардино Леона начались мирные переговоры между сторонами, первый этап которых прошел в конце сентября 2014 г. Он завершился принятием двух постановлений: «начать политический процесс для решения проблемы государственных институтов и обратиться к воюющим сторонам с призывом о прекращении огня». Вскоре должен состояться следующий этап переговоров, однако, по мнению некоторых экспертов, ждать прорыва на втором и следующих этапах переговоров не стоит, и призыв ООН к враждующим партиям Ливии начать политический диалог для восстановления стабильности в стране в обозримом будущем не будет услышан. Ливия сталкивается с множеством проблем, главная из которых - разрушение государственности и отсутствие цивилизованных инструментов для нормализации ситуации. В стране действует более 1,5 тыс. вооруженных группировок радикальных исламистов, сторонников Каддафи, местных племен, придерживающихся самых разных политических взглядов. Вызывает сомнение, что стороны, воюющие не менее трех лет, согласятся на перемирие, если каждая из группировок не получит взамен соответствующие дивиденды9. О трудностях в проведении мирных переговоров свидетельствовал и необъявленный визит в Триполи Генерального секретаря ООН Пан Ги Муна, который прибыл в октябре 2014 г. для встречи с парламентариями, бойкотирующими переговоры под эгидой ООН.

Между тем Запад устранился от решения проблем, возникших в Ливии после свержения М. Каддафи. Вместо того чтобы оказать помощь избранной ливийской власти в организации новой государственной системы, в обеспечении безопасности гражданского населения, в разрешении конфликта, США, Великобритания, Германия, Франция и Италия обнародовали совместное заявление, в котором выразили готовность «использовать индивидуальные санкции в соответствии с резолюцией СБ ООН 2174 в отношении тех, кто угрожает миру, стабильности и безопасности Ливии или подрывает политический процесс». При этом правительства пяти стран сходятся во мнении, что военного пути разрешения ливийского кризиса не существует, а ключ к спасению арабского государства - в мирном внутриполитическом диалоге под эгидой Палаты представителей (национального парламента) Ливии, избранной 25 июня 2014 г.10

Кровопролитие в Ливии продолжается. Радикальная исламистская группировка «Рассвет Ливии», установившая контроль над столицей Триполи и западными районами страны, 20 декабря 2014 г. совершила нападение на крупнейшие ливийские порты, после чего работа терминалов была остановлена. В конце декабря боевики этой группировки выпустили несколько ракет по нефтехранилищу в порту Эс-Сидр, в итоге загорелось несколько цистерн. Боевики из «Рассвета Ливии» неоднократно предпринимали попытки захватить прибрежную полосу Ливии, называемую «нефтяным полумесяцем». Эта полоса начинается в 500 км к востоку от Триполи, и на этой территории находятся основные нефтяные терминалы Рас-Лануф, Эс-Сидр, Марса-Брега, два из них остаются закрытыми. Таким образом, исламистские группировки пытаются установить контроль не только над добычей нефти, но и над ее экспортом, чтобы самим распоряжаться доходами от ее продажи. В обращении к Совету Безопасности ООН спецпредставитель ООН по Ливии Бернардино Леон заявил о том, что, если ливийские лидеры не будут действовать быстро и решительно, опасность потери национального единства и территориальной целостности страны является реальной и неизбежной. Ситуация на

местах быстро ухудшается. Ливия больше не может позволить себе продолжения политического кризиса и вооруженного конфликта, которые овладевают страной с прошлого года. Противостояние различных группировок и политический кризис в Ливии создают идеальные условия для укоренения экстремизма. Б. Леон предупредил, что «различные группировки, в частности "Исламское государство" (ИГ), ни перед чем не остановятся, чтобы воспользоваться существующими политическими разногласиями в Ливии и атмосферой недоверия между главными политическими игроками, чтобы укрепить свое присутствие и влияние»11.

К сожалению, эти опасения оправдались. Участники исламистской организации «Рассвет Ливии» в последнее время координируют свои действия с радикальной группировкой «Исламское государство». Проникновение радикальной исламистской группировки «Исламское государство» в Ливию началось весной 2014 г., когда ранее воевавшие на стороне ИГ в Сирии и Ираке ливийские боевики стали возвращаться на родину для формирования здесь филиала организации. Ливийцы, отправившиеся в Сирию в 2011 г., присоединялись к существовавшим местным джихадистским организациям или создавали свои собственные. В 2012 г. одна из групп, воевавших на стороне сирийских боевиков, заявила об основании «Бригады Баттара». Впоследствии бойцы этой бригады подтвердили верность ИГ и сражались на его стороне, а также на стороне его соперника - «Аль-Каиды». Весной 2014 г. многие бойцы «Бригады Баттара» вернулись в Ливию и создали в г. Дерна (оплот экстремистов) организацию «Совет шуры исламской молодежи» - СШИМ («Islamic Youth Shura Council»). Среди присоединившихся к СШИМ были члены филиала организации «Ансар аш-Шариа» в Дерна. Они объявили врагами всех, кто не признает их власти, убивая журналистов, судей, военных, а также членов «Бригады Абу-Салима», связанной с «Аль-Каидой». Город Дерна был захвачен экстремистами сразу после свержения и убийства М. Каддафи, в частности боевиками движения «Ансар аш-Шариа», объявленное ООН террористической организацией.

В сентябре 2014 г. в Ливию прибыла делегация ИГ для встречи с СШИМ, после которой эта организация присягнула на верность руководителю ИГ Абу Бакру аль-Багдади (подлинное имя Абдалла Ибрагим). Вооруженные отряды ИГ, относящие себя к «воинам Халифата в провинции Ливия», захватили радио- и телецентр города Сирт и используют их для трансляции своих пропагандистских программ. Боевики ИГ контролируют военнотренировочные лагеря в окрестностях г. Дерна. В течение шести месяцев, с октября 2014 по апрель 2015 г., ИГ, помимо Дерна, образовало сеть подконтрольных ему ячеек в других городах: Бейде, Бенгази, Сирте и Триполи. В ноябре 2014 г. сторонники аль-Багдади объявили вилайет Барка на востоке Ливии «провинцией халифата». Затем провинциями халифата были объявлены также Триполи и Феззан. Отделение ИГ в Киренаике насчитывает 800 боевиков, которые создали ряд тренировочных лагерей12. Группировка взяла на себя ответственность за многочисленные нападения на полицейские участки в Триполи, НПЗ в Аль-Гани, похищения и казни иностранцев. На счету этой организации расправа над египетскими коптами в феврале 2015 г. и эфиопскими христианами в апреле 2015 г., атаки на дипломатические представительства зарубежных государств и другие преступления13.

Во главе отделения «Исламского государства» в Ливии встал один из лидеров «Ливийской боевой исламской группы» Абдель-хаким Бельхадж. Свою карьеру он начинал в рядах «Аль-Каиды», где успешно проявил себя в борьбе против американской оккупации Ирака. В 2012 г., когда США и НАТО начали военные действия в Ливии, он стал «борцом за свободу» и сражался против «тиранического деспота» Каддафи, при котором спецслужбы арестовали и посадили его в тюрьму вместе с другими членами ЛБИГ (после победы повстанцев с помощью сил НАТО переименована в «Ливийское исламское движение»). Вашингтон приложил все силы, чтобы освободить «борца за свободу» и поставить его во главе прозападных исламистских группировок, воюющих с Ливийской армией. Как отмечает американский политолог Эрик Дрейстер, благодарность Белого дома Бельхаджу была настолько велика, что после падения Ливии сенатор Джон Маккейн назвал его «нашим героем» и вручил ему своеобразную грамоту. Автор отмечает, что не стоит удивляться очередному переходу «представителя умеренных сил» на сторону ИГИЛ, ведь любые заявления Запада о том, что он не поддерживает терроризм, а оказывает помощь несуществующим «умеренным силам», давно уже являются оскорблением для всех экспертов-международников .

Политолог Д. Нечитайло отмечает: «США были и продолжают оставаться покровителями экстремистских боевиков из Ливии, Сирии и за ее пределами, и все разговоры об "умеренных повстанцах" - это просто риторика, призванная "ввести в заблуждение общественность". Вашингтон оказывает помощь именно тем силам, которые отвечают его интересам, невзирая на их идеологическую принадлежность»15. ИГ расширяет свои позиции в Ливии, используя царящий в стране хаос, отсутствие сильной централизованной власти, противоречия между двумя парламентами и правительствами, между региональными элитами, вражду между племенами. «Эта группировка стремится превратить Ливию в новую стратегическую базу для планирования нападений в Северной Африке, а через Средиземное море - и в Европе», сообщалось в электронной версии газеты «The Wall Street Journal»16.

ИГ ведет пропагандистские передачи о стремительном расширении своего халифата на территории Ливии. Однако, как считают некоторые зарубежные исследователи - Ф. Вери (Frederic Wehrey) Ала Аль Рабаба (Ala& Alrababa&h), на самом деле укреплению позиций ИГ мешают противоречия в исламистском движении, в частности между СШИМ и существовавшими ранее джихадист-скими группировками. Напряженность усилилась после того, как исламистская организация «Бригада мучеников Абу Салим» (в Дерта) была раскритикована более радикальными исламистами за поддержку прошедших в июле 2012 г. выборов в ВНК, которые представители «Ансар аш-Шариа» считали противоисламистски-ми. В ходе ожесточенных столкновений СШИМ удалось вытеснить из Дерта «Бригаду мучеников Абу Салима» и «Ансар аш-Шариа», ориентированных идеологически на «Аль-Каиду». Это позволило сторонникам ИГ окончательно закрепиться в Дерта17. Правительство Ливии в Тобруке крайне озабочено ситуацией в Ливии, превращением ее в базу терроризма. 18 февраля 2015 г. на заседании Совета Безопасности ООН выступил глава МИД Ливии Мухаммед ад-Дейри. Он обратился к международному сообществу с просьбой помочь стране в борьбе с международным терроризмом и, в первую очередь, вооружить армию, что требует отмены эмбарго на поставки оружия. На встрече с министром иностранных дел РФ С. Лавровым в апреле 2015 г. премьер-министр Ливии Абдалла ат-Тани попросил Москву оказать поддержку в восстановлении страны и ее государственных институтов. «Запад должен взять на себя ответственность за хаос, происходящий сейчас в Ливии. Он в свое время сверг прежний режим, полностью уничтожил потенциал Ливийской армии и оставил ее народ без эффективных государственных институтов. Сейчас перед нами стоит задача их восстановления, и ее невозможно решить без упора на армию и правоохранительные органы», - заявил ат-Тани18. Однако, как считает политолог К. Бомбери, поддержка ливийской армии в виде поставок оружия не поможет стране, которая находится в состоянии коллапса. «Проблема не в нехватке оружия, а в отсутствии дееспособного правительства. Ливийские власти ничего здесь не контролируют, и им приходится обращаться к египтянам за военной поддержкой. Таковы последствия вторжения сил НАТО, которые носили катастрофический характер. С момента свержения Каддафи страна буквально рассыпалась на куски, различные части страны контролирует не только "Исламское государство", но и другие группировки, связанные с "Аль-Каидой"»19.

События в Ливии вызвали обострение политической ситуации в регионе. Как заявил профессор истории Университета в Аризоне Д. Гибс, «главным следствием вторжения в Ливию стал рост нестабильности в мире посредством разграбления военных арсеналов Каддафи, результатом которого стало распространение оружия в регионе Северной Африки». Как считает заместитель главы МИД РФ М. Богданов, «военный переворот, произошедший в африканском государстве Мали, во многом был обусловлен притоком оружия и боевиков из Ливии ...это печальное последствие ливийского кризиса, того, как он был решен, когда через ливийские границы в северные и северо-восточные районы Мали перетекло оружие и боевики»20. Египет, который поддержал «антиисламистскую коалицию» в г. Тобрук, все более обеспокоен присутствием ИГ на востоке Ливии. Боевики, подозреваемые в причастности к египетской группе джихадистов, атаковали погранпост в египетской пустыне, убив 21 солдата. Египетская группировка «Ансар Бейт аль-Махди» также поклялась в верности ИГИЛ, и это вызывает опасения, что они могут сотрудничать с ИГИЛ в Ливии. Египетские чиновники считают, что значительную часть оружия группировка «Ансар Бейт аль-Махди» получала из Ливии21. В ответ на поставки Катаром и Суданом оружия ливийским исламистам в сентябре 2013 г. воздушные силы Египта и ОАЭ нанесли удары по боевикам-исламистам в Триполи и Бенгази. В 2015 г. отряд специального назначения Египетской армии провел операцию по уничтожению террористов из ИГ на территории Ливии. При этом 150 экстремистов были уничтожены, десятки взяты в плен. Среди пленных - граждане арабских стран, а также экстремисты, прибывшие из дальнего зарубежья. Рейд египетских военных был осуществлен в координации с ливийской правительственной армией. Операция была проведена на территории одного из тренировочных лагерей террористов южнее г. Дерна . Поток оружия и боевиков хлынул и в Сирию, осложнив ситуацию в этой

стране. Таким образом, события в Ливии явились во многом причиной обострения ситуации в регионе Ближнего Востока и Северной Африки.

Сложная внутриполитическая ситуация в Ливии после свержения М. Каддафи сопровождалась резким ухудшением финансово-экономического положения. В результате политического кризиса, явившегося результатом вооруженных выступлений оппозиционных сил и гражданской войны, добыча нефти в стране резко сократилась - с 1,66 млн баррелей в день (б/д) до 480 тыс. баррелей в день в 2011 г. (в 2010 г. было экспортировано 1,5 млн барр.). В результате динамика ВВП в 2011 г. была отрицательной: -52,5% (т.е. ВВП Ливии сократился почти наполовину), а по другим данным -62%23 Такого спада в экономике не наблюдалось даже в период резкого снижения цен на нефть в начале 1990-х годов, когда темпы роста ВВП были в основном отрицательными (-4,6% в 1993 г.), а также в условиях торгового эмбарго США и ЕС и экономических санкций, введенных ООН. Но после отмены санкций объем ВВП начал быстро расти. В 2003 г. реальный рост ВВП, по сравнению с предыдущими годами, по оценке МВФ, составил 5,6%. В 2010 г., по сравнению с предыдущим годом, ВВП вырос на 10,6%. Дефицит государственного бюджета достиг в 2011 г. 17% ВВП по сравнению с профицитом в 8,7% в 2010 г. Затем, в 2012 г., после некоторого улучшения внутриполитической обстановки и возвращения крупных иностранных компаний, осуществляющих разработки нефтяных месторождений Ливии -ЭНИ, Total, Repsol, и др., - добыча нефти несколько увеличилась, по разным оценкам, до 1,3-1,4 млн б/д, но не достигла довоенного уровня в 1,6 млн б/д24.

Однако затем из-за захвата вооруженными формированиями, а также местными племенами некоторых нефтяных объектов, серии забастовок на нефтепромыслах, блокирования отрядами ополченцев морских терминалов, ситуация в стране резко ухудшилась. Добыча нефти упала до 200 тыс. б/д, а по некоторым данным, даже до 100 тыс. б/д. Боевики захватили крупнейшее нефтяное месторождение Аш-Шарара, где добывалось 200 тыс. б/д. Крупнейшие нефтяные порты в восточной части Ливии не функционировали из-за того, что их захватили вооруженные отряды, пытавшиеся самостоятельно сбывать нефть. В результате, согласно заявлению министра экономики Ливии, потери ливийской экономики только в 2013 г. превысили 10 млрд долл. ВВП сократился на

12,3%. Согласно данным на январь 2014 г., ВВП Ливии сократился на 12,1% по сравнению с предыдущим годом25.

Сокращение добычи нефти сказалось в первую очередь на состоянии финансовой сферы. В государственном бюджете, принятом в марте 2013 г., расходы намечались в размере 66,9 млрд лив. дин. (1 лив. динар = 1 долл. США на ноябрь 2014 г.) по сравнению с 68,5 млрд дин. в 2012 г. При этом почти треть этой суммы (20,8 млрд лив. дин.) предназначалась на выплату заработной платы рабочим и служащим государственного сектора, где при прежнем режиме было занято до 60% рабочей силы. Доходы госбюджета в 2014 г. сократились с 54,8 млрд лив. дин. в 2013 г. до 21,4 млрд лив. дин. в 2014 г., или на 61% (т.е. более чем наполовину). Выплаты заработной платы и государственных субсидий в 2014 г. составили 36 млрд лив. дин. из общей суммы расходов в 44 млрд лив. дин. В то же время капиталовложения в экономику уменьшились до 1/5 предреволюционного уровня. По мнению экспертов Мирового Банка, выплата государственных субсидий подрывает финансовую систему страны. Дефицит государственного бюджета Ливии в 2014 г. достиг рекордного уровня в 43,5% ВВП против дефицита в 3,6% в 2013 г.26 Из -за ухудшающегося финансового положения в стране, зависящего в основном от экспорта углеводородов, правительство намерено отменить к 2016 г. субсидии на топливо (10,6 млрд лив. дин. в 2013 г.). Бюджет на 2014 г. из-за царящего в стране двоевластия на 2015 г. вообще не был принят. В условиях отсутствия средств для финансирования текущих расходов, а также инвестиций в экономику, власти были вынуждены тратить золотовалютные резервы ЦБ, которые на конец 2012 г. оценивались в 120 млрд долл. По оценке Мирового Банка, если ситуация в стране не стабилизируется, золотовалютные резервы ЦБ Ливии будут израсходованы в течение ближайших четырех лет, что приведет экономику к краху.

В соответствии со сложившимся напряженным финансово-экономическим положением, многие эксперты давали самые различные прогнозы будущего развития Ливии после свержения режима М. Каддафи. Так, например, по прогнозам Мохсина Хана и Светланы Милберт из Rafic Hariri for the Middle East, существовали два сценария на 2014 г. Пессимистический сценарий предполагал отсутствие договоренностей между различными политическими силами и вооруженными группировками, дальнейшее ухудшение внутриполитической обстановки, снижение добычи нефти и, соответственно, падение темпов роста ВВП и при отсутствии финансирования экономического развития возможный коллапс экономики уже в 2014 г. Оптимистичный сценарий - возвращение добычи нефти до уровня 2012 г. (т.е. 1,3 млн б/д), а также рост доходов от ее экспорта и увеличение золотовалютных резервов до обычного уровня.

В условиях продолжающейся фрагментации ливийского общества, когда оно фактически является конфедерацией отдельных территорий и городов, часто враждующих между собой, идет борьба между племенами и кланами за увеличение своей доли в доходах от добычи нефти, а в некоторых регионах не действует ни одна из центральных властей, преждевременно строить оптимистические прогнозы. К тому же в Ливии опять идет гражданская война, и исход ее пока не известен.

Намечая прогнозы дальнейшего развития Ливии, не следует забывать, что эта североафриканская страна обладает огромными запасами высококачественной нефти и природного газа (к тому же еще недостаточно изученных). Ливия занимает первое место в Африке по запасам нефти и четвертое - по запасам природного газа. По данным Oil and Gas Journal, за январь 2014 г. доказанные запасы нефти оценивались в 48 млрд барр., газа - в 1,6 трлн м3. Основными покупателями ливийской нефти были европейские страны - Италия, Франция, Германия, Великобритания, Испания. В 2012 г. Италия закупила 23% экспортируемой ливийской нефти, Германия - 13, Франция - 10, Испания - 7, Великобритания - 5, США - 4%27.

В конце 2000-х годов появились сообщения о предполагаемом наличии новых нефтеносных бассейнов на территории Ливии, и ее потенциальные запасы могут достигать 100 млрд барр. Это усилило интерес западных стран к ливийской нефти в соответствии с их стремлением ограничить поставки нефти из России и Ирана. Возможно, информация о крупных запасах углеводородов послужила одной из причин возвращения в Ливию американских нефтяных компаний, надеявшихся получить значительные прибыли. Однако и после снятия санкций вся деятельность в нефтяном секторе продолжала контролироваться государством в лице ННК. В 2007 г. в соответствии с последней редакцией «EPSA IV» (от 2005 г.) европейским и американским компаниям пришлось подписать соглашения с ННК на новых, менее выгодных для них условиях. По соглашению с ННК от 2006 г., американские компании, например, должны были работать на следующих условиях: ННК должно принадлежать 59,16% капитала совместного проекта

«Oasis», «Marathon Oil» и «Conoco Phillips» - по 16,33% и «Amerada Hess» - остальные 8,18%. Суммарная доля американских компаний в добыче ливийской нефти до событий 2011 г. составляла 23%. В нефтегазовой отрасли действовали и российские компании. В 2005 г. во время проведения нефтяного тендера в соответствии с соглашением EPSA-IV российская компания получила 3 из 14 выставленных на торги контрактов, и еще один получил «Газпром». Концессии на разведку и разработку нефти получили от ННК китайские, индийские и японские компании. Китайская компания в 2012 г. закупила 48,2 млн. барр. нефти (12% ливийского экспорта). Таким образом, ливийское руководство не планировало ослаблять контроль над основной отраслью экономики, а ННК стремилось увеличить долю ливийского государства в доходах компаний от добычи углеводородов. К тому же оно пыталось найти новые рынки сбыта углеводородов. В материалах, опубликованных «WikiLeaks», ставился вопрос о том, будет ли ливийское руководство и впредь соблюдать условия новых контрактов, и подчеркивалось, что угроза принудительного перезаключения контрактов создала опасный прецедент, который «может многократно повториться по всему миру в производящих нефть странах»28.

Между тем еще до окончания гражданской войны и результатов ее исхода проявилась заинтересованность западных стран, прежде всего Франции, Италии, Великобритании и США, в сохранении нефтегазовых контрактов с Ливией. На международной конференции «Друзей Ливии», проходившей в сентябре 2011 г. в Париже, проявилась борьба за углеводородные ресурсы между этими странами. По сообщению французской газеты «Liberation», Париж еще в апреле 2011 г. заручился обещаниями ПНС передать Франции контроль над 35% ливийской нефти в обмен на политическую и военную поддержку. Италия также намеревалась сохранить роль ведущего партнера. Заинтересованность внешних сил в нефтегазовых ресурсах Ливии, вероятно, приведет к соперничеству между ними и поддержке той или иной из враждующих группировок. Так, некоторые эксперты полагают, что Запад может поддержать генерала Хафтара, бывшего в свое время одним из лидеров движения за свержение М. Каддафи, «помочь ему разбить исламистов и установить в Ливии диктаторский или, в лучшем случае, авторитарный режим»29.

Таким образом, можно предположить, что в Ливии возможен сценарий развития событий, которые происходили, например,

в Алжире в начале 2000-х годов, когда армии удалось в основном подавить вооруженные выступления радикальных исламистов, склонив к компромиссу одну из самых радикальных организаций «Исламская армия спасения»30, или в Египте, где после временной победы исламистов в результате «арабской весны» к власти пришел генерал Абдель Фаттах ас-Сисси (тем более что в Ливии, в отличие от Египта, в результате проведения первых после свержения Каддафи парламентских выборов победу на них одержали не исламисты, а Альянс национальных сил, объединивший различные партии и организации либерального толка). Однако, учитывая сложную внутриполитическую ситуацию, разрушение системы государственности в стране, отсутствие сильной центральной власти, клано?

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов