Спросить
Войти

Куценко И.Я. Правда и кривда. Нальчик, 2007. 152 с.

Автор: указан в статье

ISSN 0321-3056 ИЗВЕСТИЯ ВУЗОВ. СЕВЕРО-КАВКАЗСКИЙ РЕГИОН. ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ. 2008. № 4

Куценко И.Я. Правда и кривда. Нальчик, 2007. 152 с.

Проблема межнациональных отношений на Северном Кавказе, взаимоотношений разных народов в этом важном и очень своеобразном регионе в период бурных, очень сложных и весьма неоднозначных событий 2-й половины XIX - начала XX вв., сущность и основные направления политики русского правительства в этом крае и отношение к ней различных народов в настоящее время имеют, несомненно, огромную не только собственно научно-историческую, но и общественно-политическую актуальность. Протекавшие здесь трагические и весьма противоречивые социально-политические процессы, в целом ряде случаев вызвавшие серьезные кризисные явления на протяжении 1990-х гг., проявляются и в настоящее время. Причем они служат очень существенным катализатором известных острых межнациональных споров и прямых конфликтов между различными народами Северного Кавказа, серьезных и крайне опасных и болезненных внутренних общественно-политических кризисов в ряде местных республик. Рост напряжения между некоторыми из них и федеральным центром стимулировал обсуждение проблем прошлого, противоречий во взаимоотношениях, открытых серьезных, в том числе и военно-политических и межэтнических, конфликтов, взаимных исторических обид и политических претензий. В такой крайне сложной ситуации важны взаимные выдержка, такт, отказ от каких-либо спекуляций на трагических событиях того или иного народа, от своекорыстных и откровенно конъюнктурных интересов, желания и умения вести всесторонние и глубокие дискуссии по самым болезненным вопросам прошлого и настоящего. При этом, безусловно, велика роль и, что самое главное, беспристрастность, объективность и ответственность представителей научной общественности. Однако некоторые выходящие в последнее время работы не могут не вызвать целого ряда вопросов, а зачастую даже и вполне очевидных недоумений по поводу содержащихся в них весьма «вольного» и «своеобразного» освещения известных исторических событий, поверхностности и откровенной тенденциозности суждений.

Весьма показательным примером такого подхода является вышедшая недавно в г. Нальчике работа краснодарского историка И.Я. Ку-ценко. И хотя он, предвидя, по всей видимости, вполне очевидную отрицательную реакцию представителей научной общественности на свои суждения, позиционировал свою работу как научно-публицистическое издание. Приведенная на первой странице книги биографическая справка об авторе с перечислением всех его научных регалий должна, по его замыслу, наглядно свидетельствовать о серьезности в научном отношении предлагаемой читателям работы

В своей работе И.Я. Куценко предлагает достаточно своеобразную трактовку сущностной характеристики казачества, его истории в XX в., а также весьма остро полемизирует по поводу проблем взаимоотношений, точнее - подходов к данным проблемам некоторых исследователей, между карачаевцами и адыгейцами. Буквально с первой страницы книги автор с резкой критикой обрушивается на одну из последних работ авторитетного кубанского ученого, имя которого широко известно не только у нас в стране, но и за рубежом, основателя мощной научной школы кавказоведения и истории казачества профессора В.Н. Ратушняка, содержащую обобщающий научный анализ истории кубанского казачества. Причем вместо нормальной научной дискуссии, как это принято в среде исследователей, И.Я. Куценко однозначно выступает в агрессивно-обвинительном тоне. Что же вызвало такую негативную реакцию автора, с какими из обобщений и выводов В.Н. Ратушняка относительно проблем истории казачества он категорически не согласен? Какие посылки, контраргументы предлагаются?

И.Я. Куценко сразу же заявляет о том, что «...казачье сословие было поднято на уровень антинародной, обслуживающей тогдашних хозяев страны силы, что особенно проявилось в годы революций» (с. 5). Сразу же хочется поставить вопрос, а что значит «антинародная сила», как это проявилось в годы каждой из трех российских революций, особенно в период Февральской и Октябрьской?

Сущность казачества как этносоциального явления в трактовке И.Я. Куценко также представляется весьма своеобразной, поскольку, по его словам, «корни казачьего субэтноса славянства следует искать не столько в переплетениях этнического развития, сколько в

политике самодержавия» (с. 18). Очень «интересная» интерпретация процессов этногенеза! Аналогично и авторское понимание процессов социогенеза казачества: по мнению Куценко, «социальный типаж лакея самодержавия как идеал казачьего служения навязывался станичным арсеналом воспитательного воздействия, со временем был принят казачьей массой» (с. 26), «.казачье войсковое сословие было орудием классового принуждения. Прежде всего в этом и заключалась его главная социальная сущность» (с. 87). И при этом ни слова не говорится о хорошо всем известной доминировавшей в сознании и поведении казачества идей защиты Отечества, верности долгу, справедливости, казачьей демократии и свободолюбия.

Исключительно в негативном плане автор отзывается и об общей исторической роли казачества в отечественной истории, о его участии в сложной, трагической и довольно неоднозначной по своему содержанию Кавказской войне, в революциях. Даже при рассмотрении участия кубанских казаков в Великой Отечественной войне И.Я. Куценко, еще раз демонстрируя свою тенденциозность и пристрастность, гораздо большее внимание уделил участию крайне незначительного числа кубанцев в изменнических формированиях по сравнению с характеристикой поистине массовой и героической борьбы казаков с немецко-фашистскими захватчиками. Только отрицательные эпитеты нашлись у автора и при характеристике современного движения за возрождение казачества (с. 18, 20-22, 87 и др.).

В работе И.Я. Куценко встречаются и конкретные фактологические ошибки: наступление русских армий Юго-Западного фронта в период Первой мировой войны, известное как «Луцкий» или «Брусиловский» прорыв, происходило, как всем известно, не в 1915 г., как у автора (с. 38), а в 1916 г.; фамилия у адъютанта И.Л. Сорокина, с которым якобы лично беседовал автор, была не Крутоголо-вов (с. 14), а Крутоголов; награжденных высшей военной российской наградой - орденом Святого Великомученика и Победоносца Георгия 1-й степени было, включая награжденных иностранцев, 25 чел. (у автора - всего 19 чел. (с. 75)) и ряд других неточностей.

Целый ряд весьма «своеобразных» утверждений И.Я. Куценко, например, об авторитетнейшем кубанском историке Ф.А. Щербине как об «отце» фальсификации кубанской казачьей истории (с. 42), о том, что «колонизированных, угнетенных» горцев, бурятов, удмуртов «.нужно было защищать прежде всего от злейшего внутреннего врага - царского самодержавия, олицетворяемого им ублюдочного общественного устройства, жертвой которого было все трудовое население страны.» (с. 69-70), комментировать исходя из принципов научности да и просто здравого смысла практически невозможно. Не стоит этого делать и еще по одной причине - эти авторские высказывания говорят сами за себя и, естественно, отражают не только авторские подходы к характеристике рассматриваемых персоналий, явлений и событий, но и его стиль и манеру ведения дискуссии.

В заключение остается только высказать сожаление, что работа И.Я. Куценко, совершенно превратно и крайне тенденциозно освещающая очень важные и крайне неоднозначные события отечественной истории, имеет издательский гриф «научно-популярного издания». С основополагающими принципами научности и объективности исторического исследования она явно не согласуется. Ну а крайняя односторонность автора при рассмотрении затронутых им вопросов, специфический литературный стиль изложения, искусственное эмоциональное нагнетание обстановки и разжигание общественных и исторических страстей вряд ли будут полезны современному обществу народов Северного Кавказа, способствовать его спокойному поступательному развитию и объективному, беспристрастному и всестороннему анализу его прошлого, взвешенной характеристике настоящего и выработке перспектив развития в будущем в единой, многонациональной и поистине братской семье народов России. Историю, безусловно, всю без каких-либо исключений надо полно, глубоко и всесторонне знать и анализировать, в полной мере это касается и ее наиболее сложных, неоднозначных, иногда и трагических событий, но при этом ею просто недопустимо манипулировать в угоду сугубо личных или явно ангажированных по каким-либо причинам подходов.

В.П. Трут

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов