Спросить
Войти

Египет в политике великих держав в 50 нач. 80-х гг. XIX в

Автор: указан в статье

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 5 (59), СЕНТЯБРЬ-ОКТЯБРЬ 2007

УДК 94(620) 18 А.Х. ХИЗРИЕВ

Дагестанский государственный университет

ЕГИПЕТ В ПОЛИТИКЕ ВЕЛИКИХ ДЕРЖАВ В 50 - НАЧАЛЕ 80-х гг. XIX в.______________________________________

Статья посвящена определению роли Египта в политике великих держав в указанный период, когда суэцкая проблема приобрела широкий международный характер и завершилась победой Англии над своими геополитическими соперниками.

Египет своим географическим положением между Красным и Средиземным морями, Северной и Центральной Африкой всегда привлекал внимание правителей и учёных различных стран и народов на протяжении всей мировой истории. В центре притяжения этого внимания находилась проблема Суэцкого канала, который должен был значительно сократить морской путь из Западной Европы в Индию. Идея соединения Красного моря со Средиземным существовала с незапамятных времён. Решение этой проблемы на ранней стадии относится к деятельности фараона XXVI египетской династии Нехо I (VII

в. до н.э.), который велел прорыть канал от Нила к Красному морю. Попытки строительства канала предпринимались также при Птолемеях и персидском царе Дарие I. После этого канал неоднократно засыпался и вновь восстанавливался [1]. С тех пор эта проблема несколько раз поднималась, но ввиду различных причин опять «закрывалась».

В середине XIX в. великие державы вновь возвращаются к идее строительства Суэцкого канала в силу ряда причин. Во-первых, между ними начался окончательный передел мира. Народы Азии, Африки и Латинской Америки оказались в сфере влияния ка-кой-либо из крупных колониальных империй. Не избежал этой участи и Египет, ставший объектом особого интереса со стороны Франции и Англии, хотя к этому времени в глазах современников он оставался ещё на некоторых рубежах, достигнутых в период правления Мухаммеда Али.

Во-вторых, Египет, являясь важным перевалочным пунктом между Средиземным и Красным морями, мог значительно сократить Англии путь в Индию — её важнейшую колонию. Суэцкий перешеек, через который должен был быть прорыт канал, придал этому региону стратегическое значение в геополитическом масштабе [2]. В-третьих, эти земли были богаты различными сельскохозяйственными культурами, в том числе хлопком и некоторыми полезными ископаемыми. В-четвёртых, экономический подъём и усиление одной из ближневосточных стран повлекли бы за собой выпадение из сферы активной экспансии великих держав всего Ближневосточного региона. Поэтому, несмотря на энергичные старания Мухаммеда Али и египетского народа отстоять свою независимость и достичь могущества, участь этой страны была предопределена; её закабаление и оккупация были делом времени.

В новое время этот вопрос поднял Наполеон Бонапарт, но ввиду допущенных технических ошибок при расчётах его реализация была отложена на некоторое время, хотя эту допущенную ошибку исправили астрономы Фурье и Лаплас. В этой связи представляется более важным то, что их последователь

Арль-Дюфур сумел вызвать интерес к суэцкой проблеме французского консула в Александрии Лессеп-са, обладавшего деловыми качествами крупного финансиста, которые были необходимы для воплощения этой идеи в реальный проект [3]. Однако даже Лессепс с его хваткой и цинизмом не смог бы добиться успеха, если бы мировая обстановка не располагала к этому.

Воспользовавшись бедственным положением Египта при преемниках Мухаммеда Али, дальновидный Лессепс стал добиваться предоставления концессии на строительство Суэцкого канала, преследуя далеко идущие цели. Поддержанный императором Наполеоном III, этот проект был ответом французов на строительство англичанами железной дороги Александрия — Каир — Суэц, которая должна была соединить Средиземное и Красное моря по суше. Но отказ Порты и, разумеется, противодействие Англии затянули реализацию идеи Лессепса. Лишь 30 января 1854г. Фердинанду Лессепсуудалось получить концессию на строительство канала от его личного друга Саид-паши, ставшего египетским правителем после убийства Аббас-Хильми I в июле 1854 г.

Успех Лессепса в том, что ему удалось без труда убедить хедива Саида подписать документы о создании концессии по строительству Суэцкого канала. Достаточно беглого взгляда на условия концессии, чтобы увидеть, как невыгодны они были Египту и как легкомысленно относилось тогдашнее правительство к предоставлению концессии, имеющей большое значение для жизни страны и её будущего. Первое, что обращает на себя внимание, это ничем не оправданный длительный срок концессии. Что касается перехода канала в дальнейшем в собственность Египта, то этот вопрос был не так прост, как многие тогда себе представляли. В договоре указывалось, что египетское правительство должно выкупить оборудование канала. Было очевидно, что компания запросит за это оборудование непомерно высокие цены, и египетское правительство не сможет его выкупить.

Фердинанд де Лессепс после такой удачной сделки с Саидом, превзошедшей все самые лучшие его ожидания, мог отмечать триумф. Но успех в Каире не означал, что дела пойдут так же гладко в Лондоне и даже Париже. Французская правящая клика не слишком поощряла Лессепса и тщательно присматривалась к нему. Но поддержка Евгении Монтихо, супруги Наполеона III, помоглаЛессепсу в размещении более 50 процентов акций во Франции. Возможно, французский император негласно сам имел долю в компании Суэцкого канала [4].

Добиться такой поддержки Фердинанду Лессепсу удалось не сразу. В 1855 г. международное положение Франции обязывало её дипломатию прояв-

лять сдержанность, из-за чего она не желала идти на конфликт с Англией. Во-первых, она была её союзницей в Восточной войне (1853-1856) против России; во-вторых, в военном отношении Англия превосходила Вторую империю, и Наполеон III вёл себя в этой ситуации очень осторожно. Но в любом случае, он оказал родственнику своей супруги неофициальную поддержку, возложив всю ответственность и риск за это предприятие на него самого.

Когда французам удалось «свалить» великого визиря Османской империи Решида, выступавшего против строительства Суэцкого канала, британский министр Кларендон прибег к прямому давлению. В ноте, адресованной в июне 1855 г. парижскому правительству, он выдвинул возражения против проекта Лессепса, заявив, что «канал физически невозможен...»; он угрожает «отделить Египет от Турции» и «перерезать» пути сообщения между Англией и британской Индией [5]. Такая позиция Англии определялась всем комплексом колониальных интересов британских правящих кругов. Их опасения вызывало и то, что канал, как они выражались, мог способствовать укреплению независимости Египта и сорвать дальнейшие планы по его закабалению.

В Суэцком вопросе Англия встретила полное понимание со стороны австрийской дипломатии. Австрийский канцлер Буоль, мнение которого специально запросил Лессепс, формулировал свою позицию следующим образом: «Пока английское правительство не откажется от серьёзных возражений, выдвинутых против канала, Австрия, в силу важности, которую она придаёт своим хорошим отношениям с Англией, не может оказать Вам безоговорочной поддержки в Константинополе» [6]. Такая позиция Вены становится ясной, если вспомнить, что в это время Австрия находилась в состоянии войны с Францией на Аппенинском полуострове. Что касается прусского посла, то он в суэцком вопросе держался пассивно.

О позиции русского правительства можно судить по документам известного востоковеда Н.А.Ерофее-ва. Некоторые из них были использованы им для освещения вопроса об англо-французской борьбе за Суэцкий канал. В кругах царской дипломатии проект Лессепса расценивался как выгодный для России, хотя бы потому, что, обостряя противоречия между Англией и Францией, он способствовал разъединению держав — победительниц в Крымской войне [7].

Оказавшись в столь затруднительном положении, Лессепс решился на крайний шаг. Не получив одобрения со стороны турецкого султана, он уговорил Мухаммеда Саида выпустить второй фирман 5 января 1856 г. о концессии на строительство канала без разрешения сюзерена [8]. Согласно этому фирману египетское правительство безвозмездно предоставляло Компании Суэцкого канала необходимые земельные площади, обязывалось провести через пустыню пресноводный канал из Нила для снабжения зоны строительства питьевой водой, освобождало компанию от уплаты налогов и, самое главное, обязывалось предоставлять бесплатно 4/5 общего числа рабочих, необходимых для прорытия канала [9]. Срок концессии устанавливался на 99 лет с момента открытия канала, акционерный капитал — в 200 млн франков [10].

С этого времени Фердинанд Лессепс продолжалвес-ти неравную борьбу со своими врагами в полном одиночестве, особенно с главным из них — английским правительством. Победителем в этой борьбе всё равно оказался Лессепс. Его неуёмная энергия принесла свои плоды. После того, как из общего количества акций — 400 тыс.

стоимостью по 500 франков каждая — он разместил 207 тыс. из них во Франции, а 64 тыс. приобрело египетское правительство, остальные 112 тыс. акций он предполагал реализовать в Турции, Англии, России и США; но английским дипломатам удалось сорвать их продажу в этих странах. Потерпев неудачу, Лессепс после долгих и безуспешных уговоров выманил у своего «верного друга» Саида чистые бланки с его подписями и, не поставив его в известность, приписал все нераспроданные акции правителю Египта. Вслед за этим, на первом общем собрании акционеров Компании Суэцкого канала в мае 1860 г. Лессепс объявил о завершении подписки на акции. Кроме того, согласно концессии 1856 г. президент компании назначался теперь не Египтом, а им становился — на 10 лет — сам Лессепс [11].

В соответствии с условиями концессии Фердинанд Лессепс начал предварительные работы по строительству Суэцкого канала уже в апреле 1859 г., то есть через пять лет после получения концессии. Согласно её условиям, Саид-паша согнал со всех концов Египта в зону строительства канала десятки тысяч феллахов, где под видом трудовой повинности стал использоваться подневольный, то есть фактически рабский труд. На строительстве постоянно работало от 25 до 40 тыс. феллахов. Как только одни отбывали тяжёлую барщину, другие шли им на смену. Не выдерживая каторжных условий труда, за годы строительства канала умерло до 20 тыс. рабочих [12]. На принудительном полурабском труде и на костях закрепощённых египетских феллахов строилось величайшее сооружение XIX в.

Следует отметить, что бесправием и самоуправством на строительстве Суэцкого канала умело воспользовалась английская дипломатия. Под благими намерениями в английской прессе началась кампания против применения принудительного труда в зоне строительства. Под давлением Англии Порта заявила, что египетский паша не был правомочен выдавать концессию, и потребовала её аннулировать. Назревавший серьёзный политический кризис угрожал всему предприятию Фердинанда де Лессепса. Положение последнего особенно осложнилось после смерти Мухаммеда Саида. 18 января 1863 г. его преемником стал Исмаил, внук Мухаммеда Али, сын Ибрахим-паши. В Лондоне и Стамбуле от него ждали пересмотра всех договоров с компанией, лишения её экстерриториальности и даровой рабочей силы. Сам Исмаил предъявил компании свои требования, опираясь на под держку Турции и Англии. 30 января 1863 г. хедив издал фирман о запрещении принудительного труда на строительстве Суэцкого канала [13].

Однако Лессепсу удалось не только выпутаться из затруднительного положения, но и использовать его для нового ограбления Египта, проявив себя изобретательным тактиком. Он опротестовал действия египетского правителя и вынудил его передать спор на рассмотрение третейского суда, в котором в качестве «беспристрастного» арбитра выступил Наполеон III.

В июле 1865 г. французский император вынес беспрецедентное решение, обязав египетскую сторону выплатить компании неустойку в размере 30363 тыс. фунтов стерлингов (85 млн франков) [14]. История арбитража не знала подобного прецедента. Наполеон присудил компании такую огромную сумму потому, что она находилась на этот момент в очень трудном финансовом положении, в связи с чем работы по строительству канала могли быть прекращены. Получив такую сумму, компания имела бы возможность продолжать работы. Иными словами,

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 5 (59), СЕНТЯБРЬ-ОКТЯБРЬ 2007

ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ ОМСКИЙ НАУЧНЫЙ ВЕСТНИК № 5 (59), СЕНТЯБРЬ-ОКТЯБРЬ 2007

Египет принудили значительно увеличить долю своего участия в осуществлении проекта.

Находившееся у власти в Англии либеральное правительство Гладстона не высказало решительного протеста против этого решения арбитражного суда. Турция рассмотрела этот шаг как отступление Лондона от первоначальных позиций, и в апреле 1865 г. султан под непрекращающимся нажимом Франции издал фирман, санкционировавший сооружение Суэцкого канала [15].

Наступил последний этап строительства. На деньги, полученные от Египта, компания заказала ряду французских фирм необходимые механизмы и машины и наняла в Европе несколько тысяч рабочих. Последних было немало и в начале сооружения канала. Так, в 1863 г. здесь постоянно было занято всего 5 тыс. человек, из них 1500 иностранных рабочих, преимущественно итальянцев, греков, далматинцев. По завершении строительства часть из них могла уехать на родину, остальные же вместе с занятыми на стройке египтянами либо обслуживать суда, проходящие по каналу, либо устроиться на работу на другие объекты развивавшейся инфраструктуры Египта. В подчинении администрации Компании Суэцкого канала должны были остаться 2 тыс. рабочих [16].

Наконец, после десятилетних трудов, 1 ноября 1869 г. было проведено торжественное открытие нового водного пути. В Египет приехало свыше 3 тыс. гостей, среди которых были коронованные особы со всех концов мира; их пребывание оплачивала египетская казна. Торжественная церемония открытия состоялась в Каирском оперном театре, где шло представление оперы Верди «Аида» на сюжет из древнеегипетской жизни. Такая непомерная роскошь дорого обошлась Египту.

Строительство Суэцкого канала, включая стоимость акций, неустойку, расходы по открытию и другим статьям, согласно официальным документам компании, обошлись стране в 400 млн франков [17]. Несомненно, что эта цифра нуждается в коррективах, поскольку значительная часть средств былапопростурасхищена [18]. С другой стороны, надо учитывать и дармовую рабочую силу и другие льготы, которыми многие годы пользовались президент компании и его подручные. Исходя из этих объективных фактов, можно быть абсолютно уверенным, что канал обошёлся Египту гораздо дороже, чем это указывалось в документах. И это, не считая тысяч погибших человеческих жизней и политического ущерба, нанесённого Египту во время строительства Суэцкого канала. Кроме того, в первые годы после своего открытия Суэцкий канал не давал непосредственных выгод ни компании, ни Египту.

Чтобы оплатить все вышеуказанные расходы, Исмаилу пришлось заключить целый ряд займов на кабальных условиях. И хотя до него займы из иностранных банков осуществляли и Аббас, и Саид, и даже Мухаммед Али в последние годы своего правления, этот шаг окончательно бросил Египет в долговую яму, из которой тот уже не сможет выбраться. Ещё в 1862 г. с помощью Оппенгейма Саид заключил первый египетский заём, связанный с оплатой обязательств по строительству Суэцкого канала. После этого Исмаилом было сделано ещё семь займов. При этом следует иметь ввиду, что под предлогом комиссионных кредиторы удерживали значительную сумму в виде «курсовой разницы», но при этом обязывали хедива и его правительство платить проценты и погашать заём по его номинальной сумме. Следуя этим правилам, за какие-нибудь 11 лет Исмаил умудрился заключить займы на условиях, по которым английские банки

навязали его стране долг на сумму около 68 млн фунтов стерлингов, фактически выдав на руки только 46 млн и присвоив себе свыше 20 млн За это же время текущий вексельный долг Египта вырос до 26 млн фунтов. По этому долгу ежегодно выплачивалось до 15 и до 25% задолженности [19].

Тем временем британская экспансия в Египте получила новый могучий стимул. Ввиду того, что британскому капиталу не удалось помешать сооружению канала, он поставил перед собой иную задачу — овладеть предприятием Лессепса, превратить Суэцкий перешеек в восточный Гибралтар. Одновременно борьба за обладание Суэцким каналом неизбежно перерастала в борьбу за обладание Египтом, вела к захвату всей его территории и колониальному порабощению этой страны [20].

Предпосылки для успеха задуманной операции выглядели весьма убедительно. К их числу следует, прежде всего, отнести падение политического престижа Франции, ослабление её экономического и военного могущества в результате поражения во франкопрусской войне 1870-1871 гг. Это означало, что Компания Суэцкого канала уже не могла рассчитывать на столь эффективную под держку со стороны государства, какой она пользовалась во времена Второй империи. Следствием этого станут пошатнувшиеся позиции Франции в Европе, которые приведут к новым политическим сдвигам и на Ближнем Востоке.

Тем временем и финансовое состояние Египта всё ближе подходило к критической черте. Хедив Исмаил и его правительство теперь не справлялись со своими обязательствами по текущим выплатам, не говоря уже о самой сумме долга. В поисках денег Исмаил решился на крайнюю меру — продать египетскую долю акций Компании Суэцкого канала. Напомним, что египетское правительство владело 44% от общего количества акций (176 тыс.).

Ключевую роль в этой ситуации сыграл премьер-министр Англии Б .Дизраэли (1804-1881), лорд Биконс-фильд. Узнав о намерениях Исмаил-паши, Дизраэли, не поставив в известность парламент и действуя на свой страх и риск, добился согласия хедива на продажу египетской акций за 3 976 400 фунтов стерлинга [21]. В верности расчёта лорда Биконсфильда можно было не сомневаться. Если Франция и имела больший процент акций, нежели её британские конкуренты, то они принадлежали разным частным владельцам и банкирам. Что касается английской доли, то они целиком принадлежали лондонскому правительству, которое ловко использовало разногласия между французскими акционерами. Как писал лондонский «Экономист», канал был «прорыт с помощью французской энергии и египетских денег на пользу англичанам» [22].

По мнению лондонской «Таймс», покупка акций Суэцкой компании непосредственно была связана с будущими интересами Англии в Египте. Кроме того, как пишут британские журналисты, развал Турции был неминуем, поэтому стало необходимым сохранить ту её часть, с которой Британия была тесно связана [23]. После продажи Исмаилом правительству Дизраэли 44% всех акций Компании Суэцкого канала у Англии появилась прямая заинтересованность в обладании этой водной артерией, и она стремилась к установлению господства над Египтом [24].

Не решив таким способом финансовых проблем, хедив Исмаил совершил роковую ошибку, лишив себя возможности получать прибыль с акций в будущем. То, что Суэцкий канал в первые десять лет после открытия не приносил ощутимых доходов, не означало, что прибылей не будет и в дальнейшем. Уже через

35 лет, в 1910 г., акции Суэцкой компании стоили около 35 млн фунтов (800 млн франков) [25], а ежегодная пропускная способность канала в связи с его расширением и углублением достигла примерно 3,5 тыс. судов с большим водоизмещением, чем раньше [26].

Такая недальновидная политика египетского хедива привела страну к финансовому банкротству и установлению международного контроля в Египте. Созданная в этих условиях Касса Государственного долга, где преобладающее влияние имели французские и английские финансисты, дала возможность ведущим европейским державам напрямую вмешиваться во внутренние дела Египта под прикрытием оказания помощи египетскому правительству в реструктуризации и оплате внешних долгов страны. Находящееся в крайне тяжёлом положении государство выплачивало огромное жалование разного рода авантюристам, привезённым со специальной целью дать им тёплые местечки. Вместе с тем местные чиновники среднего и мелкого звена, которые фактически работали по управлению страной, получали жалованье «в недостаточном размере, толкавшем их на расхищение казённого имущества, причём даже это жалкое содержание задерживали теперь на несколько месяцев» [27].

Не довольствовавшись этим, правительства Англии и Франции потребовали от Исмаил-паши сформировать новый кабинет министров, который 28 августа 1878 г. возглавил Нубар-паша. Два ключевых поста в этом правительстве заняли министр финансов англичанин Риверс Уилсон и министр общественных работ француз де Блиньер. Теперь европейцы не только контролировали финансы Египта, они уже управляли страной. Потеряв всякую самостоятельность, Египет превращается в колонию английских и французских банкиров. Это правительство, справедливо названное «европейским кабинетом» [28], вызывало глубокое недовольство всех классов египетского общества, так как сотни миллионов франков, выколоченных у простых феллахов средневековыми методами «просвещёнными европейцами», шли не на нужды египетской экономики, а большей частью текли в иностранные банки.

В ответ на агрессию иностранного капитала в стране зрело национально-освободительное движение, которое в скором времени приведдо к свержению «европейского кабинета». События 1881-1882 гг. стали представлять непосредственную угрозу политическому и экономическому влиянию в регионе не только Англии, но и других европейских стран. Ситуация в то время в Египте накалилась до предела, а социально-политическая обстановка стала столь запутанной, что все были в ожидании если не решения всех проблем, то хотя бы какой-нибудь развязки. Вспыхнувшее восстание офицеров под предводительством Ора-би-паши не устраивало ни хедива и его сторонников, ни тем более иностранцев, чьи интересы в Египте в условиях нестабильности оказались под угрозой [29].

В этой критической ситуации английская дипломатия старательно искала повод для интервенции и только ждала удобного момента. Такой момент не заставил себя долго ждать. При подстрекательстве агентов нового хедива Тауфика 11 июня 1882 г. в Александрии произошли кровавые мусульманско-христианские столкновения. Для англичан это оказалось тем самым удобным моментом для интервенции, которая началась с бомбардировки и захвата Александрии 11 и 15 июля [30]. Английская эскадра под командованием адмирала Сеймура в течение 12 часов бомбардировала город. Результат бомбардировки был именно тот, на какой рассчитывала Англия. Английская печать утверждала,

что вторжение англичан в Египет было неизбежно. Такая пропаганда была подкреплена взрывом энтузиазма, с каким английская элита встретила весть о военной экспедиции в Египет.

Однако реакция великих держав на английское наступление была неоднозначной. Чтобы решить очередной египетский кризис, в Стамбуле была созвана конференция из представителей этих держав. Уже на её первом этапе — с середины июня до середины июля 1882 г. — был принят «протокол о незаинтересованности» и соглашение об отказе от какого-либо вмешательства в происходящие события. Только Россия в знак протеста покинула конференцию, вернувшись туда спустя некоторое время. По сути дела, был перечёркнут принцип «коллективного решения» египетского вопроса, на котором настаивала конференция, после чего само её проведение теряло всякий смысл.

Но Великобритания не спешила расстаться с конференцией, а наоборот, стремилась продлить её заседания до тех пор, пока не завершится процесс накопления в Египте британских войск и не будут созданы условия для генерального наступления. Конференция теперь как бы прикрывала военные и политические планы интервентов и создавала впечатление, что Англия не собирается отрекаться от принципа международного урегулирования египетского кризиса.

Пользуясь этим, 13 сентября 1882 г. имевшие громадный перевес в вооружении и общей технической оснащённости британские войска под командованием генерала Уолсли атаковали позиции египтян под Телль-аль-Кебиром. Весь бой продолжался не более 20 минут, так как египетские части после первых же ударов дрогнули и побежали. Из 15 тыс. египтян треть погибла, остальные попали в плен или рассеялись. Европейские дипломаты тут же поспешили поздравить Англию с победой. Лишь петербургский кабинет недвусмысленно дал понять Лондону, что не намерен менять своей позиции по этому вопросу.

Практически британская оккупация с самого начала привела к усилению финансового закабаления страны. Для оплаты оккупационных расходов (500 тыс. фунтов стерлинга ежегодно) и возмещения убытков (последние были определены специальной международной комиссией в размере 4 млн фунтов) был заключён заём на сумму 9 млн фунтов стерлинга. Этот акт стал своеобразным символом нового режима, призванного выколачивать из египетского народа всё возможное во имя обогащения иностранных монополий, в первую очередь, конечно, английских. Достойным его представителем стал майор Бэринг (лорд Кромер), которого английские завоеватели сделали в 1883

г. неограниченным правителем страны [31].

Но противодействие других держав, особенно России и Франции, выступавших против оккупации Египта, создавало для Англии значительные трудности. В течение 32 лет, вплоть до Первой мировой войны, она не могла добиться признания своих «прав» на Египет. Тем не менее Англия стала полновластным хозяином в стране. Не случайно Суэцкий канал был использован как оборонительный барьер против турецких войск во время Первой мировой войны [32], хотя включение Египта в состав Британской империи никак не было оформлено с точки зрения международного права. Такая неопределённость статуса англо-египетских отношений вполне устраивала руководителей имперской политики Великобритании. Она позволила установить уникальную систему контроля над внутренней и внешней политикой Египта, получившую неофициальное наименование — «завуалированный протекторат».

Библиографический список

1. Marlowe, John. Anglo-Egyptian relations 1800-1953. L., 1954. P.61.
2. Ас-Саййид, Хазим Исмаил. Канат ас-Сувайс. Каир,
2006 .ijjjjuJI sliä . &м..-&1 JjpLul pjbi). C.43 (араб.).
3. Poydenot H. Le Canal de Suez. Paris, 1955. P.12-13.
4. Виноградов К.Б. Фердинанд Лессепс и строительство Суэцкого канала// Вопросы истории, №11. М., 1969. С. 146.
5. Виноградов К.Б. Мировая политика 60-80-х годов XIX в.: События и люди. Л.,1991. С.30.
6. Панченкова М.Т. Политика Франции на Ближнем Востоке и сирийская экспедиция 1860-1861 гг. М., 1966. С.23.
7. Ерофеев H.A. Англо-французская борьба за Суэцкий канал (1854-1875 гг.)/ Из истории общественных движений и международных отношений. М., 1957. С.604-606; Нерсесов Г.А. Египет в международных отношениях 70-х годов XIX в. и русская дипломатия./ Вопросы африканской истории. М., 1983. С.130.
8. Kienitz E. Der Suezkanal. Berlin, 1957. P. 110-111; Мон-

таль Н. Хафр канат ас-Сувайс. Каир, 2005 (Y * * J ■“*)• C.53-55 (араб.).

9. Hurewitz J. Diplomacy in the Near and Middle East. A documentary record: 1535-1914. V.l. N.Y., 1956.P.149.
10. Burchell S.C. Building the Suez canal. N.Y., 1966. P.65.
11. Виноградов К.Б. Указ.соч. C.34.
12. ЛуцкийВ.Б. Новая история арабских стран. М., 1966. С.138.
13. Монталь Н. Хафр канат ас-Сувайс. Каир, 2005

( ûjjbliîl üUa jllüj). C.177-178 (араб.).

14. Фатхи Ридван. Хаза аш-шарк аль-"араби. Т. 1. Каир,
1957 (^^3V ю \ljb ^ j57. ). С. 28

(араб.).

15. Marlowe J. The op.cit. P. 70.
16. Горячкин Г.В. Формирование первых групп наемных рабочих капиталистического типа в Египте./ Социально-экономические проблемы генезиса капитализма. М., 1984. С.253.
17. Луцкий В.Б. Указ.соч. С. 139.
18. Ерофеев H.A. Указ.соч. С.605-606.
19. Луцкий В.Б. Указ.соч. С. 140.
20. История Африки в XIX- начале XX в. М., 1967. С. 66.
21. Аль-Барави Р., Улейш М.Х. Экономическое развитие Египта в новое время. М., 1954. С.117.
22. "The Economist". 22. XI. 1869.
23. "The Times". 26. XI. 1875.
24. Аль-Барави P., Улейш М.Х. Указ.соч. С. 118.
25. Hurewitz J.C. The op. cit. P. 177.
26. Ар-Рафии Абд-ар-Рахман. "Аср Исмаил. Каир, 1948. 4.2 (^ ^ * л ¿5 jAlill • д■ j г--1 ?). С.4,8 (араб.).
27. "Times". 23.1. 1879.
28. Луцкий В.Б. Указ.соч. С. 174.
29. Фатхи Ридван. Хаза аш-шарк аль-араби. Т. 1. Каир,
1957 iö jAÜill ^ jJjll ^ jijj ^ yjsj 57.). С. 32

(араб.).

30. Кошелев B.C. Египет: уроки истории. Борьба против колониального господства и контрреволюции (1879-1981). Минск, 1984. С.103.
31. Нерсесов Г.А. Дипломатическая история египетского кризиса 1881-1882 гг. М., 1979. С.205.
32. Ас-Саййид, Хазим Исмаил. Указ. соч. С. 55.

ХИЗРИЕВ Али Хизриевич, преподаватель кафедры иранской и тюркской филологии.

Дата поступления статьи в редакцию: 18.05.2007 г.

© Хизирев А.Х.

УДК 94(47).08

Е. П. БЕЛОНОЖКО

Белгородский государственный университет

БОРЬБА ОБЩЕСТВА С ДЕТСКИМИ СОЦИАЛЬНЫМИ ПАТОЛОГИЯМИ В ПОРЕФОРМЕННОЙ РОССИИ (ИСТОРИЧЕСКИЙ ОПЫТ)

Статья посвящена исследованию одной из малоизученных в отечественной историографии проблем, связанной с борьбой дореволюционного российского общества с детскими социальными патологиями, изучению исторического опыта работы с малолетними преступниками, бродяжничеством и проституцией несовершеннолетних, профилактики данных асоциальных явлений.

Развитие капитализма в пореформенной России, рост населения городов за счет вчерашних крестьян вело к увеличению количества бродяг, беспризорных детей, вовлечению девушек и детей в проституцию, росту преступности и пьянства. Государство и

общество оказались застигнутыми врасплох новыми социальными проблемами. Это сказалось на законодательстве Российской империи, которое явно запаздывало в разработке действенных мер по борьбе с этими проблемами.

Другие работы в данной теме:
Стать экспертом Правила
Контакты
Обратная связь
support@yaznanie.ru
ЯЗнание
Общая информация
Для новых пользователей
Для новых экспертов