Спросить
Войти

Произведения художественной пластики XIII века на севере степной полосы Евразии

Автор: указан в статье

Вестник Челябинского государственного университета. 2013. № 12 (303). История. Вып. 55. С. 13-16.

Г. Н. Гарустович

ПРОИЗВЕДЕНИЯ ХУДОЖЕСТВЕННОЙ ПЛАСТИКИ XIII ВЕКА НА СЕВЕРЕ СТЕПНОЙ ПОЛОСЫ ЕВРАЗИИ

Рассматриваются находки двух уникальных фигурок «божественных всадников», восседавших на драконе и на тигре. Автор считает, что это были изображения самого Будды. Серебряные предметы относятся кXIII в., они были тщательно изготовлены, богато декорированы, а обнаружены случайно - в пределах современного Башкортостана и Казахстана.

В 1236 г. через территории лесостепного Предуралья на запад проследовало несколько крупных монгольских корпусов. Двигались они к столице Волжской Булгарии - г. Биля-ру. Эти трагические события положили конец длительной борьбе башкир за сохранение своей независимости. Так, в первой половине XIII в. в составе юрта Джучидов появился особый Башкирский улус, а башкиры на долгие годы попали в зависимость от завоевателей.

Однако подчинение территорий Южного Урала вовсе не привело к заселению монголами башкирских кочевий, в связи с тем, что степняков не интересовали лесостепные земли. В целом, мы лишь теоретически можем представить монгольское присутствие в регионе в XIII в. В Предуралье «монгольский след» фиксируется археологически, пока еще исключительно в районе г. Стерлитамака. Прежде всего, это воинский (кочевнический) Азнаевский - II курганный могильник1. Здесь же, на р. Ашкадар недавно был найден клад раннезолотоордынских зеркал. Средневековые башкиры такими зеркалами не пользовались. И вот теперь мы расскажем о еще одной интересной случайной находке, которая, как нам представляется, оказалась в нашем регионе в ходе монгольской экспансии XIII в.

Меселинская фигурка. В 70-е гг. ХХ в. в окрестностях с. Месели (Аургазинский район Республики Башкортостан) школьники нашли уникальный серебряный предмет, который был передан на хранение в школьный музей. В конце 80-х гг. ХХ в. основатель муИ над дальним перелеском Просверкает пыл: Будто змей взлетает с блеском Искрометных крыл...

(А. Белый «Деревня»)

зея И. И. Никитин, сомневаясь в своей трактовке предмета (который он почему-то называл пайцзой), привез его в Институт истории, языка и литературы УНЦ РАН, в г. Уфу. Мне тогда второпях удалось зарисовать находку (рис. 1). В 90-е гг. прошлого столетия школьный музей был ограблен, и, в том числе, пропала серебряная фигурка «всадника». Насколько нам известно, после длительного «путешествия» по рынку она хранится сейчас в частной коллекции в г. Салавате (РБ). Едва ли нынешний владелец предмета подозревает о ее уникальности. А мы как раз и хотим обратить на нее внимание заинтересованного читателя...

Объемная фигурка размером 5,9-5,5х4,2-3,5 м сделана из двух штампованных серебряных пластин-створок, с очень тщательной проработкой мельчайших деталей изображения (рис. 1). Двусторонние детали предмета аккуратно подправлены чеканкой и гравировкой. Чернение не применялось. Внутри створок находится какой-то наполнитель -смолянистое вещество. Сохранность фигурки удовлетворительная, она лишь немного сжата и имеет отдельные вмятины. Правда, мы предполагаем, что у изобразительных пластин утеряна нижняя часть (в районе ног), а края на месте слома подремонтированы. Они старательно соединены, т. е. подбиты друг к другу.

Предмет изображает всадника - улыбающегося человека, оседлавшего крупное фантастическое животное - хищного грифона

или дракона (рис. 1). В основу изображения головы гигантского зверя положена, по нашему мнению, стилизация орлиной головы, с разинутым клювом и выпученными глазами. Однако эта голова наделена таким множеством мельчайших деталей, что сложно определить: то ли мы видим ухо, то ли нечто напоминающее гриву из крупных перьев. Морда «грифона» смотрит прямо, тогда как человек показан с полуоборотом на левый бок.

Ниже пасти, на месте груди дракона, показаны ровные горизонтальные ряды треугольников, видимо, это место было покрыто защитным доспехом - пластинчатой бронью с нашивными накладками. Можно, конечно, трактовать треугольники в качестве изображения чешуи на груди летающего змея. На спину химеры наброшена большая (украшенная рядами точечных рисунков) попона с широкой прямой окантовкой (рис. 1).

Всадник сидит на гигантском животном спокойно, даже расслаблено. Он имеет крупную шаровидную голову, с лицом монголоидного типа. Голова мужчины выбрита, волосы оставлены лишь на макушке (здесь они собраны в высокую кубышку). Улыбка на лице всадника хорошо заметна, хотя это место повреждено вмятиной. В районе правого виска человека крепится петля для подвешивания фигурки (рис. 1).

Человек одет в длинный богато декорированный халат, из-под которого выглядывает рубаха (?) с растительным орнаментом. На шее выделен узорчатый воротник, типа фигурного жабо. Халат богато украшен растительными завитками (они выполнены точечной чеканкой). Спереди на полах халата (на месте колен) нанесены крупные солярные фигуры. На месте локтей также видны элементы круговой орнаментики. Самый низ халата окантован зигзагообразной каймой. В какую сторону запахивались полы халата - не понятно. На месте сгиба левой руки нанесены складки, и, как мы предполагаем, здесь заметны широкие рукава одежды. Халат на спине украшен крупными листовидными фигурами. И подпоясывался он довольно широким, возможно, тканевым поясом (типа кушака).

На ногах всадника показана обувь (без острых носков), но с подошвами (возможно -довольно толстыми). Обувь украшена орнаментом, он показан в виде точечной полосы. Стремян у всадника не было, детали седла также незаметны. Правая рука резко согнута в локте, так, как будто в ней были зажаты поводья. Кисть левой руки человека сжимает повод, сделанный посредством припаянной кончиками к пластинке проволоки из серебра.

Стилистика оформления подвески позволяет нам отнести ее к золотоордынскому

Рис. 1. Серебряные фигурки из Башкортостана (1) и северного Казахстана (2): 1 - Меселинский «всадник»; 2 - Семипалатинский «всадник».

Произведения художественной пластики XIII века.

15

периоду, точнее - к XIII в. Схожие изобразительные приемы мы находим в торевтике этого времени. Посмотрим материалы погребения, обнаруженного в 1890 г. в урочище Гашун-Уста (Новогригорьевского уезда Ставропольской губернии)2. Если обратиться к особенностям чеканных рисунков растений на пряжках3, или лотосов на наконечнике ремня4, мы увидим приемы, использованные автором композиции меселинской фигурки. Это «растительные» спирали, сделанные точечной чеканкой; трилистники, декорированные тремя насечками (лотосы) и т. д. А на знаменитых ковшах «монгольского» времени, с ручками в виде протомы дракона, мы обнаруживаем еще одну интересную нам техническую деталь - напаянные проволочные усы или гребни дракона, несомненно, «родственны» накладным поводьям меселинской фигурки.

В целом большая часть аналогий в стилистике оформления предмета из Меселей можно обнаружить на изделиях XIII в. (Тош-Башат в Киргизии; на острове Березань на Украине; находках в Среднем Приорелье)5.

Однако в названных памятниках обнаружены элитарные поясные наборы, дающие нам лишь стилистические параллели в деталях. Сложнее обстоит дело с поиском прямых аналогий самой фигурке. Нам известен лишь один схожий предмет, найденный в советское время на территории Семипалатинской области Казахстана. Из пещеры Конур-Аулие происходит единичная серебряная фигурка, на которой изображен мужчина-монголоид (рис. 2), сидящий верхом на стилизованном тигре (или другом фантастическом хищнике). В жизни у тигра нет гривы и хвост у него не «расцветший», как у рассматриваемого нами зверя из Казахстана. А в данном случае грива и хвост тигра (или дракона, с телом кошачьего животного) изобилуют множеством мало понятных деталей: то ли кистями, то ли перьями, то ли листьями. Хвост даже украшен цветами. Ниже оскаленной пасти зверя (он как будто улыбается, а не сердится!) свисают длинные усы с закрученными кончиками. Тело животного декорировано точками и фигурными линиями (видимо - стилизация тигриных полосок). Лицо человека и морда зверя развернуты в одну сторону - в правую.

Голова человека обрита, но на темени оставлена кубышка (?). Длинный халат прикрывает все тело. Руки всадника сжимают

какие-то вещи. Тело зверя покрыто попоной, на которой восседает человек. Длинный халат богато декорирован и подпоясан двойной перевязью. На фотографии многие детали фигурки непонятны (например, что всадник сжимает в руках?).

Предмет из Казахстана дошел до нас полностью, сверху (на предметах, сжатых в руках человека) и снизу (на лапах зверя) по краям фигурки сохранились петельки для подвешивания (рис. 2). Правда, к чему подвешивалась эта вещь, мы не знаем. Фотографию данного изображения мы обнаружили в популярной книге А. Сейдимбекова, но в основном тексте она даже не упомянута. На подписи к фотографии фигурка названа «пайцзой» и датирована она XII—XIII вв.6, правда, без фактологического обоснования терминологии и даты.

В целом, Меселинскую и Семипалатинскую фигурки можно считать изделиями, демонстрирующими нам единство художественной школы и времени создания интересных произведений. Мы здесь имеем близкое сходство художественных образов и, предположительно, схожую семантику. Езда всадника на фантастических животных (химерах) явно подразумевает то, что смысл его поступков был понятен древнему человеку Центральной Азии. Иначе бы сюжет не дублировался на разных вещах. Как известно, средневековые монгольские мастера старательно изображали животных (оленей и т. д.), но в их искусстве не принято было обращение к образу человека. При этом тщательность проработки мельчайших деталей изображений «героических всадников» позволяет предполагать, что фигурки сделана весьма умелыми китайскими (либо цзиньскими?) ювелирами. Хотя, конечно, это только гипотеза. К чему они подвешивались - мы также можем лишь гадать.

Хуже всего то, что для нас мало понятна семантика всей композиции, но присутствие фантастических животных говорит о том, что сюжет имеет отношение к эпической или сакральной области китайского этноса эпохи средневековья. Хотя не исключено, что мы соприкоснулись с высоким искусством чжурчженей, или других народов Центральной Азии. Всадник - не просто человек, он обладатель сверх возможностей и сакральной силы, раз сумел подчинить себе неуправляемую стихию разрушения (в лице химеры). У человека нет оружия, но он с улыбкой усми-

ряет гигантскую мощь хаоса (представленного летающим змеем). Это не просто культурный герой - демиург, он, скорее, всесильное, но доброе божество - устроитель порядка в мире. Расцветший побегами и цветами хвост тигра и отвлеченная улыбка божества, видимо, символизируют появление вместе с ним красоты и справедливости. Божеству по силам было передвигаться на драконе (кит. -лун), или тигре (т. е. самом крупном и сильном хищнике Дальнего Востока), и управлять ими с помощью поводьев, но без стремян.

Все высказанные логические построения подводят нас к семантической гипотезе: древние ювелиры изображали самого Будду. Обезоруживающая нехватка необходимой научной и искусствоведческой литературы в библиотеках г. Уфы лишает нас возможности детально проработать рассматриваемый вопрос. Но в памяти всплывают один сюжет...

Местные жители называют небольшое буддийское государство Бутан «королевством громового дракона». По их легендам, в давние времена Будда прилетел в страну сидя верхом на тигрице (на самом деле, это была богиня). Тигрица, по желанию Будды, легко превращалась в дракона (и это была вторая ипостась богини). Будда оценил красоты Бутана и остался здесь жить, взяв земли под свое покровительство. Возможно, и наши средневековые фигурки рассказывали о чем-то подобном. Время покажет, насколько мы были близки к истине в своих теоретических рассуждениях.

Видимо, то, что обе схожие фигурки обнаружены в северной части большого степного региона следует считать простой случайностью. Также как то, что изделия данной школы элитарной торевтики XIII в., пока еще, известны в степной полосе Евразии исключительно в предметах мелкой художественной пластики (детали поясных наборов; фигурные подвески). Появление этих вещей в Причерноморских степях (и к востоку от них), несомненно, связано с монгольским нашествием. Но стилистическая специфика этой художественной школы не прижилась на просторах Улуса Джучи, и уже в XIV в. следы ее, в основном, уже незаметны в произведениях золотоордынской художественной пластики.

Изделия металлопластики, выполненные в интересующем нас восточном растительном стиле, попадаются археологам нечасто. Из последних находок в нашем регионе можно назвать богатый кочевнический комплекс золотоордынского периода - Уркач -1 в Ак-тюбинской области Казахстана7. Здесь, в кургане № 15, расчищены остатки интересного наборного пояса с ременной накладкой (с колечком), украшенной стилизованными ло-тосами8. Правда, по поводу интерпретации данного захоронения следует иметь в виду то, что авторы публикации ошибочно отнесли его к домонгольской эпохе. На самом деле, конечно же, погребение совершено позднее -в ХШ-Х^ вв.

Примечания

1 Гарустович, Г. Н. Азнаевский погребальный комплекс как хронологический показатель и этнокультурный репер XIII в. / Г. Н. Гарустович, А. Ф. Яминов // XIV УАС. Челябинск, 1999. С. 188.
2 Спицын, А. А. Из коллекции Императорского Эрмитажа // Записки отделения русской и славянской археологии Императорского русского археологического общества. Т. VIII, вып. 1. СПб., 1906. С. 261.
3 Там же. Рис. 68, 70.
4 Там же. Рис. 69.
5 Сокровища Золотой Орды. СПб., 2000. С. 148, 154 и др.
6 Сейдимбеков, А. Поющие купола. Алма-Ата, 1985. С. 42-43. Рис. 42-43.
7 Бисембаев, А. А. Средневековые погребения с территории Актюбинской области / А. А. Бисембаев, С. Ю. Гуцалов // Вопросы археологии Западного Казахстана. Самара, 1996. С. 248-250. Рис. 4-5.
8 Там же. Рис. 5, 35.

Список сокращений:

УАС - Уральское археологическое совещание.

УНЦ РАН - Уфимский научный центр Российской академии наук.

ПРОИЗВЕДЕНИЕ ТОРЕВТИКИ СЕРЕБРЯНАЯ ФИГУРКА xiii В ДРАКОН БУДДА МОНГОЛЬСКОЕ НАШЕСТВИЕ toreutic works silver figure xiii century dragon
Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов